Маленьким не место в бизнесе

Глава 13. «Как распределились роли».

Очень люблю родителей. Правда, для меня тяжело даются какие-либо проявления чувств по отношению к близким. Такой уж я человек. И не стоит думать, что я считаю это нормальным. Я всегда пыталась быть более мягкой к маме и папе. Они замечательные люди уже потому, что растили меня и давали мне свою заботу.

Забота бывает разной и надо это всегда понимать.

Когда я была маленькой, мы жили бедно. Мама работала бухгалтером, а папа писал романы. Его книги плохо продавались и почти весь доход составляла мамина зарплата. Отец читал мне свои выдуманные истории и пытался внушить, что мир делится на «добро» и «зло». Тогда я была маленькой девчушкой десяти лет, но всё равно не верила в его мораль. Думала: «Если мы добрые, почему живем так плохо?». Да и к тому же в моём видении отец был все время дома и, как я считала, «штаны просиживал». И в 14 лет я уже придерживалась точки зрения, что, если ради того, чтобы хорошо жить, надо перейти на сторону зла, лучше быть плохой.

Только мне исполнилось 16 лет, и нам с отцом пришлось пройти через серьёзнейшие переживания. У мамы обнаружили рак крови, лейкемию. Тогда наша семья вообще лишилась средств существования. Всё, что было - отдавали на химическую терапию. Отец понимал, что нам нужен какой-то новый источник дохода. Он связался со свои бывшим одноклассником, пиар-менеджером, и попросил помочь ему с работой. Тот с радостью откликнулся и через два дня папа проходил собеседование в издательстве. Его приняли как корректора, и наша ситуация немного улучшилась.

Мама начала выздоравливать. Конечно, остались осложнения, но всё могло закончиться намного хуже. После периода реабилитации в больнице она вернулась домой. Работать она больше не смогла, болезнь оставила свой след: были частые головокружения, обмороки, в общем – недомогание.

Папа начал продвигаться по карьерной лестнице. Он пришел к главному редактору и предложил свой вариант статьи, которую он сейчас корректировал. Указал на недочеты и объяснил, почему тема кажется неинтересной. Тот согласился и текст поменяли. Через неделю его оформили корреспондентом, он начал создавать собственные сюжеты и проводить интервью.

Теперь мы живем более-менее на стабильном доходе.

Весь этот период родители старались не давать мне лишнего повода волноваться. Когда мы навещали маму, она всегда говорила, что замечательно себя чувствует, и улыбалась, как нив чем не бывало. Отец же приходил ко мне перед сном и тоже ласково приговаривал, что все будет хорошо, мама скоро вернется. Он никогда не подавал виду, что он волнуется, держался. Я тоже.

И сейчас я стараюсь держать себя в руках в любых ситуациях. Не то, чтобы я не доверяла родителям. Нет, всё наоборот. Просто я так привыкла, не хочу, чтобы они переживали, как они пытались не волновать меня.

Но, если меня спросят, кому же в первую очередь я расскажу ту тайну, которую больше никому не смогу доверить – это будет моя семья. Это те самые люди, которые ни за что меня не предадут и будут делать всё лишь для моего счастья.

Будучи совсем ребенком, я не понимала этого всего. Безусловно, я часто ругалась с мамой и отцом, что меня не понимают, что они все делают не так, что они хотят меня опозорить. Сейчас мне очень за всё это стыдно.

Как сейчас помню тот дурной случай на экскурсии в третьем классе. Мама ходила за мной по пятам, в отличии от других родителей, и на глазах у всех сюсюкалась, я наорала на неё, что она глупая и выставляет меня дурочкой. А она даже не обиделась. Немного растерялась и отошла к остальным взрослым. Сейчас бы я променяла всех на маму и папу, которые будут всегда идти рядом со мной.

Ой! Кажется, я засиделась, мне нужно собираться в ТЮТ, театр юношеского творчества. Меня Ангелина пригласила на концерт.

Я надеваю коктейльное платье бирюзового цвета, укладываю волосы, наношу нюдовый макияж и бегу в цветочный за букетом для моей ученицы.

Ангелина сказала прийти к их дому, они поедут на машине и возьмут меня с собой, мы же рядом живем. Вот я уже у их парадной. Пока никого нет, пришла раньше. Пунктуальности мне не занимать…

Наконец, из двери вышла их семья. Почти вся, только папы не было. Мама у девочки была в меру упитанной миловидной и доброй женщиной. Она тоже надела платье зеленого цвета, его длина почти доставала до земли. Брат Ангелины был в черном костюме с бабочкой, волосы даже уложил. В первый раз его растрепанная шевелюра оставляла желать лучшего. А Ангелина была словно ангел. На ней чудесно смотрелся этот отблескивающий золотом костюм с юбкой и маечкой. Волосы были завиты, и на лице девушке сияла шикарная улыбка. В руках она несла чехол для скрипки.

Заметив меня, Ангелина бросилась в мою сторону.

-О, я так рада! Ты даже не представляешь какое у меня замечательное настроение, я готова петь и танцевать. Ни что не испортит этот день! Как же замечательно, что ты тоже пришла. О, этот букет для меня? – она искрилась радостью, будто бы не зная, куда девать эту энергию, наполнявшую её.

-Да, но рано ещё. Вот выступишь, потом подарю. – к нам начали подходить её семья.

-Здравствую, Маша. Прекрасно, что ты согласилась прийти. – дружелюбно поприветствовала мама Ангелина, Виктория Давидовна Бойкова.

-Добрый день, спасибо, что пригласили.

Дима стоял немного в стороне, ухмыляясь.

-Привет. – решила первой начать я.

-Привет. – улыбнулся в ответ он. Почему-то я чувствую надменность в его взгляде. Очень напоминает одного человека…

Мы направились к красному шевроле.

Когда мы приехали к театру, Ангелина сразу же убежала вперед.

-Пошла готовиться к выступлению. – поясняюще сказала Виктория Давидовна.

Около входа была огромная толпа, все входили по билетам, только выступающих пропускали без очереди, когда они назвали своё имя. Пока мы ждали, мама Бойковых рассказывала о том, как часто они ходят на выступления к дочери, и как её дочь радуется каждый раз. Правда, отец их, как она объяснила, очень занятой и никогда не бывал у девочки на концертах из-за чего та часто расстраивалась. Дима держался поодаль, будто бы к нам никакого отношения не имел.