Малыш по расчету. Не дам вам уйти

Глава 7

— Обедать будешь? — спрашивает Галина, всматриваясь в мои глаза исподлобья. Крыса, иначе не назовешь. Вроде бы умная, красивая. Но зачем работает на два фронта — хер знает.
— Не буду, — устремляю взгляд на экран компьютера. — Не голоден.
— Ну, как хочешь, — фыркает она, ставя передо мной чашку кофе.
Мне необходимо сегодня поговорить с Захаровым и передать ему очень важную информацию. Но по закону подлости никак не останусь один. Эта дрянь ни на минуту не отходит, будто ее специально наняли, чтобы та шпионила за мной.
Гаврилов старается как может. Тратит нехилую сумму денег, чтобы обелить своего сына. Даже выкупил нескольких свидетелей, которые будут участвовать в суде. Мне нужны были из имена и я их нашел. Теперь дело остаётся за главным — передать всю эту информацию капитану.

С огромным трудом выставив девицу за дверь, наконец остаюсь один. Помещение так себе. Гаврилов обещал горы, но по этому кабинету видно, что лжет. Ничего он не даст, если уж в самое дно отправил работать.

Ладно, это не главное, как-нибудь переживу.

Достав телефон из кармана, я снимаю его с блокировки и открыв папку, где выделены имена тех продажных людей, которые ради денег закопать невинного человека готовы, делаю несколько снимков. Убедившись, что качество хорошее, прячу мобильный обратно, а документы ставлю на самый угол стола.

Благо, тут скрытых камер нет. По крайней мере я каждую дыру здесь изучил и не нашел. Но подслушка есть. Без сомнений. Поэтому я никогда не звоню кому-либо отсюда. Да и вообще, подозреваю, что и телефон мой подслушивается. Вот и нашел себе кнопочный, чтобы избежать ловушек со стороны Гаврилова.

На месте не сидится. Непривычное место и лица, от которых к горлу подкатывает тошнота, бесят. С самого утра время никак не идёт, будто остановилось. Скорее бы покончить со всем дерьмом и вернуться в компанию Захарова, где, по крайней мере, хотя бы дышать можно нормально.

— Дима, шеф приехал, — осведомляет меня Галина, стоя у двери и поглаживая свои волосы. Смотрит так, как смотрела тогда, когда Саша огрызнулся на нее. А я, лох, эту дрянь защищал. Не подозревая, что она из тех крысят. — Хочет тебя увидеть.

— Чуть позже спущусь.

— Он хочет поговорить с тобой прямо сейчас.

— Чуть позже спущусь, — повторяю с нажимом, чтобы отвалила.

Ненавижу, когда надо мной командуют. К словам того сукина сына я точно прислушиваться не собираюсь. Хочет поговорить? Пусть ждёт.

Скользнув по мне недовольным взглядом, Галина выходит, но дверь за собой не закрывает. То ли привычка у нее такая... Хреновая. То ли специально, чтобы подслушать, если я вдруг буду с кем-то разговаривать по телефону. Дура.

К Гаврилову я иду спустя минут двадцать. Захожу без стука, как обычно делает он и опускаюсь в кресло напротив, закидывая ногу на ногу.

— Я слушаю. Галина сказала, есть разговор.

— Есть, — мужик сканирует меня пристальным взглядом. Даже усмехается непонятно чему. — Твоя бывшая жена настроена категорично. Считает, что ты полное дерьмо.

На нервах подаюсь чуть вперёд. Спина напрягается, по телу пробегает холод. Впервые меня так тревожат слова этого ублюдка. Они что, к Милене начали лезть? Ведь я не прощу.

— И? К чему мне эта информация? — говорю равнодушным тоном, хотя внутри бушует ураган.

Эмоции — мой сильнейший враг. Очень пытаюсь держать их под контролем, но получается хреново. Пальцы невольно сжимаются в кулаки, а дыхание сбивается.

— Она-то категорична, но какого лешего твоя мать пытается убедить ее в обратном, то есть в твоей чистоте — вот это для меня огромный вопрос. Может, тыответишь мне, м?

П**дец. Мать опять за свое взялась.

Не знаю, что творится, но моя мать явно лезет не туда, куда следовало бы. Снова. И этот факт заставляет обращаться с ней на ее же языке. А вообще, ее отправить надо из этого города, чтобы больше не совалась не в свои дела. А лучше, пусть вообще покидает страну и живёт там, где ей было в кайф без меня. Да только без моей поддержки.

— А если поконкретнее? Без лишних загадок и прочего? Потому что я без понятия, о чём идёт речь. Причем тут моя мать?

Не прерывая зрительного контакта, Гаврилов достает свой телефон. Я выдерживаю его взгляд до тех пор, пока он не утыкается носом в свой мобильный. Ищет там что-то, затем поворачивает в мою сторону.

Я не беру смартфон мужика. Но вижу картину: Милена с моей матерью. Это то самое здание, где живёт моя девочка. Прямо у подъезда.

Пазл складывается. Мать явно оправдывалась, пыталась обелить меня, якобы не мог предать их семью. Но вот зачем? Зачем быть такой лицемерной? После всего, что она сделала, ещё и смеет пойти к Милене и что-то ей доказать?

Теперь я вытаскиваю телефон из кармана и сразу набираю номер матери, ставлю на громкую связь для убедительности. Тут даже играть не придется. Потому что я не позволю сказать маме лишних слов.

— Алло, сынок, — раздается голос матери. Сжимаю челюсти до боли в зубах. Смотрю в упор на Гаврилова.

— Какого хрена ты творишь? Я разве тебе не говорил, чтобы ты не подходила к Милене даже на шаг? Я же тебе говорил, что она дрянь и связываться с ней не стоит? Почему я узнаю, что ты искала с ней встреч? Более того, поехала к ее ногам?! Какого, говорю, хрена, мама? Почему я постоянно должен тебе что-то повторять?

— Она должна знать... Ты же не...

— Что я, мама? Между нами давно все покончено и ты это прекрасно знаешь. Они растоптали меня, унизили. Вот и получают ответку. А ты не лезь к ним, если не хочешь пострадать! У меня нет времени ещё и с тобой нянчиться. Когда ты собираешься уезжать?

Повисает пауза. Мать явно в шоке от моих слов, но попыток объяснить что-либо не делает.

— Хорошо, больше не стану с ней разговаривать. Я просто думала, что есть шанс...

— Нет никакого шанса и не будет, — рявкаю таким голосом, что сам начинаю верить своим же словам. — ВСЕ. КОНЧЕНО. Вбей это себе в голову.