Малышка с секретом

Глава 7. Сладкие петушки.

Много сладкого - вредно, а мало - обидно...

(Михаил Мамчич)

Утро нового дня началось отвратительно.

Тяжело отходя от крепкого сна, с большим трудом я открыла глаза и первым, что увидела, было окно, из которого пробивались ласковые солнечные лучики, неспешно мельтешащие по рядом лежащей подушке, примятой, но уже пустой. От развернувшейся перед глазами картины, на лицо непроизвольно наползла, предвкушающая удачный день, улыбка. Окинув взглядом комнату, убедившись в своем одиночестве, хотела было сесть, но приложив едва заметное усилие, просто взвыла и завалилась обратно. Болело ВСЁ! Даже волосы и те, кажется ныли. Все мышцы неистерпимо ломило и единственное, что делать было приятно - это моргать.

"Не по мне тот шесток оказался. Ведь знала, что так будет! -думала замерев лёжа на спине, в ожидании, пока отступит накатившая волна неприятных ощущений. Захотелось в туалет. "И как быть? Боянки нет. Где она, когда так необходима? Нужно попытаться как-то самостоятельно справиться, не мочить же постель? Вчера ведь, получилось, правда вчерашним вечером ничего и не болело, но в нынешних обстоятельствах, потерпеть физический дискомфорт намного предпочтительней, чем грозящая, в противном случае, унизительная альтернатива. Да и сползать вниз, гораздо легче, чем забираться наверх. Что ж, марш - бросок одного немощного ребенка объявляется открытым!"

Максимально сохраняя всё то же положение, по миллиметру начала сдвигаться к краю, попеременно перемещая: то ноги, то плечи и наконец, бедра. "Не так уж и страшно, - думалось мне. - Если не торопиться и экономить силы, то минут за пять управлюсь. Что за вселенская несправедливось? Казалось, сделала добро ближним, а они тебя, почти беспомощную малышку, бросили. Теперь изворачивайся тут, если хочешь сохранить собственное достоинство." - бурчала себе под нос, приближаясь к цели. - Так, и как же теперь ловчее оказаться на полу? Просто скатиться? Нет, слишком травмоопасно, можно и ключицу сломать. Господи! Ну зачем делать такие высокие кровати? Могли бы подумать, как "бедные калеки" в моем лице, будут спускаться без чьей бы-то ни было, помощи. Изверги! Значит, сползу по частям.- С трудом, свесив сначала правую ногу, а затем левую, попыталась нащупать пальчиками пол. - Нет, так не пойдет, слишком высоко, так точно не достану! Попробовать что-ли стечь, как патока, медленно и плавно?" - Осторожно, неспеша, сантиметор за сантиметром я свешивалась с края кровати, но в итоге, все равно, больно шлепнулась попой об половую доску, отчего все тело, словно, током прострелило. "Убейте меня кто-нибудь!" - подвывала еле-еле сдерживая слезы.

В этот пиковый момент моего отчаяния и боли, дверь в комнату отворилась и вошла Боянка. "Боже, само проведение мне её послало! - я совершенно точно переоценила свои силы и была стопроцентно уверенна, что горшок мне уже не одолеть. - Спасибо!" Девочка увидев меня на полу, подскочила и подхватив, стала разглядывать приговаривая.

- Ох, Ведара ты, что с койки упала, да? Ушиблась? Где болит? Дай посмотрю! – принялась, вертеть меня сестра. От ее манипуляций я чуть не взвыла. "Сейчас моему телу такое противопоказано."

- Больно... - все же расплакалась.

- Где? Где больно? - допытовалась девочка обеспокоенно .

- Везде-е-е и писать, хочется-а-а-а.- Продолжая реветь, проныла я, стараясь не слишком напрягать мышцы.

Боянка, в лёгкой панике, быстро устроила меня на горшок и дождавшись финала утреннего моциона, уложила меня обратно в постель, со словами:

- Я сейчас, я матушку кликну, она лекаря ежели что позовет, обожди маленько, сейчас! - и выскочила за дверь, не дав мне хоть слово вставить. Через некоторое время, дверь открылась и в комнату влетели уже три обеспокоенные женщины, точнее две женщины и одна девочка: матушка, тетка Варвара и перепуганная Боянка. Все кинулись ко мне.

- Доченька, где больно? Ты ударилась? Как? - почти хором восклицали матроны, попеременно меня ощупывая. Сомневаясь, что смогу их быстро успокоить, решила переждать бурю. Правда польза от их воплей была, от бесконечных причитаний, я почти мгновенно перестала плакать.

- Варвара пошли за лекарем, вдруг она сильно ушиблась! - попросила матушка.

- А? Да сейчас! Сейчас, сейчас! Как же так? Ну, как же так не углядели? - лепетала тетка, выходя из горницы.

В комнате после её ухода, стало немного тише и мне удалось обратиться к матери: - Матушка, не переживай ты, я не сильно ударилась. Вот полежу маленько и всё пройдет. - уговаривала женщину, заглядывая в глаза. Немного успокоившись и убедившись, что слез я больше не лью, матушка улыбнулась и с облегчением сказала: - Голубка моя, как же мы испугались! Думали расшиблась совсем. Но тут будто, что-то вспомнив, окликнула - Боянка, а ну, скорее догони Варвару, скажи, что не надобен лекарь! - как-то слишком резко и напряжённо, с неприкрытой опаской проговорила Чипрана. - Хорошо уже всё. Живее давай, пока тетка не успела! - Поторопила матушка старшую дочь.

Сестрица подскочила и на всех порах, рванула исполнять поручение. Как только, дверь за Боянкой захлопнулась, мама пробормотала. - И так обойдёмся, а то, как бы худа не стряслось...

Я не совсем понимая, что так взволновало матушку и почему нельзя звать лекаря, спросила: - А, что с ним не так?

- Да все с ним так, просто не нужно нам, чтоб кто-то кроме наших знал, что ты ведующая. Я тетке твоей не сказала, так что смотри, не проболтайся. Поняла? - строго велела матушка, бережно поглаживая мои руки.

- А почему? И откуда лекарь узнает? - поинтересовалась я задумчиво. "На мне ж не написано, что я ведунья? Или у них какая-то сверх способность, позволяющая определять ведовство?

- Да потому, лекари они тоже, как ведуны, но не совсем такие, как, например, бабка Сения. Те, кто обучение прошел в городах редко оседают, их дар в путь-дорогу зовёт, так мне сказывали. А местный лекаришка не годным оказался, уж и не знаю почему, но учение не закончил. Может за блеском монет потянулси, а может и ещё по какой причине, уже и не помню, но, что бестолковый точно. Не гоже такому подобное знание доверять.