Маленькая мисс Груч

8

Из голубой пустоты бесцветного неба на рассвете налетел буйный ветер. Все маленькие волны выпрыгивали из своих медленно качающихся колыбелей, чтобы поиграть с ним, и, играя, становились большими волнами, со всей спортивностью детей и силой великанов. Клан Макгрегор был их игрушкой.

Поначалу она притворялась равнодушной и старалась сохранять ровный тон своего пути, невзирая на них. Но их было слишком много и слишком много для нее. Она стала калечиться и покачиваться, что было очень болезненно для человека ее размеров и достоинств. Она хромала, она шаталась, она шлепалась, она брызгалась и плескалась, она шаталась туда-сюда, как опьяневшая старая камбала, подгоняемая толпой практичных шутов, и она теряла время с каждым шагом, к огромному одобрению мистера Александра Форсайта Смита. Время теперь было просто капиталом для его надежд.

Тонизирующий соблазн шторма был слишком велик для маленькой мисс Груч. Это был не тот день, когда проверенный моряк должен держаться между палубами. Более того, девичья паника теперь была несколько ослаблена. Эмоции девушки, после первого шока от неожиданности и негодования от доселе нетронутого духа, пришли в норму. Теперь она могла противостоять Дадлскинку или полку Дадлскинков, не дрогнув, так она чувствовала - при надлежащей поддержке. Поэтому, как и Тиро, она рано поднялась на палубу.

И вот они встретились. Как в мягком и невинном стихотворении викторианских времен, "это было в толпе". Маленькая мисс Гроуч обеспечила толпу, а Тиро просто пополнил ее. Он был рад, если не полностью доволен, оставаться на заднем плане и ждать своего шанса.

Теперь маленькая мисс Грауч, не зная о том, что ее дорогостоящий адвокат предал ее дело, изумилась и встревожилась, когда Тиро подошел, поприветствовал ее и сразу же опустился на задворки общества, созданного ею для этого случая. Неужели он сознательно, перед лицом собственной уверенности в том, что наказанием за любое общение между ней и им будет тюремное заключение, готов рискнуть ее свободой? Если так, то он был не тем человеком, за которого она его принимала. Идеал маленькой мисс Гроуч слегка покачивался на своем пьедестале.

Терпение не входило в число добродетелей молодой леди. С другой стороны, компенсирующим качеством была прямота. "Сделай это сейчас" было ее преобладающим девизом. Она хотела знать, что имел в виду ее раб, резко изменив свое отношение, и хотела знать это немедленно. Но ее методы, хотя и быстрые, не были полностью лишены изящества. Из своего окружения она назначила судью Эндерби и лорда Гуэнна сопровождающими на утреннюю прогулку, а по дороге прихватила доктора Олдерсона.

К достоинствам Радостного Видения следует отнести то, что пожилые мужчины находили ее столь же интересной спутницей, хотя и по-другому, чем молодые. Умело управляя, она подвела разговор к дому на Батарейной, с ожидаемым результатом, что судья Эндерби (совершенно невинный, хотя и хитрый старый лис, что он играл в ее игру) предложил включить в конференцию другого претендента. Тиро был вызван и пришел.

"Обвинение против вас, - объяснил судья, - состоит в том, что вы все еще настаиваете на желании заполучить собственность, на которую претендует королевская семья, по божественному праву королев".

"Я был бы рад отдать ее", - кротко ответил Тиро, - "но, похоже, это семейное обязательство".

"Обязательства или не обязательства, вы знаете, что не можете получить его", - заявила дама.

"Хотя я скорее рассчитываю на это".

"Когда папа говорит, что добьется чего-то, он всегда добивается этого, - сообщила она ему с возвышенной уверенностью, - и он обещал мне этот дом".

"Тогда я боюсь, что именно сейчас его обещание не будет выполнено", - сказал судья Эндерби.

Она повернулась к нему с недоверчиво поднятыми бровями.

"Олдерсон знает старые записи; он видел опцион - кстати, это странный старый документ, но юридически грамотный - и может поклясться в этом".

"Единственная неувязка - это точный план первоначальной собственности", - заметил архелолог.

"И это на картине в Гуэнн Оукс", - добавил лорд Гуэнн.

"Почему вы все против меня?" - вскричала Маленькая Мисс Гроуч в скорбном изумлении.

"Вовсе не против вас", - сказал судья Эндерби. "Это просто вопрос лучшего притязания. Кроме того, вы, у которого есть все на свете, разве вы могли бы выгнать этого бедного бездомного юного скитальца из дома, в котором он никогда не был?"

"Разве что по доверенности предков", - уточнил доктор Олдерсон.

"Как подло с вашей стороны!" Она обратила огонь обличительного взгляда на завзятого психолога. "Вы сказали мне своими собственными устами, что ни одна семья по фамилии Дэддлскинк никогда не была связана с этим домом ни в малейшей степени. Вы сказали, что эта идея так же абсурдна, как и фамилия".

"Так оно и есть".

"Тем не менее, вы поворачиваетесь и заявляете, что утверждение мистера Дэддлскинка обоснованно".

"Чье утверждение?"

"Мистера Дэддлскинка". Она указала на Тиро презрительным жестом. "О, - добавила она, заметив явное недоумение другого, - я вижу, вы не знали его настоящего имени".

"I? Я знаю его и его имя всю свою жизнь".

"И это не Даддлскинк?".