Мальбрук домой собрался

Часть 2. День, который был пятницей. Четыре

Будто услышав меня, Рыжий заорал:

- Все живы?

- Вроде все... - ответил Коля. Пока я, Ржавый и Саня, выстроившись в ряд поперек подворотни, гасили зомби, он просвещал нас в подробности прорыва - Один зомбак с ножом был, Алишера со Студентом порезал сильно. Черный упырь скорее всего, или миньон их. Еще я своего миньона потерял - отвлекся, тот и убежал драться, и, кажись, с концами. Хотя нет, система показывает, что жив вроде.

Он вытянул шею и принялся вертеть головой, оглядывая толпу теснивших нас зомби.

- Вон он! - вдруг ликующе заорал работяга - Живой! Давай, Мухтар, пробивайся к папочке. Мужики, вот тот высокий кавказец - это мой миньон, вы помните? Не замочите под горячую руку, он уже почти пробился.

- Ты, блин, отдыхай лучше, - на выдохе посоветовал Ржавый - Вам скоро нас менять, мы вам, блин, тоже не три богатыря, долго так не простоим, слишком уж их дофига.

И впрямь, бой в подворотне был вовсе не красивой схваткой, и будь у нас зрители - им бы, думаю, было очень скучно на это смотреть. Это была работа. Очень выматывающая, довольно долгая и предельно тяжелая работа.

Помнится, когда я был в возрасте Раз и Два, мы с мамой ездили к ее родственникам в деревню. Дядька с уже взрослыми сыновьями собрался идти косить сено, а я по глупости спросил, не пойдет ли с ними мама? Надо мной долго смеялись, а потом тетка, сжалившись, объяснила, что махать косой - это самая тяжелая работа, которая к тому же делается синхронно, поэтому необходимо выдерживать общий ритм. И ни одной женщине никогда не выстоять на косьбе рядом с привычными к работе мужиками - банально сил не хватит. Я был так впечатлен, что напросился с дядькой на сенокос, где мне, естественно, даже дали помахать косой. Это было даже забавно - поначалу. А потом, пару раз загнав косу в землю, я уже просто смотрел на сжимающих зубы мужиков, на намокающие на спине рубахи, на волосы, липнущие на лоб. И только удивлялся беспредельности человеческой выносливости.

Сегодня было нечто подобное: мы сагрили слишком много зомби, поэтому нам предстоял не спринт, а забег на длинную дистанцию. Мы, как те косари, молотили зомби в подворотне. Я, без устали размахивая родным гвоздодером, не переставая радовался, что вспомнил про эту подворотню - места было мало, и большая часть зомби банально выстаивала очередь, ожидая, пока мы умножим на ноль их товарищей.

Конечно, мы бы не выстояли без миньонов - только они, с их неутомимостью, могли дать нам так необходимые секунды передышки. Впрочем, минут через пять мы все равно выбились из сил. По команде Ржавого наша тройка откатилась назад, а подлеченная четверка встала на наши места. Шумно дыша, я наслаждался передышкой и любовался дочками. Непривычно серьезные Раз и Два стояли в группе магов-дистанционщиков и воевали как взрослые - их карандаши периодически посылали всполохи.

Биться, меняясь, пришлось больше четверти часа и, упокоив последних зомби, мы просто рухнули как подкошенные - сил, казалось, не осталась ни капли. Даже Ржавый умотался и сидел прямо на асфальте, прислонясь спиной к стене подворотни. Посмотрев на меня, он искренне улыбнулся.

- Ну что, мужик, я надеюсь, добыча будет этого стоить.

- Я тоже надеюсь. Но полную гарантию, как известно, дает только страховой полис.

Рыжий коротко кивнул, показывая, что опознал цитату, и пошутил в ответ:

- У тебя фамилия случайно не Деточкин, а, Одиссей? Тот, помнится, тоже страховыми полисами все торговал.

- Он в основном машины воровал, а страховая деятельность - в свободное от основной работы время. Ну что, рыжий - пойдем павших упокаивать, да к магазину?

Ржавый отмахнулся:

- Бабы с Валерой упокоят, мы с тобой сегодня уже напрыгались. Отдыхай пока.

И, повернувшись к дистанционникам, попросил:

- Красавицы, давайте потихоньку упокаивайте жмуров. Развеем их, да дальше двинемся. А мы пока с Одиссеем на воздух выйдем, Арбатом полюбуемся ну и проследим, чтобы никто к нам в гости не забрел.

Забредать было некому. На выходе из подворотни было пусто, в переулке тоже не души, и даже на Арбате бродили единицы неупокоенных - мы всех утащили за собой, а новые еще не набежали. Рыжий аж прицокнул языком от такой идиллии, а потом обратился ко мне:

- А ты серьезно решил себе миньона не брать?

- Серьезно - углубляться в эту тему мне не хотелось, поэтому я был немногословен.

- А что так? - так просто от рыжего было не отвязаться.

- Не хочу.

- Грех на душу брать не хочешь? - Ржавый смотрел пронзительно. По всему было видно, что тема для него не пустячная. - Чистеньким остаться решил?

- А если и так? - я тоже умею смотреть жестко.

Ржавый не дурак, понимает, что нам еще обратно прорываться - в узкой полоске между Арбатом и Новым Арбатом всей нашей банде не выжить, а раз так, то сейчас он меня трогать не будет.

Я напрягся в ожидании жесткого наезда, но рыжий меня удивил, сказав вдруг доброжелательно:

- Ну попробуй, чо...

После этого он поднял голову и посмотрел в небо.

Я последовал его примеру. Небо было таким же, как раньше. Совсем-совсем таким же, как будто ничего не случилось.

- Понимаешь, земляк, я ведь тоже по-разному прикидывал - нарушил молчание мой собеседник - никак не получается. Не выжить нам без миньонов. Никак не выжить. Знаешь, кто у меня в миньонах?

Я покачал головой

- Брат мой. Родной. Знаешь поговорку - «в семье не без урода»? Это про меня. Мои все перекинулись, один я магиком оказался. У меня бизнес семейный был, а офис представительский здесь, в переулочках. Вот и получилось - вошли утром девять человек, а после обеда вышел один я. Всех своих там оставил. И жену, и... - Ржавый осекся - Я, в общем, потому с самого начала по улицам с сабелькой и слонялся, что мне так проще было. Стресс снимал, если угодно.

Он хмыкнул, и замолчал. Я тоже рот не открывал - что тут скажешь?

- К чему это я? А, вот что сказать хочу - магики-шмагики, херня это все. Люди мы были, людьми и остались. А люди существа грешные. Грешили мы, грешим, и грешить будем. Поэтому если миньоны грех - я этот грех на себя возьму, но у всех моих людей миньоны будут, никто без помощи не останется. Грехи отмолить можно, а вот жизнь человеческую обратно не пришьешь. Без грехов только Спасителю прожить удалось, да еще вот может у тебя получится.