Маленькая герцогиня

***

... Камень, к моему удивлению, на короткое мгновение потеплел, словно принимая мой зарок.

Мне стоило труда не выразить удивления и не отнять от неожиданности руки. Совладав с собой и прикрыв глаза, я мысленно простилась с родителями Алли, хоть никогда и не знала их, пожелав им, как здесь было принято, легкости и умиротворения.

Постояв так еще несколько мгновений, я открыла глаза и оглянулась по сторонам. Берг и Лина стояли чуть в стороне, с тревогой и сочувствием глядя на меня. Ближе ко входу толпились люди, ожидая речь новоявленной хозяйки герцогства. Интересно, что они ожидают услышать от маленькой девочки, мелькнула в голове ехидная мысль, которую я тут же отогнала, потому что была уверена, что Алли, несмотря на возраст, нашла бы слова и с достоинством повела себя, будучи истинной аристократкой и осознавая, какая ответственность легла на нее как на полноправную хозяйку-наследницу герцогства. В ней теперь жители Торнгарда будут искать справедливость и защиту, гарантию стабильности и процветания этих земель и их обитателей. Ну что же, пора что-то сказать.

- Мои дорогие! – начала я, услышав, как разнесся звонкий детский голосок в тишине сводов часовни. Присутствующие подобрались и казалось, что даже не дышали, вслушиваясь в мои слова.

- Ужасное несчастье постигло нас. Чьими-то злыми намерениями мои родители, герцог Барграс Торнгард и герцогиня Орнэлия Торнгард, вероломно убиты.

На мгновение голос у меня дрогнул, потому что перед глазами ясно предстала картина нападения, о котором с грустью поведала мне Алли. Взяв себя в руки, я продолжала:

- Я обещаю быть достойной рода Торнгард и всегда защищать интересы герцогства и его жителей, справедливо разрешать споры, охранять и беречь благополучие этих земель. Я обещаю оправдать ваше доверие. И я обещаю, что тот, кто стоит за совершенным злодеянием получит справедливое возмездие и его черные планы никогда не воплотятся в жизнь.

Я говорила искренне, слова шли от сердца и обращалась я не только к присутствующим, но и к почившим родителям Алли, и к ней самой, и к кому-то гораздо большему, чем получалось осознать, тому, чье незримое присутствие ощущалось каждой клеточкой в этом священном месте. А еще к себе. Я обещала самой себе, что не подведу всех этих людей, вслушивающихся в мои слова, затаив дыхание, и что цена, которую уплатили своими жизнями Алли, ее родители и их павшие защитники, чтобы я оказалась здесь, не будет напрасной.

Когда я закончила, люди склонились в почтительном поклоне.

- Встаньте, проговорила я, - Я знаю, как преданно и достойно вы служили и продолжаете служить роду Торнгард и надеюсь, что ваша преданность будет принадлежать герцогству и впредь. Я бы хотела отметить заслуги каждого из вас, сделав небольшой подарок – знак отличия, который вы, надеюсь, будете носить с гордостью и достоинством.

Страж, в руках которого был ларец с брошами-артефактами, подошел ко мне и встал чуть левее, приподняв резную крышку.

- Прошу вас, - проговорила я, обращаясь к собравшимся, кидавшим любопытные взгляды на раскрытый ларец.

Из толпы начали по одному подходить люди. Каждый преклонял колено и каждому я надевала брошь. В радостном возбуждении они отходили от меня, освобождая место следующему, гордо поглядывая на остальных. И когда человеческий поток иссяк, в шкатулке осталась лишь несколько брошей, изготовленных, как я предполагала, артефактором прозапас.

- Благодарю, - вновь произнесла я, обращаясь к присутствующим, - и жду всех вас на Трапезе. Люди почтительно склонили головы и тихо двинулись к выходу. Марика, также получившая от меня брошь, отделилась от толпы и несмело направилась ко мне.

- Ваша Светлость, - сердечно проговорила она, - миледи… Я так сочувствую вашему горю. Их светлости были прекрасными людьми и так любили вас. Мы всегда будем помнить их и просить Пресветлых за их души.

- Спасибо, Марика, - проговорила я.

- Миледи, - продолжила она, - Мой Милиус… Он занемог. Прометался в горячке весь остаток ночи и лишь под утро ему стало легче, но он так слаб. Очень переживал, что не сможет выразить почтение, попрощавшись с Их Светлостями…

- Я немедленно попрошу целителя Лидара осмотреть вашего сына, он непременно поможет, - с беспокойством прервала я женщину.

- Благодарю, Ваша Светлость, это было бы чудесно, но, боюсь, дело тут не в хвори, а в душевных терзаниях, - печально ответила она, - Сначала известия о вас и ваших родителях, - он так переживал, рвался сопровождать целителя Лидара, чтобы помочь в случае чего, он ведь давно мечтает вступить в ряды стражей и господин Берг обещал принять его учиться уже через год. А потом бедняжка Мина… - Марика украдкой смахнула слезинку.

- Бедная девочка! Милиус ведь давно заглядывался на нее, мечтал, что выучится, вступит в ряды стражей и они поженятся, а вышло все вон как…

- Марика, не волнуйся, главное, что ему уже лучше. А ваши добрые воспоминания о моих родителях будут лучшим способом почтить их память. Я сама навещу его прямо сейчас, тем более, что его дожидается его брошь, - попыталась я успокоить разволновавшуюся женщину.

К нам тихо подошли Берг и Лина. Отдав распоряжение одному из наших с леди Аргард охранников найти Лидара и сопроводить того к Милиусу, Берг и сам пожелал навестить будущего ученика. Выразила желание поддержать юношу и Лина. Священнослужитель кивнул нам с мягкой улыбкой и я, бросив взгляд в сторону алтаря, где стояли два белоснежных саркофага, помедлив, первая направилась к выходу из часовни.