Мама для двойняшек опера Волкова

Глава 8

Катя

Замечательно.

Ждем его тут с детьми, пока он свою Снегурку там в подъезде обхаживает. И как только не стыдно. Вышел и пропал, его уже пять, нет, шесть минут нет.

А мне еще на работу ехать. Но, майор, конечно, сначала с этой своей певицей-Снегуркой поболтает. А уже потом обратит внимание на меня.

Злюсь.

И с ожесточением чищу мандаринку. Кидаю кожурки в коринку. Пахнет цитрусами, двойняшки вертятся рядом.

- Хочешь, новую куклу покажу? - Василиса ухватила меня за руку и потянула в комнату. - Папа купил.

На ходу забросила в рот дольку мандаринки, и на язык брызнул сладкий сок.

Так вкусно, сил нет.

Следом за двойняшками шагнула в детскую. И с любопытством огляделась в комнате. Две кровати, а между ними большой грибок-светильник. И шторы из бусинок.

На постели Василисы нежно-сиреневое покрывало, у Вадима темно-синее.

Два креслица, две плетеные коробки, полные игрушек, два столика. И светлый пушистый ковер на полу.

Тепло и уютно, и запах такой приятный, мыльных пузырей и жвачки, детского крема.

- Вот эта, - Василиса забралась на кровать, доползла до белой подушки-сердечка и достала из-под одеяла куклу.

- Фу, головастик, - Вадим сморщил нос и тоже залез на постель.

Хихикнула. Голова у куклы и, правда, огроменная, и волосы длинные, до попы.

Повертела в руках игрушку, помялась. Посмотрела на фотографии, которыми увешаны стены. Двойняшки вместе и по отдельности, двойняшки с папой Волком, двойняшки с улыбчивой кругленькой женщиной - бабушка, наверное.

А мамы нет.

- Вы втроем живете? - обернулась на детей.

- Ага, - с гордостью.

Они сидят и внимательно следят за мной, в одинаковых голубых глазах надежда, я примерно так же на нашу админшу смотрю, когда жду одобрения.

- Красивая какая у вас комната, - похвалила, и не соврала, мне тут нравится.

Они сразу заулыбались.

- Сказать секрет? - Василиса с хитрым лицом поманила к себе и тонкими пальчиками нырнула под белый воротничок кофточки. Достала золотую цепочку с кулончиком в форме солнца.

Подошла ближе и наклонилась.

Вадим привстал на коленях справа от сестры и в нетерпении поторопил:

- Показывай уже.

Василиса щелкнула кулончиком, открыла и повернула ко мне.

Заглянула в медальон.

Одна половинка пустая, а во вторую втиснут маленький цветной клочок - снимок молодой женщины с ярко-накрашенным лицом и сложной прической, словно с какого-то праздника.

Волосы у нее светлые, как у двойняшек.

И черты знакомые.

Мама - это я поняла сразу.

- Только папе не говори, - громким шепотом затараторил Вадим. - Он не знает про фотку, а то заберет.

Не успела спросить почему, и где их мама - в прихожей хлопнула дверь.

И послышался низкий хрипловатый голос папы Волка:

- Прямо по коридору и дальше налево, Снежа, ванная там.

Снежа?

Двойняшки мигом соскочили с постели и с громким топотом понеслись в коридор. Вышла вслед за ними и поймала недовольный взгляд Снегурочки.

Та нагнулась, расстегивая сапоги и, скривившись, уставилась на мою красную юбку.

- Это зачем? - дети синхронно сложили руки на груди. - Зачем она пришла?

- Что за допрос, ёжики, - Волков усмехнулся и взъерошил белобрысую челку. - Человеку нужно ванной воспользоваться. Что, не пустите?

Двойняшки переглянулись.

Василиса отступила и нырнула под моей рукой, прижалась к бедру.

- К нам нельзя, мы микробов боимся, - заявила она. - А папа с мамой говорят, что у чужих людей микробы.

- Кто говорит? - мужчина изогнул бровь.

- Папа с мамой, - повторила Василиса и вцепилась в мою юбку.

Вадим из-за пояса комбинезона достал свой пистолет, намекая, что опять стрелять собирается.

- Так.

Взгляд Волкова метнулся ко мне. Встретились глазами, и я вздрогнула, он так смотрит, словно думает, что это я детей на Снегурку науськала, но ведь они сами!

- Сереж, - Снежа выпрямилась, так и не сняв сапоги. - Я не пойму, что происходит. Какая мама?

Раздался щелчок пластика, и из пистолета вылетела цветная пулька. За ней еще одна, и Василиса азартно взвизгнула.

Снежа вскрикнула.

А потом Волков одним широким шагом сдвинулся ближе, собой загородил женщину и схватил двойняшек.

Он втолкнул их в комнату, и меня заодно, отобрал у Вадима пистолет и красноречиво зыркнул. Попыталась проскользнуть мимо.

Но этот великан вытянул руку, легко поймал меня за бедра и развернул к себе.

- Здесь постой, две минуты, - сказал негромко, хрипловато.

Невольно кивнула, нельзя не согласиться, когда тебя держат так - крепко, словно уже не отпустят.

Он вышел, хлопнув дверью.

- Извини, они сегодня что-то разыгрались, - послышался его ровный голос из коридора, - из комплекса сбежали...

Оправдывается!

И ладно двойняшки, но он ведь и меня в детской закрыл, словно я тоже ёжик, чтобы не мешала ему с этой крашеной Снегуркой общаться!

- Жалко, что так получилось, - в ответ заворковала Снежа.

Тряхнула волосами и отошла к кровати, плюхнулась на покрывало. Василиса змейкой юркнула ко мне на колени. Обняла за шею и на ухо горячо зашептала.

- Она папе всякие гадкие фотки шлет на телефон, ночью.

Представила фотки и покраснела.

Я про этого гиганта-майора уже знаю столько, что от меня либо избавиться нужно, как от свидетеля, либо...

В прихожей хлопнула дверь, звякнула задвижка.

И в детскую зашел Волков.

Папа Волк зашел - и двойняшки сразу притихли. Василиса замерла у меня на коленях, крепче обхватила за шею и подозрительно сощурила голубые глаза.

- Ушла?

- Ушла, - густым басом передразнил он дочь, и я спрятала улыбку.

Такой он большой, и совсем не похож на добряка-великана, который простодушно посмеется и погрозит пальцем.

- Нда, дела, - Волков устало выдохнул и отвел широкие плечи назад.