Мама для (их) дочки

Глава 8

Две недели пролетают незаметно. Я хоть и не работаю теперь по милости Беркутова, настоявшего на увольнении, но много времени провожу с сыном. Стараюсь возместить себе и ему прошедшее расставание, да и предстоящее тоже.

Боюсь, если тест окажется положительным, меня никто не отпустит домой. Разве что ненадолго и нечасто.

Вполне может так случиться, что Ира начнет капризничать и попросит лучше привезти Матвея с собой, чем позволит постоянно летать домой. А никаких рациональных причин отказываться от подобного предложения у меня нет и не будет.

Вот и стараюсь уделить ребёнку как можно больше внимания наперед, чтобы в отсутствие мамы не сильно грустил. Может, не так скучать будет.

Обманываю себя, конечно. Но как по-другому-то?

Каждый день ходим с ним на пляж, на аттракционы, в аквапарк. Эмоций у Матюшки выше крыши.

А еще постоянно обнимаемся и чмокаемся. Он у меня нежный мальчик. Сами понимаете, без отца воспитан, мной, да бабулей.

Чуть подрастет отдам его в секцию. Специально выберу, где тренер мужчина с твердой рукой.

А сейчас балую его, пока могу.

Планирую лететь в Москву в воскресенье, но от Беркутова приходит смс с просьбой перенести перелет на день раньше по возможности. Никаких объяснений.

Решаю не упрямиться и выполнить его пожелание. Поэтому вечер пятницы проводим втроем в нашем маленьком тесном кругу во дворе дома. Готовим шашлыки, плаваем в недавно приобретенном надувном бассейне и качаемся на качелях. Балдею от ощущения свободы. То есть от последнего дня свободы.

Наступила ли беременность, даже предположить не могу. Незначительные изменения в моем состоянии, конечно, появились, но, как объяснил доктор, они не обязательно могут быть связаны именно с положительным результатом. Я ведь принимаю гормональные препараты, а значит побочных эффектов никак не избежать.

А тест я делать боюсь. Вообще, веду себя как страус, пряча голову в песок. Не хочу прежде времени узнавать, что, да как. Все потом. Еще успею «насладиться» прелестями суррогатного материнства.

В субботу утром Беркутов встречает меня опять собственной персоной. И сразу же объясняет, для чего просил приехать раньше.

— Ира не знает о твоем приезде. Я не сказал. Иначе она бы опять себя накрутила. Пока что ее эмоциональное состояние более менее в норме, по моим ощущениям.

И опять не спорю с ним. Но на самом деле считаю, что у нее давно оно не в норме. Только кто меня услышит?

— Вы хотите сделать анализ сегодня? — уточняю на всякий случай, а он неожиданно уводит тему в другую сторону.

— Тебе не кажется, что уже давно пора перейти на «ты»?

Нет, мне не кажется, мне так легче возвести между нами непрошибаемую стену. Иначе, боюсь, кончится оно очень плохо. Для меня.

Но придумать достойную отмазку не могу. Поэтому просто киваю. Потом сделаю вид, что забыла.

Садимся в машину, и я понимаю, что в ней пахнет тем самым парфюмом, о котором я недавно вспоминала. Легкий запах окутывает меня, и я теряюсь в водовороте воспоминаний и чувственных образов.

— Значит, ты не против? Тогда едем. Андрей ждет нас в клинике. У него сегодня дежурство как раз.

Снова киваю как китайский болванчик. Да что со мной? Мне казалось, за две недели я вполне справилась с внезапно пробудившимися чувствами к этому человеку. Но вот, стоило оказаться с ним рядом, и они тут как тут.

Однако волнение по поводу предстоящего пересиливает. Уже на подъезде к больнице меня начинает нешуточно так колбасить. Сцепив руки, пытаюсь успокоиться, но получается плохо. К тому же, меня беспокоит, что Беркутов это явно видит.

Я четко убеждена — нельзя показывать ему своих чувств. Он ведь не пожалеет, а вот использовать против меня сможет.

Когда машина останавливается на стоянке, я вдруг с удивлением обнаруживаю его большую теплую ладонь поверх своей. Моргаю, переводя на него взгляд. Боже, да он и сам, похоже, в шоке с себя.

— Успокойся, все хорошо, — произносит своим густым низким голосом, и, что удивительно, срабатывает. Сердцебиение замедляется, я перестаю трястись и начинаю воспринимать реальность адекватно.

Выбирается наружу, обходит машину и открывает мне дверь, помогая выйти. Однако, руку убирать не спешит, приобнимет меня за талию, как будто для поддержки. Точнее, наверняка для нее, для чего ж еще?

В холле нас встречает Андрей Викторович, провожает меня до лаборатории, где должны взять кровь из вены на ХГЧ. Сам же вместе с Беркутовым уходит к себе в кабинет.

Когда процедура завершается, иду туда же, но останавливаюсь перед приоткрытой дверью. Слышу тихий разговор.

— Если беременность не подтвердится, я ничем не смогу помочь. У Иры проблема с нормальными здоровыми яйцеклетками. Мы едва смогли подобрать хорошую и оплодотворить.

Ого! Для меня эта новость. Причём очень неприятная и печальная. Не думала я, что у сестры настолько всё плохо.

— Что это значит? У нас есть какие-то еще варианты, если сейчас не получилось? Мы можем повторить? — не часто слышу столько волнения в голосе Беркутова, хоть он и старается скрыть.