Мама для детей одержимого

Глава 4

— Вставай! Вставай! — Ася и Тася прыгают на нашей с Адамом кровати в попытке разбудить меня. — Ну, хватит спать! Сколько можно?! Уже солнце на улице! — хнычет Тася. — Скоро уже луна будет!

— Девочки, дайте поваляться, — прошу их жалостным тоном и накрываю голову второй подушкой. Подушкой Адама, которая пропитана его запахом и теплом. Кажется, что опять ночь и он вновь во сне обнимает меня. Но всё же ночные объятия лучше, чем просто подушка, пахнущая им.

Адам всегда уезжает на работу рано, хоть и ложится поздно. Он слишком много работает. Хоть я и понимаю, что он владелец компании и всё на нём. Мне жаль собственного мужа. Не щадит себя ни капли.

— Нельзя спать! — не унимается Тася, стягивая подушку. — Мы уже встали, и ты вставай!

— Зачем? — спрашиваю, понимая, что мне не суждено выспаться в этой жизни. Они будят меня каждое утро. В семь утра. Ни минутой позже. Ни минутой раньше. Вот оно значит, какое материнство… Порой обратно, в кому хочется, лишь бы поспать. Глупая шутка.

— Как это зачем? — восклицает Ася и ложится рядом со мной. — У папочки день рождения завтра! Мы должны придумать ему праздник! С шариками, тортом, дяденьками в костюмах и ещё что-нибудь! Всё как папа любит и всё для него! Он ведь всегда всё делает для нас. Завтра мы должны для него.

— Эмм… Завтра? — мигом просыпаюсь, осознавая, что не знаю, когда у моего супруга день рождения. — Почему вы мне раньше не сказали о том, что у папы день рождения скоро? Мы бы заранее подготовились. За один день ничего нормально не организовать.

— Мы сами не знали, — признаётся Тася. — Мы играли в шпионов и подслушали разговоры охранников. Они сказали, что завтра у папы день рождения и папа целый день будет дома! И не надо охранять с машинами, когда он будет ехать на работу. А что ты ему подаришь?

— Не знаю…

— Мы рисунок, — рассказывает Ася, счастливо улыбаясь. — Папе нравится, когда мы дарим рисунки. Если у тебя нет подарка, хочешь, можешь тоже нарисовать ему рисунок. Мы можем тебя научить рисовать папу, если ты не умеешь.

— Буду иметь в виду, — мягко отказываюсь, понимая, что от меня рисунок будет смешно получить. Учитывая тот факт, что я не умею рисовать. Или умею… Не проверяла. — Но я попробую придумать что-нибудь своё.

— А шарики? Торт? Украшения дома? — закидывают они меня вопросами относительно декорации дома.

— Ничего нет.

— А деньги? У тебя есть деньги, чтобы купить? — интересуется Тася.

— Есть! — решительно заявляю и тянусь к тумбе, где лежит дебетовая карта, которую мне сделал Адам. Но я так ею и не воспользовалась. Кажется, пришло время тратить деньги мужа. — Собирайтесь! Мы едем в магазин! Потом в кондитерскую, закажем торт! Потом нужно в торговый центр, искать папе подарок. Вы ведь поможете мне? Напомните, что папа любит?

— Поможем! — в один голос восклицают малышки. — Мы знаем, что папа любит, — говорит Ася и, спустившись с кровати, достаёт из-под неё коробку. — Тут папины секретики. И всё, что он любит.

— Папины секретики? — переспрашиваю, нахмурено глядя на огромную черную коробку, которую раньше не замечала. Потому что никогда и не заглядывала туда. А Адам мне не говорил о ней.

— Да! — подтверждает слова сестры Тася. — Он сам так сказал. Но ещё сказал, что нам с Тасей нельзя её открывать, потому что мы маленькие. А ты большая и можешь… — хитро сверкает глазами, глядя на коробку, а затем отводит их.

— Я… я не могу, — говорю девочкам, пока в голове бьётся одна фраза: «Хочу знать, что внутри». А совесть кричит о том, что не надо лезть куда не нужно. Если бы хотел, Адам сам показал бы. Значит, пока рано мне знать, что внутри. Но он обязательно расскажет. — Это некрасиво лезть в чужие вещи, девочки. Поэтому я не буду туда свой нос совать. Уберите коробку обратно.

— Ты вредная и какая-то правильная, — заключает Тася, выполняя мою просьбу. — Но ничего! Мы и так тебе скажем, что папа любит. Только обещай, когда ты откроешь коробку, то расскажешь нам, что там внутри. Пожалуйста. Нам очень интересно. Но мы не можем ослушаться папу. Мы дали честное слово, что не полезем туда.

— Ладно, — киваю. — Давайте, собирайтесь! Поедем в город!

— Ты лучшая, мамуся, — произносит Тася и, театрально поклонившись, вместе с сестрой выбегает из комнаты, а я ещё несколько минут сижу на кровати и смотрю на место, где недавно лежала злосчастная коробка, в которой может быть что-то важное… Но что в ней? Вдруг мне не понравится её содержимое?

Но открыть не решаюсь. Хотел бы, сам показал. А лезть в душу я не буду. Какие-то у меня не очень приятные предчувствия, связанные с содержимым этой коробки. Страшно… очень...

***

— С днём рождения! С днём рождения! — скандируем мы с девочками, ворвавшись в спальню к ещё спящему Адаму. 

Жаль, конечно, будить его в такую рань, но девочки долго не выдержат. Да и через полтора часа у них занятия по английскому языку. Адам, изверг, не дал девочкам выходной от занятий даже в свой день рождения. Благо у них сегодня только английский и праздничный ужин, который мы с девочками затеяли осуществить. Конечно, мы не обойдёмся без помощи домоправительницы, но это отдельная история. Всё же коляска на кухне создаёт много проблем и много ограничений.

— Пчёлки… — улыбка растягивается на сонной мордашке моего мужа. — Мои любимые пчёлки…

— Да! Твои! — отвечают девочки и, бросив шары, надутые гелием, бегут обнимать папу и дарить ему свои рисунки. — С днём рождения, папа! Вот! — протягивают рисунки и начинают зачитывать стихотворения, которые учили весь вчерашний вечер. Небольшие и простенькие, но Адаму явно нравится. По лицу понятно, что сюрприз удался и папа остался доволен.

— Спасибо, девочки! Спасибо! Вы у меня большие молодцы! Я вами горжусь! Сами нарисовали? — спрашивает у них, разглядывая свои портреты. — Ух ты! Просто невозможно как красиво! Может вам на рисование пойти ещё? У вас талант! Самый настоящий талант! Вы вообще у меня разносторонне талантливы!