Малышка с секретом

Глава 5. В пути...

"А дорога серою лентою вьется..."

(Из песни О. Анофриева)

Проснулась я, как и привыкла еще до рассвета. Сев на перине между спящими, оглядела нашу поляну. У костра, ко мне спиной, сидел один из молодых мужчин, видимо, дежурил. Он держал в руках меч и протирал его какой -то тряпицей. На поляне было тихо, будто и не здесь во все нас вчера пытались задрать волки. Следом за мной проснулись мать и батька. Отец поднялся на ноги, потянулся, потёр лицо ладонями, озираясь и зевая. Матушка села на перине и развязала платок который, так и не сняла на ночь также, как и мы с Боянкой. Братья и сестра всё ещё спали. Батька взяв ведро, ушел в ту сторону, где вчера набирал воду. Наверное, там в лесу родник или какой -то водоем. Мамка принялась переплетать косу, закончив, она повязала платок вновь и потянулась к одной из корзин, в которую стала складывать их с отцом одеяла. Было зябко, солнце только начало подниматься: и на траве, и окружающих нас деревьях, и кустах стали появляться капельки росы. Я поплотнее завернувшись в свое покрывало, следила за просыпающимся лагерем: вот матушка разбудила братьев и Боянку, принялась собирать нам завтрак из оставшихся пирогов, открытого вчера меда, и сварёных ещё дома яиц, из ополовиненой корзины. Вернулся батька и поднеся ведро с водой, велел:

- Умывайтесь скорее и собираться будем, до города ещё весь день трястись, нужно до темна поспеть.

Матушка кивнув ему, взяла меня в одну руку и отойдя немного дальше с ведром, принялась меня умывать. Я взвизгивала и вырывалась, ощущение ледяной воды с утра совершенно не было приятным. "Дома вода ледяной - не была, все же в избе стояла, а тут как моржи. - усмехнулась я про себя. - Ну это может и к лучшему, закалка так сказать."

К нам подошли Боянка переплетающая косу и обнимающий себя за плечи со сна Зелислав. Ребята остановились неподалеку, дожидаясь своей очереди. Отомаш продолжал сидеть на перине и отупело тер глаза. -"Привык братец позже просыпаться, нелегко ему сейчас разбудить свой мозг." Умыв, мать передала меня Боянке, умылась сама и снова подхватив мою взбодрившуюся тушку, вернулась к перине. Отец ушел к телеге и принялся вытаскивать из клеток кур, чтоб напоить их. Пустыми клетками, он разделил телегу на две половины: в одной куры и одно из корытец, а в другой поросята, жующие что - то из второго корытца. Умылись Боянка и Зелислав. Собравшийся с мыслями Отомаш, направился к нашему импровизированному умывальнику. Закончив с водными процедурами, вылил его и подошел к Гоймиру, переговорив с ним и прихватив пустое ведро, направился в сторону леса. Матушка облупила мне яйцо и сунула в руку. Мы стали завтракать, то есть утреничать. "Я, наверное, никогда не привыкну..." Поев, я от нечего делать наблюдала, как Отомаш натаскал из леса воды и отставив ведро, направился к нам. Отец, тем временем, дождался когда куры напьются и стал ловить их рассаживая по клеткам.

- Как доешь, батька сказал, помочь поросей по клетям рассадить, - произнес Отомаш устремив взгляд на Зелислава, присел рядом с рожительницей и впился зубами в пирог. Зелеслав, лишь молча на это кивнул. Утолив голод, мальчик подорвался и ушел помогать отцу. Закончив возиться с животными, завтракать подошел и батька. К тому времени, Чипрана уже сложила одеяла в корзину и кивнув на нее головой велела:

- Доча, отнеси в телегу. И забирайся в нее сама, скоро выезжаем. - Боянка встала и ушла. Отомаш отряхнув руки о штанины, поднялся и пошел к коню, отвязал его от дерева и начал запрягать. От нашей возни проснулись соседи по стоянке, посмотрев на сборы, торопливо стали заниматься своими делами. Мама собрала остатки завтрака, убрала их в корзину и подхватив ее, направилась к телеге. Меня на руки взял, вернувшийся Зелислав и пошел за ней. Батька свернул перину, понес её укладывать на прежнее место. Достигнув цели, мы все остановились, дождались пока отец застрелил дно повозки, забрал корзину у Боянки и водрузив ее на прежнее место, втянул старшую дочь. Зелеслав, посадил меня и сам запрыгнул внутрь.

Батька спрыгнул на землю и помог устроиться супруге. Старший из братьев закончил впрягать Кучура. "Ну вроде собрались." Устроившись на своих местах на передке, Отомаш и Гоймир махнули на прощание нашим случайным знакомым и звонко гикнув, и стеганув коня, мужчина направил наш транспорт, на раскинувший свои бесконечные рукава налево и право, большак. Неспешно, но с каждой минутой набирая ход, возок катил все дальше по дороге в сторону конечного пункта назначения.

Делать было особо не чего, Боянка и Зелеслав, через минут десять легли досыпать, матушка, о чем-то размышляла, погруженная в себя. А я оглядывая, неспешно меняющийся пейзаж, задумалась о своем.

За вчерашний день произошло столько событий, что и не знаю, какое из них меня больше впечатлило? Новость о том, что я какая-то непонятная ведунья? Или спасение от стаи волков? Или поведение незнакомых мужчин? Ведь, вели себя окружающие, довольно странно. Только что, спаслись от смерти и даже имени друг у друга не спросили. Хотя, может это не так уж и подозрительно, как то, что их совершенно не удивило, почему маленький ребенок по словам какой-то неизвестной, но видимо, авторитетной бабки-Сении раздает приказы? Почему это норма? Ведуны здесь что-то вроде богов? И любое их слово нужно принимать на веру? Странно... Ну, а пока мы размешались? В воздухе витало, какое-то напряжение, Чипрана старалась, лишний раз, не поднимать глаза, а незнакомцы - не смотреть в нашу сторону. Хотя здесь махровый патриархат и видимо, женщина без мужчины, и не человек вовсе!

И всё таки, мы все едим на ярмарку, но ни отец, ни наши случайные знакомые, не предложили отправится вместе. Хотя, что уж может быть более логичным чем продолжить путь сообща? Стаю отбили вместе, на брудершафт, конечно не выпили, но и дураку понятно, что от возможных опасностей легче отбиваться большим числом. Вроде бы беда сближает и помогает, разрушить стены обычной настороженности? Или я чего-то не понимаю и здесь все не так?