Маленькая ведьма.

Глава 15: "Предел прочности"

Время застыло в маленькой прихожей. Даниил смотрел на Еву, на ее бледное лицо и дрожащие руки. Каждая частица его нового, обостренного чутья кричала, что перед ним не ложь. Это была не игра, не маска. Это был настоящий страх. Страх не за себя, а за тех, кого она любила. Лилит внутри него злорадно шипела, предлагая сотни интерпретаций, где эта искренность была лишь высшей формой обмана, последним козырем Культа. Но Даниил заставил ее замолчать. Впервые он не просто отмахнулся, а возвел глухую ментальную стену.

– Я тебе не верю, – произнес он тихо. Ева вздрогнула, и в ее глазах блеснуло отчаяние. – Но я верю твоему страху. Он настоящий. Возвращайся. Веди себя так, будто ничего не произошло. Будто ты не смогла меня убедить. Не давай ему повода думать, что ты перешла черту. Это все, что я могу сказать.

Он не предложил ей бежать вместе. Не дал ей надежды. Он дал ей инструкцию. Холодную, прагматичную, единственно верную в их положении. Это был не жест доверия. Это был тактический ход. Ева смотрела на него, ее губы беззвучно шевельнулись. Затем она молча кивнула, развернулась и исчезла в темноте лестничной клетки.

– Глупое, сентиментальное дитя, – прорычала Лилит, когда ее голос смог пробиться через его стену. – Ты подписываешь ей смертный приговор.

– Нет, – мысленно ответил Даниил, глядя на закрытую дверь. – Я даю ей шанс. А себе, время.

Следующий день прошел в ожидании. Даниил не пошел на вечернюю 'медитацию'. Он знал, что это бесполезно. Игра окончена. Кассиан сделал свой ход с Евой, и он провалился. Теперь будет что-то иное. Что-то прямое и грубое. Он не ошибся. Ближе к полуночи в его дверь постучали снова. На этот раз стук был не робким, а властным, требовательным. На пороге стояли два адепта в серых рясах. Их лица были скрыты капюшонами, а в руках они держали ритуальные жезлы из черного дерева.

– Старейшина Кассиан ждет тебя, – произнес один из них, его голос был лишен интонаций. – Немедленно.

Зал был огромен. Его сводчатый потолок терялся во тьме, поддерживаемый колоннами из черного базальта, испещренными рунами, что тускло светились фиолетовым светом. Воздух был густым, заряженным силой до предела. По обе стороны от центрального прохода стояли ряды адептов. Десятки. Молчаливые, неподвижные статуи в серых одеждах. Их лица были бесстрастны, но Даниил чувствовал их коллективную волю, их сфокусированную мощь. Это была не комната. Это была силовая установка. Машина, предназначенная для одного, подавлять. Вдоль стен, в специальных нишах, покоились артефакты, от которых исходило видимое марево. Каждый из них был сильнее 'Сердца Титана'.

В самом центре зала, на возвышении, стоял Кассиан. Он был облачен в парадную темно-бордовую рясу, расшитую серебряными нитями, которые складывались в сложные узоры печатей. Он не выглядел как учитель или наставник. Он выглядел как верховный жрец, готовый принести жертву.

– Братья! – его голос разнесся под сводами, усиленный акустикой зала. – Сегодня мы собрались, чтобы совершить великое деяние! Чтобы очистить одного из нас от скверны, что поселилась в его душе!

Он указал на Даниила, которого адепты подвели к подножию алтаря. Все взгляды, десятки пар глаз, устремились на него.

– Этот юноша, наш брат Даниил, стал невольным сосудом для хаотической, древней сущности, – продолжал Кассиан, его голос звенел от пафоса. – Мы пытались исцелить его мягко. Мы пытались направить его. Но болезнь укоренилась слишком глубоко. Она сопротивляется, она искажает его волю, она угрожает самому существованию нашего братства! Посему, я, как Старейшина, объявляю о проведении ритуала Глубокого Погружения!

Толпа адептов одобрительно загудела. Низкий, вибрирующий звук наполнил зал. Это был конец всех уловок. Кассиан сбросил маску.

– Он лжет им всем, – голос Лилит был холодным как лед. – Он не собирается тебя 'очищать'. Этот ритуал, силовая клетка. Он использует мощь всех этих фанатиков и артефактов, чтобы вырвать меня из тебя. А то, что останется от твоего разума, его не волнует. Пустая оболочка его устроит куда больше.

– Что делать? – спросил Даниил, чувствуя, как по спине струятся капли пота.

– То, чего он боится больше всего. Не сопротивляйся. Не сейчас. Позволь им начать. Позволь им влить в нас всю свою мощь.

Кассиан спустился с возвышения. Он подошел к Даниилу вплотную. Его бледные глаза смотрели на парня с выражением фальшивого сочувствия, но за ним скрывался холодный триумф победителя.

– Не бойся, дитя, – он положил руку ему на плечо. – Это будет больно. Но это необходимо. Мы изгоним тьму и вернем тебе свет. Ты должен довериться нам. Открыть свою волю. Позволь нам помочь тебе.

'Открыть свою волю'. Какая издевка. Даниил поднял на него глаза. Он больше не играл страх. Он не играл ничего. Его лицо было спокойным. Это спокойствие, это отсутствие ожидаемой паники, смутило Кассиана. На мгновение в его глазах промелькнула тень сомнения.

– Ведите его, – бросил он адептам, отступая назад.

Двое послушников взяли Даниила под руки и повели в центр зала. На каменном полу был вырезан сложнейший узор из концентрических кругов, рун и связующих линий. Это была ловушка невероятной сложности. Его поставили точно в центр.

– Он не понимает, – шепот Лилит был полон предвкушения яростной битвы. – Он думает, что мы в его клетке. Но на самом деле, он только что запер себя в одной комнате с нами.

Адепты по кругу начали монотонное пение. Руны на полу и колоннах вспыхнули ярче, наливаясь фиолетовым огнем. Артефакты в нишах загудели, в унисон с пением. Энергия начала концентрироваться, стекаясь к центру, к Даниилу. Он чувствовал, как первые щупальца силы касаются его сознания, пытаясь сковать. Он не сопротивлялся. Он впускал их.

Кассиан поднял руки, его лицо исказила гримаса предельной концентрации. Он начал произносить слова, слова, что должны были запечатать Лилит навечно.

Даниил стоял в центре бушующего урагана чужой воли. Он закрыл глаза.