Маленькая история любви...

Глава 7. Весточка от Наденьки

Мы рано радовались. Несмотря на то, что Апраксия начала чувствовать ноги, нам всё равно предстояла очень длительная работа над тем, чтобы она смогла хотя бы шевелить ими. Мы тренировались каждый день до слёз, до изнеможения. Степан был восхищён нашими трудами и стал чаще бывать в поместье. Он даже смог достать настоящую коляску для Апраксии, и все передвижения стали гораздо удобнее.

После того как Апраксия призналась в чувствах Степана ко мне, я стала его избегать. Я не думала, что он меня не заслуживает. Дело не в этом, наоборот, мне было ужасно стыдно перед ним, и я думала, что это я не заслуживаю внимания этого человека. Степан не проявлял настойчивости, напротив, он был очень тактичен, терпелив и вежлив. Однако я никогда не слышала слов, сказанных его сестрой, непосредственно от него самого. Вскоре этот вопрос был забыт.

Каждый раз, когда я смотрела на Степана, я видела в нём его отца. Это сложно объяснить. Возможно, детская травма не давала мне забыть образ Филата Прончищева, и это сильно отталкивало меня от Степана. Обладая чрезмерной проницательностью, он замечал моё отношение и держался стороной.

Арина с головой ушла в любовь к князю Разумовскому. Невинная любовная связь, возникшая под носом у старших сестер и братьев, переросла в настоящие отношения. В обществе это вызывало море отрицания и осуждения. Но князь мгновенно исправил ситуацию, попросив ее руки и сердца, и Арина, не раздумывая, ответила согласием. В торжественный день бракосочетания Степан с гордостью повел сестру к алтарю, а мы умиленно смотрели на прекрасную пару. После церемонии поместье преобразилось в арену грандиозного пира, где собрались все близкие, друзья и именитые гости. Не обошлось без приезда Анны Николаевны и Жозефины. Празднование кипело до глубокой ночи, гости восторженно кружились в вальсе, а молодожены излучали счастье.

Степан блистал в окружении гостей, с легкостью завязывая непринужденные беседы, особенно с молодыми барышнями. Его обаяние, находчивость и энергия притягивали восхищенные взгляды. Он словно предугадывал каждое движение, искусно поддерживая живой диалог, будто репетировал каждое слово заранее.

Все это время я тихо наблюдала за ним издалека. Мои глаза были неотрывно прикованы к его движениям, а внимание полностью поглощено всем, что связано с ним. Его харизматичная улыбка, красноречие и остроумие покоряли сердца девушек, однако с особым волнением я отмечала его мимолетные взгляды в мою сторону. Я чувствовала, что Степану не безразлично моё присутствие, но не могла постичь сути его мыслей. Возможно, он всего лишь желал произвести впечатление и вызвать мой интерес, либо же у него и вправду были тайные чувства ко мне, но он боялся их выразить.

В воздухе витал аромат цветов, смешанный с лёгкими нотками табачного дыма. Торжество было в полном разгаре, наполненное музыкой, смехом и мерцающим светом свечей. В центре зала пары кружились в вихре грациозного полонеза, их пышные платья и бархатные камзолы вызывали восхищение.

Апраксия, с лучистой улыбкой, наблюдала за Степаном, который направлялся к нам. Догадываясь, что он жаждет пригласить меня на танец, и что, возможно, наши чувства друг к другу перерастут в нечто большее, чем просто симпатия.

— Кажется, мой брат желает занять очередь на танец с тобой, — тихо сказала Апраксия, её взгляд был направлен на Степана.

— Ему не придётся долго ждать, ведь он будет первым, изъявившим подобное желание, — ответила я ей.

Апраксия с лёгкой усмешкой взглянула на него, в её глазах читалось нежное ожидание. Но в этот момент к Степану подошла Жозефина, отвлекая его внимание на себя.

— Я обещала вам танец, — пропела она, её взгляд был направлен на Степана, и в нём читалась надежда и желание, которое он, как ей казалось, не мог не разделить.

— Разве? Не припомню, — вежливо ответил Степан, но его слова звучали несколько сухо.

— Неужели вы вновь мне откажете? — с наигранной обидой произнесла Жозефина, её голос был пронизан недовольством, которое, впрочем, было всего лишь игрой, призванной заманить Степана в свои сети.

Степан, чувствуя, что его вежливость может быть истолкована неправильно, решил уточнить свою позицию.

— Рад, что вы не восприняли тот момент как оскорбление, — он посмотрел на Апраксию и Софью, сидевших неподалёку.

— Кстати, вы уже прекрасно говорите по-русски. Прошу, — заложив одну руку за спину, он приподнял другую, приглашая Жозефину на полонез.

Музыка заиграла, и пары, словно по мановению волшебной палочки, начали грациозное шествие, их движения были плавными и изысканными, как самые тонкие изящные резные детали.

При каждом сближении Жозефина тихо говорила со Степаном, её голос был пропитан лёгким намёком на печаль, призванный затронуть его чувства.

— На самом деле меня немного огорчило ваше решение, — шепнула она.

Он смотрел в её глаза, читая в них искреннее переживание и обиду, девушка была явно оскорблена и с трудом скрывала это.

— И я даже впала в некоторое отчаяние, — добавила она, ещё более усиливая свою игру, стремясь заставить Степана почувствовать вину.

— Мне жаль, но позже вы поблагодарите меня за мое решение. Когда найдете достойного мужа и родите ему детей, — сказал он, его взгляд был спокоен и уверен.

— Вы считаете себя недостойным?

— Я считаю, что вам не следует так скоро признаваться мужчине в своих чувствах и переживаниях. Будь вы немного терпеливее, и вы, несомненно, пробудили бы моё любопытство.

— Так значит, все дело во мне. Я не достаточно умна и хитра для вас, — девушка горестно улыбнулась.

— Ума и хитрости у вас в достатке, — Степан приблизился к ней, его пальцы легко коснулись её ладони, и он еле слышно шепнул так, чтобы услышала только Жози. — И это не мои слова.

Девушка метнула на него взволнованный взгляд, её щёки покраснели, словно она была поймана в ловушку собственных чувств. Она тут же посмотрела на Тихона, который беседовал с Анной Николаевной. Танец завершился, и Степан поблагодарил Жози коротким поклоном. Жозефина проводила взглядом его высокую фигуру и, горделиво задрав носик, направилась к Тихону и Анне.