Малиновое вино.

Глава 24. Оксана Зорина. Борникова.

Чуяло моё сердце, что Светлана не оставит нас в покое, мне почему-то казалось, да что там казалось, я была уверена, что нападение на Григория — её рук дело, это она организовала. Следователю о своих подозрениях, естественно, не сказала, во-первых, это бездоказательно с моей стороны, во-вторых, я так была рада, что Гриша жив остался, против такого нападения, трое на одного, а ещё Антошка, он так испугался, а с ним сейчас беседует следователь, в моём присутствии естественно.

— Антон, а ты по фото сможешь узнать человека, который следил за вашим домом? — спросил следователь.

— Я попробую, он не скрывал лица, хотя днём около нашего дома долго был, ни папы, ни мамы дома не было, они на работе в это время были, а дома только мы с бабушкой, я её позвал, а тот спрыгнул с забора, он ведь подтянулся, наверное, и смотрел, я так в деревне делал, ну вот, бабушка вышла на крыльцо, и я с ней, а уже никого не было, он, тот дядька, наверное, убежал.

— А бабушка его видела? — Следователь посмотрел на меня, потом спросил: — Это ваша мама?

- Да...

- Нет, бабушка его не видела, а мне потом говорит: «Тебе, Антош, показалось, ты в шпионов поиграть решил, в больничку надоело?» А я ей сказал: «Нет, я не играю в шпионов, а правда видел».

- Ну а если я тебе фотографии покажу, ты... может, узнаешь его? - Следователь стал искать фото на телефоне.

- Не знаю. Я попробую. - Пожал плечами Антошка.

Долго рассматривал фотографии, сколько же в нашем небольшом городе преступников? Наконец Антошка сказал:

- Вот на этого похож, сильно.

- Понятно, это Алексей Даньшин, дважды судимый. Спасибо, Антон, ты очень помог, думаю, мы скоро найдём этих нападавших и всё узнаем, чем им твой папа не понравился.

***

- Мам, я к папе. - Антон собрался в палату к отцу.

- Может, не надо, пусть он отдыхает, а?

- Надо, он будет отдыхать, а я его охранять, а то вдруг снова на него кто-нибудь нападёт. - Рассудил сын.

- Ну... тогда пойдём вместе, а то вдруг ты один с нападавшими не справишься? - Улыбнулась я. - Да, сейчас сюда бабушка и дедушка приедут, папины родители, они уже отдохнули, покушали, и сюда.

- А завтра свадьба у нас? Ты рада, мам? - Антошка обнял меня.

Рада... Наверное, да вот одни препятствия на пути к этой свадьбе, и сердце не на месте.

- Я рада, что твой папа жив остался, а свадьба? Свадьбу и потом можно было организовать, только он хочет сейчас, папа твой, хочет, чтобы мы скорее стали Борниковы. Ты, я так понимаю, тоже.

- Да. И дедушка Борников тоже так хочет, чтобы я скорее Борниковым стал. - Ответил Антошка. - Пойдём к папе.

- Люда, ты на посту побудь, я скоро приду. - Попросила подругу.

Она кивнула головой и встала на пост, а мы с Антошкой пошли к Григорию.

- Пап, ты не спишь? - Антошка подошёл к отцу.

- Нет, не сплю, и так долго спал, иди сюда, садись со мной.

Григорий прижал к себе сына.

- Гриш, как ты себя чувствуешь? Переживаю я что-то, хоть Сергей Николаевич говорит, что всё нормально, а у меня душа болит, мама звонила, спрашивала, есть тебе разрешают или нет, она там бульон сварила куриный, говорит, тебе обязательно поесть надо, я ей говорю, привози.

- Оксан, неужели это правда всё Светлана организовала? Хотя, — Гриша посмотрел на Антошку, — тогда-то тоже она, — я поняла, это он про меня, Света, чтобы меня избить, наняла ребят.

- Пап, а она бандит? Твоя бывшая жена. — Сын во все глаза смотрел на отца.

- Нет, Антош, она хуже, чем бандит, бандит что? Избить может, убить, ранить, а она ещё и морально ударить может, а это хуже.

- Как? Обидеть? Сказать что-то плохое? Я знаю, меня тоже пацаны морально убивали в деревне, говорили, что я подкидыш и что у меня папы нет, я поэтому не дружил с ними, только с Женей дружил, она так не говорила.

- Ты не подкидыш, у тебя папа и мама есть, а ещё дедушки и бабушка, так что те пацаны не правы. А Женя хорошая и умная.

- Я знаю. Она тоже врачом будет, мы с Женей, как вы с мамой, тоже врачами будем. — Торжественно объявил Антон.

Мы улыбнулись, глядя на него.

- Оксан, ты не ответила, как думаешь, она? - После некоторого молчания спросил меня Гриша.

- Я даже думать об этом боюсь, как может женщина, мать, заказать такое? Ладно, давай после поговорим, а сейчас... - Кто-то звонит мне, подняла трубку. - Алло?

- Ну что? Вышла замуж, потаскуха? - Голос непонятный, ни мужской вроде, и на женский не похож. Электронный какой-то.

Я выключила телефон, кто? Кто это звонил? Ефим?

- Кто звонил? Ты побледнела. - Внимательно посмотрел на меня Григорий.

- Не... знаю, не представился. Гриш, меня...

- А вот и мы. - Родители Григория приехали. - Всем здравствуйте, ну Гриша, сын не отходит от тебя, как брат милосердия.

- Оксан! Срочно операционную готовить, привезли с аварии. - Люда зашла в палату и попятилась. - Ой, я не знала, что вас здесь так много.

- Извините, я срочно должна идти, оставляю сына на ваше попечение.

- Беги, Оксан, спасай людей, за сына не беспокойся, он с нами. - Кивнул головой Григорий.

***

Ой, вот это да! Вот это авария была, с трассы привезли, страшно смотреть, Сергей Николаевич, Герман, вдвоём латали часа три, ну и я, понятно, с ними, и Наталья здесь, всех врачей собрали. После операций, потому что делали не одну, сил не было вообще, особенно у Сергея с Германом, хорошо хоть ещё Ирина Дмитриевна, она хороший хирург, её тоже вызвали, на всякий случай, «урожай» сегодня большой, то одного везут, то другого, то вот двоих сразу, ну вроде операции нормально прошли, один, правда, сильно пострадал, выживет ли? Пока неизвестно.

***

- Оксана? Устала, как там пострадавшие? - Григорий на локоть привстал на койке.

- Живы все, один сильно пострадал, пока что-то говорить рано, но будем надеяться, кстати, Сергей Николаевич разрешил тебе так приподниматься? Ничего не повредишь себе?