Мама для двойняшек опера Волкова

Глава 13

Дух захватило от того, как это сладко и вкусно, раньше, в универе, были пару раз поцелуи.

Но чтобы вот так - напористо и нагло - такое впервые, в венах кровь словно сгустилась и толчками под кожей рвано забился пульс.

Мужская ладонь надавила на затылок, плотнее прижимая меня. Почти упала на него, пальцами вцепилась в воротничок его рубашки.

Меня будто горячий ураган подхватил, лишил воздуха, сквозь куртку почувствовала вторую ладонь, на спине.

Он обнял так крепко, что под закрытыми веками в темноте закружились белые вспышки. В ушах грохот салютов, и в нос забирается терпкий аромат парфюма, во рту сладко, чуть мятно.

Рукой он нырнул под куртку, на поясницу. Смял блузку.

- Вкусно, - шепнул, оторвавшись от меня.

Вздрогнула и очнулась от этого шепота. Распахнула ресницы. Уперлась ладонями в его плечи, оттолкнулась и со всей силы ударила его по плечу.

- Отпустите. Немедленно.

Синий взгляд потемнел, стал мутным, его губы приоткрыты, после поцелуя блестят, так неотразимо, что я с большим усилием отвернулась и поднялась на ватные ноги.

- Боже мой. Разве так можно. Как вам не стыдно, - высказала.

- Стыдно? - хрипло переспросил Волков и тоже встал, такой огромный, что мне пришлось запрокинуть голову. - Что не так, Катя?

Что не так. Он еще спрашивает. Стоит и ерошит светлые волосы и смотрит на мои губы. Взглядом поднимается к глазам.

Никакой неловкости. Он даже слегка улыбается. На один уголок. А глаза такие - он словно продолжает целоваться. Мысленно.

- Вы зачем ко мне полезли? - в возмущении отдернула блузу и запахнула куртку.

- А ты зачем села ко мне на колени?

- Потому что.

- Почему?

- Захотела.

- Я тоже. Захотел.

Большим пальцем он провел по щеке. Коснулся полной нижней губы - и внутри у меня с прежней силой вспыхнули ощущения. Новые, сильные, такие...приятные.

Господи.

И вот как теперь?

Со стороны кухни вдруг раздалось хихиканье - и мы одновременно повернулись к двери.

В стекло уткнулись два хитрых носа. Стоят, в одинаковых плюшевых пижамах. И жуют конфеты. Поняли, что их заметили - и не смутились даже, продолжают топтаться по ту сторону.

- Так, - Волков нахмурился и шагнул ближе, повернул ручку.

Двойняшки, хихикая, отскочили от двери. И, подскакивая, как кенгуру, ломанулись в коридор.

Вышла на кухню, полыхая, будто гирлядна.

Это ведь надо. Мало того, что он меня там на балконе тискал, и я позволила.

Так еще и двойняшки не спят, носятся по дому.

- Я их уложу, - Волков двинулся в коридор.

- Нет, я пойду к ним, - торопливо протиснулась мимо него и побежала в комнату.

Лучше уж в детской посижу до утра. Чем останусь наедине с Волком, который лапы распускает. Как он так усыпил мою бдительность?

Вошла к двойняшкам и прикрыла дверь.

Вадим с Василисой уже забрались в кровати. Между ними горит грибок-светильник, они сидят и внимательно смотрят на меня.

- Почему не спите? - откашлялась.

- Не хотим, - Василиса отбросила одеяло и свесила с постели босую ножку, - а вы что там делали?

- Салют смотрели.

- И обнимались, - хихикнул Вадим.

- Нет.

- Да. Все обнимаются в Новый Год, - авторитетно заявил он. И добавил. - Мы никому не скажем. Только бабушке.

Этого еще нехватало.

Пересекла комнату и села на кровать Василисы.

- Бабушке ничего говорить не надо, - строго выговорила Вадиму.

- Почему?

- Потому, что подсматривать нехорошо.

- Мы не подсматривали, - заспорила Василиса и подалась вперед. Глаза огромные, блестят в неярком свете ночника. Она понизила голос и горячо зашептала. - Папа в тебя влюбился, у вас будет свадьба. И будут подарки.

- Не будет никакой свадьбы, - возмутилась и встала.

- Как это?

- Так это, - сняла куртку майора и сунула ее подмышку. - Вы время видели? Быстро спать. Иначе папа придет. И наругает.

Двойняшки нехотя завозились в кроватках.

Покачала головой.

Не дети, а банные листочки, свадьбу им подавай, подарки, всё знают. Я, может, сама еще. Про свадьбу не думала, да и не с кем, конечно.

Но этот их папа Волк...

У него вон, Снегурка готовится в невесты.

А он со мной целуется, бессовестный.

Открыла дверь и шагнула в коридор. И тут же влетела в его твердую грудь.

- Подслушивали? - вскинулась. И он туда же.

- Про свадьбу-то? - Сергей хмыкнул и отобрал у меня куртку, прошел в прихожую, оттуда продолжил, - мысль интересная.

- Снежанне об этом скажите, - не удержалась и шагнула за ним.

- При чем тут она? - он повесил куртку и обернулся.

Он снял пиджак. И галстук. Расстегнул пару пуговиц на рубашке, выпустил ее из брюк. Рукава закатал, обнажив руки, густо покрытые светлыми волосами.

Так ему еще лучше. Деловой, и в то же время домашний. Соблазнительно-небрежный.

А если вспомнить, как он целуется...

- Катя, ты меня неправильно поняла, наверное, - он приблизился. - Если хочешь поговорить о Снежанне - давай обсудим, - сказал серьезно.

- Вот еще, - развернулась в сторону кухни. Женщин его обсуждать. Нет. Выпью водички и лягу спать. В комнате двойняшек. - Я в вашу жизнь не лезу, - бросила не оборачиваясь, - и вы тоже держите при себе лапы, как только нас откроют - я сразу уеду...и все.

Осталось всего несколько часов до утра.

В одном доме с ним.

Главное - из комнаты не выходить. На всякий случай.

***

Закрыла книжку и вздохнула.

Двойняшки просили сказку прочитать, а сами уснули на первой страничке, так устали. Лежат, смешно посапывают, ангелы - точно.

Кряхтя, поднялась с детсткого стула. Жутко неудобно. Убрала книгу на полочку, прошлась по комнате, выглянула в окно.

Метель. Все машины и дорожки замело, глубокая ночь, а люди все равно гуляют, шумят, веселятся. Празднуют.

До сих пор грохочут редкие салюты.