Малиновое вино.

Глава 23. Григорий Борников.

х

- Ой, как здесь хорошо, — Антошка бегал то на второй этаж, то обратно по новому дому, целый день у нас хлопоты, сборщики собирают мебель, шкафы, кровати, мы с Антошкой помогаем им, бумагу убираем, Оксана всё время на кухне, кухню ещё вчера собрали, запах новой мебели так действовал на нас приятно. Спешим, завтра мои родители приезжают, а ещё через два дня роспись у нас.

— Хорошо, Антош, конечно, а ты как думал? Теперь так жить будем. — Мы сворачивали обёрточную бумагу.

— Пойдём мусор выносить? — Сын увлёкся хозяйственными делами, эти дела все силы вымотали и у меня, и у Оксаны, один Антошка не уставал, энергии у него много, ребёнок.

— Сейчас пойдём, давай минут пять посидим, о, а чем это так вкусно пахнет у нас?

Антошка принюхался, а мне смешно стало.

— Это мама котлеты жарит, бабушка фарш готовый дала, она так сказала: только сделать котлеты и пожарить осталось.

— Понятно, поужинаем вкусно. Антошка, мы с тобой семейные люди, то есть семья у нас, так? Так! И скоро ты станешь Борниковым, а это вообще отлично. — Скоро, скоро, сын, закончится вся канитель, и с переездом, и со свадьбой, ты даже не представляешь, как я рад, что у меня ты есть, я так мечтал о наследнике, и не знал, что он уже у меня есть.

- Борниковым... - задумался Антон, - как ты буду, я рад, особенно рад, что папа у меня есть, мне же с тобой интереснее, чем с мамой, мы мужскими делами занимаемся, как и положено. - Он помолчал немного, я обнял его, и мы сидели обнявшись. - Пап, а я Жене сегодня звонил, она вам привет передавала, и ещё сказала, что читать учится, говорит, на следующий год приедешь, я сама твои назначения читать буду.

- Вы и на следующий год собираетесь в больницу играть? Молодцы. Женя красивая девочка, она тебе нравится?

Антошка смущённо посмотрел на меня и вздохнул.

- Да. Нравится. Когда вырасту, женюсь на ней, я ей говорил об этом, она согласилась.

Я ничего ему не ответил, покрепче прижал к себе.

- Да, когда вырасту, а сейчас учиться надо, не до глупостей, так бабушка сказала, а дедушка не согласился с ней, говорит: любовь — это не глупость.

- Ну, по-своему и бабушка права, и дедушка тоже, ну что же, пойдём мусор вынесем, и тогда, наверное, мама нас есть позовёт.

- Пойдём, там дождик, смотри, как по окнам бьёт, наверное, недавно начался, ветер, а мы как отважные люди с тобой, и дождя не боимся.

- Да мы с тобой вообще ничего не боимся, завтра бабушку с дедушкой в аэропорт встречать поедем, московских? Ты не против.

- Не против, конечно, поедем, пап, правда, я их не знаю, по телефону только видел.

- Вот и познакомишься самый первый с ними.

Мы собрали весь мусор, который нашли, собрались выходить, Оксана из кухни выглянула.

- Вы что, мусор выносить? Поздно уже, да и дождь там.

- Мы не боимся дождя. - Антошка ответил.

- Сейчас, Оксан, придём и все котлеты поедим, не переживай, мы быстро. - Ответил ей. - Туда и обратно.

***

Вышли на улицу, и правда дождь, цитируя Лермонтова, надо сказать: «Скверный городишко», но в этом городишке обрёл семью, поэтому мне сейчас всё нравилось. Мусорка находилась недалеко от нашего дома, мы выбросили мусор и повернули обратно.

Эти трое выросли как из-под земли или опустились вместе с дождём, лиц не было видно, нет, они точно не с добрыми намерениями, мы хотели обойти их, но... Они загородили дорогу, один, который повыше, спросил глухим голосом.

- Дядя, закурить не найдётся?

- Не курю... - Насторожился я, прекрасно понимая, к чему этот вопрос, и приготовился к худшему, закрыл собой Антошку. - Ребята, в чём дело?

Один из них сделал выпад и, наверное, хотел меня ударить, но одного не знал, что я врач, причём врач-хирург, поэтому знаю, куда ударить, чтобы вырубить человека на время, так и сделал, парень упал, другого отправил туда же, третий достал из кармана нож, Антошка завизжал от страха, я испугался за него и внимание ослабил, мощный удар свалил меня с ног.

- Антошка, беги домой! - Успел крикнуть сыну, вскочил на ноги, только не успел ничего предпринять, удар в бок ножом снова заставил меня осесть на землю, я схватился рукой за бок... Что это? Кровь? Это он ножом меня, те двое стали подниматься с земли...

- Падла, я тебя сейчас прикончу, - Ругнулся один из них, но в это время к мусорке бежала с криком Оксана, видно, они испугались...

Как в кино, не пойму ничего, спины этих троих скрылись в темноте, Оксана оказывала мне первую помощь, Антон плакал: «Папа, папа».

- Сейчас, Гриш, скорая приедет, потерпи, - Она тоже плакала, - Потерпи...

- Там... рана, она... неглубокая, я понял сразу, нож он вскользь... как то... - Задыхаться стал, но всё помню, сознание не терял, этот противный привкус железа во рту вызывал тошноту, ох, да что же это, за что меня, хулиганьё?

Скорая едет, мигалки, сирена, о, Сергей... сам приехал за мной, всё, провал, темно...

***

Проснулся, не помню ничего, рядом... Оксана.

- Оксана... - Тихо позвал её. - Оксана, - что такое сам себя не слышу, но она встрепенулась, посмотрела на меня.

- Гриша, ты... Сергей, Григорий пришёл в себя! - Она позвала Николаевича.

Тот прибежал быстро, осмотрел меня.

- О, ну как ты, молодец? Ну... смотрю, как новый, это хорошо, ну и напугал ты нас! Сын плачет второй день, Оксана тоже, и я места себе не нахожу.

- Нормально всё... - Едва выговорил. - Сергей, ты оперировал?

- Да. Ничего страшного, жизненно важные органы не задеты, да, наверное, и сам понял это.

- Куртка... на мне кожаная была, из натуральной кожи... И немного увернулся, их трое было...

Оксана держала меня за руку, ощущая её тепло, мне стало спокойно, и тут я вспомнил, сегодня же я должен родителей встретить в аэропорту.

- Оксан, родители... как же? - Расстроился даже, лежу здесь, а они...

- Их папа встречать поехал, не переживай, он прямо сюда их привезёт, тебе много говорить не надо, береги силы, Гриш.