Мама для его наследника

8.

Я натянула улыбку перед тем, как войти в квартиру. Мама в этот момент выходила из ванны, вытирая волосы полотенцем.

— Привет, мам, — произнесла я и повесила сумку на крючок.

— Привет. Ты чего такая довольная? — удивилась мама.

— У меня прекрасные новости! — воодушевлённо воскликнула я. — Мне предложили хорошую работу. Но самое главное то, что теперь моей зарплаты хватит на лечение Алёны!

— Да тише ты, — шёпотом сказала мама и прикрыла дверь в зал. — Алёна только уснула. Пошли на кухню.

Я сняла обувь и пошла за мамой.

— Что за работа такая? — спросила она, наливая воду из фильтра.

— Ничего сложного. Горничная в пансионате. Буду убираться в номерах, заниматься стиркой и всё такое…

— А с каких пор простым горничным платят такие деньги? — с недоверием подняла бровь мама.

Что-то я этого не продумала, когда придумывала план обмана…

— Э-э, — произнесла я и почесала затылок. — Дело в том, что пансионат находится в Сочи. Я должна буду уехать из дома на несколько месяцев. Такая вот командировка… А зарплата хорошая, потому что пансионат для состоятельных гостей.

— Не нравится мне всё это, — сказала мама и скрестила руки на груди. — Ты что-то не договариваешь.

Мне было жутко стыдно перед мамой за то, что приходится её обманывать. Мы были подругами и всегда были честны друг с другом. Но ради сестры я сделаю всё, что угодно. Тем более, что ничего такого я не делаю… Напротив — дело доброе. Но мама таких дел не одобрит точно.

— Мам, поверь, всё будет хорошо, — ответила я и взяла маму за руку. — Это большая удача — устроиться в такое место. Нужно пользоваться шансом!

Мама протяжно вздохнула и посмотрела в окно.

— Оля, я тебе доверяю. Раз ты говоришь, что всё хорошо, значит — так оно и есть. Если ты уверена, то езжай. Только напиши мне адрес этого пансионата, чтобы я знала где тебя искать, в случае чего…

— Да ничего не случится, мам, — убеждала я её. — Но если тебе так будет спокойнее — хорошо, адрес напишу.

Я ушла в свою комнату и стала собирать вещи. Мне было грустно осознавать, что в ближайшие девять месяцев я не увижусь с родными…

Последние годы я сильно привязана к дому. Несмотря на то, что мне уже двадцать четыре — я до сих пор не устроила свою жизнь.

Сначала у меня была учёба. Потом мама встретила Алексея и забеременела, а он тут же бросил её… Маме нужна была моя поддержка. К тому же, беременность оказалась слишком тяжелой, и все обязанности по дому я взяла на себя. А потом родилась Алёна… Сильно недоношенная и с больным сердцем.

Я снова взвалила на себя заботу о семье.

Какая уж тут личная жизнь?

Нет, я не жалуюсь. Просто теперь из-за нашей тесной связи с мамой и сестрой — расставаться с ними очень тяжело…

Но оно ведь того стоит. Здоровье Алёны — вот что сейчас самое главное.

Много вещей брать я не стала. Не на отдых же я еду, в самом деле. Сложила лишь самое необходимое.

К тому же, если я возьму слишком много вещей, то мне придётся просить водителя Тихомирова подняться за тяжелым чемоданом. Ведь самой поднимать тяжести мне теперь нельзя.

И если мама увидит водителя — напугается. Сразу заподозрит что-то. Ещё и накрутит себе ужасов всяких…

А так я сама спущусь с легкой сумкой и сделаю вид, что сажусь в такси.

Когда вещи были собраны, я прилегла отдохнуть. Меня снова начало тошнить и появилась слабость. За последнюю неделю я почувствовала на себе все прелести токсикоза…

Хорошо, что я уезжаю именно в этот момент, и мама не увидит моего болезненного состояния.

***

НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО

— Позвони, как доберёшься, — сказала мама, провожая меня в коридоре.

Я кивнула и обняла её. А затем обняла сестру и поцеловала её в щёку. Когда мы увидимся в следующий раз, ей уже будет три года…

Из-за беременности гормоны бушевали, и я могла расплакаться из-за любой мелочи. Хотя я совсем не тот человек, который плачет по пустякам. Да я в принципе не плаксивая по жизни. А теперь меня словно подменили…

Изо всех сил старалась не заплакать, чтобы не расстраивать маму. Но когда я вышла из подъезда и села в автомобиль — уже не смогла сдержать слёз. Я увидела, как мама с Алёной машут мне рукой из окна, и это вызвало во мне целую бурю эмоций. И грусть от расставания, и стыд за мой обман, и радость за то, что теперь я вылечу сестру…

Я помахала родным в ответ и мы тронулись с места.