Малышка с секретом

Глава 10. Часть 1. Праздник к нам приходит...

Ку-ка-ре-ку!

Вот и настал ещё один привычный, в этом мире, день. - подумала проснувшись с криком петуха и топотом Зелеслава. С той знаменательной поездки в город, прошло уже около двух недель. Сегодня начинается месяц бога Игельда. За эти дни у нас многое произошло.

Я добилась заметных успехов в развитии своего тела: прекрасно ползала, подолгу стояла на ногах с опорой и уже потихоньку начинала, учиться ходить. Конечно, хотелось бы осваиваться в новом мире побыстрее, но и то, что я уже передвигалась стоя, придерживаясь за стенку или лавку, было здорово. А на мой профессиональный взгляд, вообще отлично. Я, уже уверенно орудуя ложкой, самостоятельно ела. И на днях, ещё кое-что очень важное произошло! Не сказать, что прям уж впечатляющее, но всё же, знаменательное для меня событие. В избе, сделали перестановку! "Юху!" Теперь я сплю на широкой лавке застеленной периной, а не в зыбке. Так что отныне, меня можно назвать довольно самодостаточной личностью. "Только сейчас я начала ощущать, как жизнь заиграла красками." Мы с Боянкой каждый день гуляли во дворе, постоянно вместе придумывали новые игры, частенько к нам присоединялся Зелеслав. Правда, матушка была, от этого поначалу, не в восторге. Стирки-то, с маленькой меня, в два раза больше, чем со взрослого батьки. Передвигалась я, в основном, ползком и вещи, которые носила, быстро приходили в негодность. Но мне было плевать. "Я, что ж теперь из жалости к устоявшемуся в селе образу жизни, должна себя в жертву принести, чтоб не создавать неудобств?" - думала успокаивая совесть. Поэтому ежедневно преодолевала новую, ещё неосвоенную, часть двора, продвигаясь всё дальше и дальше по территории. Порой случалось, проводить время с соседскими детишками. Я старалась особо не выделяться и в основном присматривалась к народу. В играх с ровесниками, понятное дело, не участвовала. "Да и не угнаться мне за ними было." Оказалось, что даже для местной пухлощекой детворы, я не обычный ребенок - задохлик, одним словом. Сначала, меня эта мысль неприятно поразила, я-то думала, что местные детки все такие. Ведь, так совпало, что родители озаботились состоянием Ведары лишь, когда в этом теле очутилась моя душа. Странно, конечно, почему они так долго тянули? Но не мне их судить, даже если когда-нибудь подтвердиться факт того, что душа настоящей Ведары покинула тело именно из-за этого. Я буду последним человеком, который им об этом расскажет. По незнанию, я довольно долго предполагала, что подобное отставание для местных, норма. А выяснив, что это не так, очень озадачилась. В большинстве своем, здешние сорванцы мало чем отличались от деток в моей прошлой жизни. И в чём причина, такого моего состояния, никто не знал. За спиной деревенские кумушки, конечно же, шептались. Когда матушка, со мной под ручку, выходила пообщаться с соседками и узнать свежие новости у открытого колодца, расположенного почти в центре села, почтенные матроны, всякий раз, громко шушукались, не обращая на меня внимание, пока матушка отвлекалась на разговор с какой-нибудь знакомой. Самое лучшее из всего, что они мусолили, было, что я, наверняка, блаженная или скорее всего - инвалид. Ведь, я до сих пор, с трудом ковыляла своими пухленькими ножками. Им было невдомёк, что мое состояние обусловлено не патологией, и я могу, по какой бы то ни было другой причине, уступать в развитии их собственных чад. Мне, по большому счёту, было плевать, что они думают. Уверенность в том, что физически я здорова, и причина наверняка в малоподвижном образе жизни и периодической слабости, подтверждалась тем, что на данный момент, я достигала каких-никаких успехов, пусть даже и испытывала ощутимый упадок сил. Зато, подслушанные разговоры помогали разобраться, что за люди окружают мою семью и как, на самом деле, относятся местные к моим родителям, братьям и сестре. А, что до остального, то я не испытывала особой нужды в чем-либо. И времяпрепровождение мое было расписано по часам. Ещё одним жиденьким источником информации, стали детки постарше. Они прилично разговаривали и помогали, без оглядки на отношение ко мне взрослых, узнавать новое о мире, о людях и вообще адаптировали непривычную речь, потому как, некоторые слова и обороты я, до сих пор, не всегда понимала. И беззастенчиво пытала детвору, идущую со мной на контакт, что обозначает, то или иное выражение, или же слово.

За всеми своими заботами, я как-то пропустила момент, когда весна вошла в силу и заставила весь мир вокруг цвести, и благоухать. Невзначай узнала, что дерево в нашем дворе, под которым я обычно сидела, было яблоней. Боянка рассказала, что яблоки с неё очень вкусные и появляются рано.

Отношения с домашними у меня были ровными, родные за бытовыми хлопотами не успевали задуматься над моими странностями и просто радовались маленьким достижениям. В целом, могу с уверенностью сказать, что меня абсолютно все любили, по возможности баловали, иногда тискали, а в остальное время не замечали. "Сей факт, лично меня в данных обстоятельствах, устраивал на все сто." Батька с Отомашем и близнецами ежедневно пропадали на полях, иногда, в редких случаях приезжая к обеду. Матушка, Зелеслав и Боянка, крутились по хозяйству и на обработку посевов практически не ездили, потому что работы и по дому было просто немерено. Так что, с почти всей сильной половиной нашего семейства, кроме Зелеслава, мы виделись не много. Более-менее близкое общение сложилось с Боянкой, во-первых, она очень шебутная девочка, неусидчивая, местами безответственная, но в этом были свои плюсы, я всегда могла найти время для себя и своих личных дел. Во-вторых, именно ей, чаще всего, выпадала честь следить за мной и ухаживать. Ну, и в-третьих, сестра частенько, вместо нелюбимых домашних хлопот, под предлогом того, "что я хочу, а я же ведунья и мне не откажешь," брала меня с собой на реку. Там я, в один из дней, познакомилась с её подружками: Юлкой, Франой и Цветаной. Девочки дружили давно, имели общие секреты, беды и радости. Характеры, как и внешность, у всех были очень разными, но как и полагается, в крепких дружеских отношениях, не разобщающие, что бывает довольно часто, а наоборот, очень дополняющие друг друга. Юлка, к примеру, своим внешним видом напоминала симпатичную, юркую белочку. У неё была светлая кожа, медные вьющиеся волосы, смешной курносый нос обсыпанный веснушками, небольшие карие глаза и пухлые губы. Нрав имела лёгкий, весёлый и довольно отходчивый. Могла любую назревающую ссору перевести в шутку, но обид не забывала никогда. Франа, на её фоне, смотрелась эдакой умудренный жизнью женщиной. Девочка была немного странной, в каком-то смысле, зажатой, но в меру общительной. Такая, "неоформившаяся каланча", стройная и высокая. Зато глаза, о, что это были за глаза, просто невозможно было не влюбиться в эту изумрудную зелень, её просто прекрасных, как молодая листва, глаз. "Что я впрочем и сделала." Этих очей не портил ни длинный нос, ни тонкие алые губы, ни темные цвета в одежде, которые девочка носила практически постоянно. "Она, вообще, вся была олицетворением порядка и рассудительности. Одна ее аккуратно подвязанная, темная коса чего стоила? Ни единый волос не мог, без особого дозволения, покинуть положенного ему места." А сердцем и душой, этой разношёрстной компании, была Цветана - милая, ладненькая, голубоглазая блондинка с копной соломенных волос. Характер её соответствовал внешности: добродушная, покладистая, немного наивная и, в тоже время, решительная, казалось, ничего не может сбить ее с намеченного пути. Девочка на загляденье гармоничная, так и вызывала своим видом желание защищать и оберегать. Именно она, старательно сглаживала все углы недопонимания между подружками, служила буфером к применению в спорах и вообще задавала всеобщее настроение, причем совершенно ненавязчиво. Цвета не обладала лидерскими качествами, не продавливала окружающих под свои нужды и наверное, именно по этому к её мнению девочки прислушивались. Они частенько собирались на поваленном дереве у кромки воды и принимались сплетничать, и делиться новостями. "Девочки, такие девочки, что в той, что в этой жизни." - думала я, наблюдая их общение со стороны. Я в беседах подруг не участвовала, просто сидела на берегу и делала вид, что ужасно занята, прислушиваясь к болтовне, чтоб быть в курсе событий. И просто наслаждалась пейзажем, звуками и запахами пробегающей мимо реки. В одну из таких встреч выяснилось, что Отомаш влюблен в Цветанку и самое обидное, что безответно, о чем сама же Цвета и поделилась по секрету. Я отнеслась к этому известию философски, тут уж ничего не поделаешь, или любишь, или нет. "Насильно мил не будешь." Зато Боянка оскорбилась и отыгралась на подруге пополной. Она никак не могла взять в толк: - "Почему это Цветане он, оказался, не мил?" Сестрица пыталась докопаться до истинной причины такого вопиющего небрежения со стороны лучшей подруги. Да так увлеклась, что чуть не кинулась на нашего ангелочка с кулаками, но девочки её оттащили и перевели тему на более безопасную. Я откровенно посмеивалась, покуда рядом разворачивалась эта презабавная сцена. "Надо же какая драма, в стиле "Санта-Барбары". - думала отвлечённо. Ничего важного или хоть немного нужного на этих встречахтя не почерпнула, поэтому относилась к ним с легкостью, как к просмотру мыльной оперы по телевизору. Подружки в основном сплетничали, о живущих в селе парнях и кому, кто нравится. Боянке, как выяснилось, приглянулся "первый жених на селе", сын старосты, некий Мстишко. По нему сохли все девчонки, за исключением, лучших подружек моей неугомонной сертрицы, но её конкуренция, среди остальных сверстниц, не пугала. "Конечно, с её то характером." Правда, Цветана считала его гадким и подлым, почему именно, не уточняла, но Боянка и тут оказалась на диво твердолобой. В сердечном вопросе она ни чьему мнению не доверяла, даже весомому Цтетиному. "Хотя, я б на её месте прислушалась". Отомаш же, среди лучших женихов не значился и поэтому невест у братца было немного. Некоторые, иногда, на него поглядывали, но его обыкновенная нелюдимость и молчаливость не добавляли ему очков в гонке за сердца представительниц прекрасного пола. Зато его, частенько, хвалили матери девиц. Возможные тещи, как более опытные, заранее могли углядеть в юноше положительные черты, соответствующие званию "идеального зятя": хозяйственный, неленивый, некапризный, молчаливый. "Да за таким, как за каменной стеной. - часто передразнивали подружки, изображая манеру речи знакомых нам матрон." Такие встречи проходили не часто, потому что времени в сутках на разгульное ничегонеделание у деревенских не оставалось и даже Боянка, не могла себе позволить, так явно, игнорировать свои обязанности и сердить отлучками мать.