Маленькая ведьма.

Акт2: Глава 6: "Новый день"

Сознание вернулось нехотя, вытягиваясь из плотной черноты, куда его силой втолкнул чужой, властный приказ. Даниил не открывал глаз, но уже чувствовал это. Оно было здесь. Постоянное, назойливое, как низкочастотный гул, который не слышишь ушами, но ощущаешь всем телом. Чужеродное присутствие расползалось по его мыслям, словно чернильное пятно на чистом листе бумаги, занимая место, которое всегда принадлежало только ему. Это была не просто память о вчерашнем ужасе. Это была сама причина ужаса, поселившаяся в его голове.

Он лежал неподвижно, боясь даже вздохнуть. Кровать была его, комната – его. Сквозь веки пробивался тусклый утренний свет. Но ощущение безопасности исчезло, вытесненное этим внутренним наблюдателем.

Мысли путались. Ритуал, холодный алтарь, тени в капюшонах, острая боль в груди… и тот призрачный силуэт. Все это было слишком реальным, чтобы оказаться сном. А потом – бегство, дом, отчаянная попытка позвать на помощь и тот ледяной приказ, который оборвал его сознание: 'Спать!'. Голос, прозвучавший не снаружи, а изнутри.

Ее голос. Голос ведьмы.

С колотящимся сердцем Даниил заставил себя сесть. Комната была прежней. Стол с ноутбуком, разбросанные по стулу вещи, плакат любимой группы на стене. Все на своих местах. Все до смешного обыденно. Он провел рукой по волосам. Рука дрожала. Это не сон. Это происходит наяву. Ему нужно было встать, умыться, сделать хоть что-то нормальное, чтобы доказать себе, что он все еще контролирует свою жизнь.

– Какая трогательная попытка цепляться за иллюзию контроля, – прозвучал в его голове голос. Мягкий, бархатный, но с отчетливой ноткой едкой насмешки. Он был настолько чистым и ясным, словно кто-то шептал ему прямо в ухо.

Даниил вздрогнул всем телом, чуть не свалившись с кровати. Он резко обернулся. Комната была пуста. Тишина давила на уши. Но голос… голос никуда не делся, он затих, но его эхо продолжало вибрировать где-то на границе восприятия. Паника подступила к горлу ледяным комком. Он вскочил, почти бегом бросился в ванную и резко повернул кран. Ледяная вода ударила по рукам, по лицу. Он плескал ее снова и снова, отчаянно пытаясь смыть, заглушить это внутреннее эхо. Дыхание сбилось, превратилось в рваные хрипы.

Подняв голову, он посмотрел на свое отражение в зеркале. Обычный парень. Встрепанные волосы, темные круги под глазами, испуганный взгляд. Ничего не изменилось. Внешне. От этой мысли стало только хуже. Весь кошмар был заперт внутри, невидимый для остального мира.

– И это все, что тебя волнует, дитя? Твое смазливое личико? – снова раздался тот же голос, теперь уже с оттенком откровенного презрения. – Ты носишь в себе силу, способную перекроить саму ткань бытия, ты видел эту силу, ты чувствовал ее, но беспокоишься о мешках под глазами. Людишки… никогда не меняетесь.

– Замолчи, – прошептал Даниил, его губы едва шевелились. Слово прозвучало жалко даже для него самого.

В голове раздался тихий, почти мурлыкающий смешок.

– Я теперь часть тебя, дитя. Ты принял меня так что привыкай к моим комментариям. Они, меньшее из твоих новых неудобств.

Стиснув зубы, Даниил вылетел из ванной. Игнорировать. Единственный выход, это игнорировать. Он должен вести себя так, будто ничего не происходит. Он пойдет на кухню, сварит кофе, как делал это каждое утро. Он вернет себе свой мир, свой распорядок, свою жизнь. Шаги были деревянными, он двигался как автомат, сосредоточившись на простой цели. Кухня. Кофе.

Воздух на кухне казался тяжелым. Даниил достал с полки банку с молотым кофе. Руки мелко дрожали, из-за чего часть порошка просыпалась на столешницу. Черт. Он сжал кулаки, пытаясь унять дрожь. Каждый шорох, каждый скрип казался предвестником чего-то ужасного. Он чувствовал ее внимание, словно взгляд в спину. Она наблюдала за каждым его движением, и это знание сводило с ума.

– Какой примитивный ритуал, – с ленивой иронией протянула Лилит в его разуме, когда он засыпал кофе в турку. – Наполнить свой организм стимулятором, чтобы прогнать усталость. А ведь вокруг тебя витают потоки чистой энергии. Ты уже видел их, и ты мог бы черпать ее прямо из воздуха, из этой жужжащей коробки в стене, но ты предпочитаешь горький отвар из жареных бобов.

– Оставь меня в покое, – процедил он сквозь зубы, ставя турку на плиту.

– Я бы с радостью, поверь. Но, вижу ты забыл, дитя, мы теперь связаны. Твоя слабость – моя тюрьма. Твои страхи – мои кандалы. Так что будь добр, перестань трястись, как ведьма перед инквизицией, и начни уже соображать. Твоя прежняя жизнь закончилась на том... алтаре. Чем быстрее ты это примешь, дитя, тем проще будет нам обоим.

Даниил молчал, упрямо глядя на огонь под туркой. Он не будет с ней разговаривать. Он не даст ей то, чего она хочет, его внимания, его реакции. Он просто сварит кофе, выпьет его и пойдет на учебу. Все будет как обычно. Должно быть как обычно.

Когда ароматный напиток был готов, он осторожно, стараясь не расплескать, налил его в свою любимую кружку с дурацкой надписью 'Не буди во мне зверя'. Ирония ситуации заставила его криво усмехнуться. Зверя уже разбудили.

Он сел за стол, обхватив горячую кружку ладонями. Тепло немного успокаивало. Он смотрел на тонкую струйку пара, поднимающуюся над темной поверхностью. Просто пар. Просто горячий кофе. Все нормально.

– Смотри, – шепнула Лилит. Ее голос изменился, в нем пропала насмешка, появились любопытство и властность.

Даниил замер. Он не хотел смотреть. Но не мог отвести глаз. Струйка пара, только что лениво поднимавшаяся вверх, начала вести себя странно. Она уплотнилась, перестала рассеиваться в воздухе. Пар начал извиваться, словно живой, сплетаясь в тугой, белесый жгут. Он закручивался все быстрее и быстрее, образуя маленькую воронку прямо над кружкой. Воздух вокруг похолодел.

Глаза Даниила расширились от ужаса. Это было невозможно. Это нарушало все законы физики, которые он знал. Пар не мог так себя вести. Жгут из пара на мгновение замер, а затем медленно изогнулся, принимая очертания чего-то похожего на тонкую, изящную кисть руки с длинными пальцами. Она потянулась к нему, не рассеиваясь, сохраняя свою призрачную форму.