Малыш от босса. Ты от нас отказался

Глава 9

Олесе казалось, что прошла вечность, прежде чем она вернулась домой. Она не помнила, как шла по улицам, ехала в метро, поднималась на лифте, открывала дверь. Переступив порог и сбросив обувь, она обвела невидящим взором пространство. Память услужливо подбрасывала картины ещё недавнего прошлого, наполняя квартиру призраками воспоминаний.

Шатающейся походкой Олеся прошла в гостиную и рухнула на диван, обняла подушку и разревелась. Здесь всё дышало Антоном. Широкий диван, двуспальная кровать, подушка, которую она прижимала к груди, даже воздух были пропитанным ароматом его парфюма. Перед глазами проплывали видения ещё недавней счастливой жизни. Как Антон обнимал её, целовал, шептал на ухо разные нежности, как они разговаривали до утра, вместе готовили после умопомрачительных ласк, от которых просыпался зверский аппетит.

— Готовили… — пробормотала Олеся, подскакивая на месте.

Она поднялась и проследовала к холодильнику, где вот уже третьи сутки мариновалась утка. Олеся собиралась запечь утку по-пекински к приезду Антона. Она несколько дней потратила, чтобы найти и купить все необходимые ингредиенты.

— Нет, — покачала головой Олеся, убирая птицу в пакет, тщательно завязывая и выбрасывая в мусорное ведро. Туда же отправились приправы, соусы и даже остатки рисовой водки, необходимой для маринада. — Не сегодня.

Захлопнув холодильник, она направилась в спальню, зашторила окна и упала без сил на постель. Жить не хотелось.

День сменился вечером, вечер ночью, а ночь утром. Олеся не могла сказать, сколько раз солнце повторило путь по небосводу. Времена суток смешались, перепутались, поменялись местами. Все эти дни девушка пялилась в белый, идеально ровный потолок и почти ничего не ела. Из-за постоянной тошноты она была не в силах проглотить не кусочка. Олеся била себя по рукам, чтобы не набрать до боли знакомый номер, каждая цифра которого отпечаталась на подкорке, и гипнотизировала телефон, вздрагивая всякий раз, получая то или иное сообщение. Она не расставалась с мобильником, боясь пропустить звонок от Антона, хотя понимала всю тщетность ожидания.

— Хватит, — выдохнула Олеся, убирая телефон под подушку. — Так и с ума недолго сойти.

Она встала с постели, в которой провалялась несколько суток, и направилась в ванную комнату.

— Надо приходить в себя, — прошептала девушка, открывая кран и наливая пену.

Олеся посмотрела в зеркало и ужаснулась отражению: всклокоченные волосы, красные воспалённые глаза, осунувшееся лицо. Присев на бортик, она ждала, когда же ванна наполнится. Но все её нервы были настолько оголены, что даже сквозь шум воды она услышала, как звонит телефон в её спальне, накрытый подушкой.

— Антон!

С этим криком Олеся бросилась на звук звонка. Но надежда тут же сменилась разочарованием, когда на экране высветилась фотография подруги Любы. Снова захотелось рыдать, но сделав несколько глубоких вдохов, Олеся сняла трубку.

— Алло, — упавшим голосом произнесла она.

— Привет! — весело защебетала Люба. — Мы тут с Верой оказались в твоих краях и вспомнили, что давно не виделись. Ты как, дома?

— Ага, — вздохнула Олеся, не зная, радоваться или грустить предстоящему визиту подруг. Сейчас она никого не хотела видеть, но при этом понимала, что дальше так продолжаться не может.

— Тогда открывай! Мы тут внизу стоим, — рассмеялась Люба. Тут же раздался домофонный звонок, и Олеся поспешила к двери. — Мы твои любимые заварные пирожные захватили, между прочим! Знаем, какая ты сладкоежка! — добавила подруга и отключилась.

Прошло буквально несколько минут и вот, Вера с Любой с восторженным гомоном ввалились в квартиру.

— Сколько лет, сколько зим! — подруги со всех сторон обняли Олесю и закружили по коридору.

— Ага, — только и выдавила та из себя, обнимая их в ответ. И в каком бы раздрае ни была её душа, но сердце постепенно наполнялось радостью.

— Так, стоп! — Перестав обниматься, Люба настороженно посмотрела на Олесю. — Что с тобой? Ты совсем на себя непохожа. Заболела, что ли?

— Ага, — кивнула Олеся.

Но подруги смотрели на неё с нескрываемым подозрением, переглядываясь между собой, что она не выдержала.

— А меня Антон бросил… — сдавленно произнесла она и всхлипнула.

Олеся не собиралась плакать, ведь и так уже все слёзы выплакала, но в носу подозрительно защипало, и вот она уже в голос рыдала на плече у Любы.

— Тише-тише, — подруга гладила её по спине и пыталась успокоить. — Как бросил-то? Почему?

— Не знаю! — ревела Олеся. — Просто бросил, сказал, что я ему больше не нужна. Уволил. Охране пускать запретил. Ничего не объяснил.

Вот так, сбиваясь и запинаясь, она слово за слово всё поведала подругам.

— Капец… — только и сказала Люба.

Приобняв Олесю, она повела её на кухню, усадила на стул. Сама поставила чайник. Вера в это время достала блюдо, выложила на него сладости, после чего начала расставлять чашки.

— Как так можно, — причитала Вера, а Люба хмуро смотрела на плиту. — А такая сказка была красивая, мы все тебе завидовали по-доброму.

— Нечему было завидовать, — шмыгнула носом Олеся. — Выбросил, как какую-то ненужную вещь, даже не поговорил по-человечески…