Мама для княжны

Глава двенадцатая. Решимость

После разговора с магом я шла, не разбирая дороги, куда ноги несли. Мысленно раз за разом прокручивала всю полученную информацию, от чего осознание и ощущение беспомощности всё сильнее давило на плечи.

Как ни крути, а шансы на выживание у девочки призрачные. Либо родной дядя оторвётся от государственных дел и постарается сблизится с племянницей. Либо произойдёт чудо – окажется, что отец выжил и объявится… сегодня-завтра. Либо бабушка с дедушкой нагрянут. Но и это из области фантастики.

Как же жаль, что я не настоящая родная тётя малышки…

Имею ли право проводить какой-то неизвестный ритуал, рискуя сделать хуже? Или нужно найти ей фамильяра и, тем самым, стать преступницей? Как подсказал мне встроенная энциклопедия, после такого ритуала прямая дорога на рудники.

В то, что может помочь переезд куда-то, я сильно сомневалась. Стоит только представить путешествие с ребёнком в местном транспорте… А если девочке станет хуже в дороге?

Кто-то потряс меня за плечо, и я услышала мелодичный голос, который с беспокойством, но настово прозвучал совсем рядом:

– Что с вами, мисси?

Не сразу, но я вернулась в реальность и обнаружила, что нахожусь у открытых дверей в какую-то залу. Рядом стоит и внимательно вглядывается в моё лицо та самая девушка, которую облили на ужине.

– Я… все хорошо, – ответила и попыталась изобразить улыбку.

– Извините, но по вам не скажешь, – тонкая рука, все еще лежащая на моем плече, слегка сжалась, делясь теплом и безмолвной поддержкой.

Ком застрял в горле, и я с трудом сдержала слезы. Постаралась снова улыбнуться, но ничего выдавить так и не смогла. Так хочется кому-то выговориться, обсудить всю эту патовую ситуацию, получить дельный совет…

– Ой, я понимаю. Вы узнали про состояние племянницы. Сочувствую. Всё это так трагично…

Мягкой голос девушки был полон сочувствия, как и взгляд нежно-зелёных глаз. Мне пришлось приложить усилия, чтобы не разреветься на глазах у милой незнакомки.

Лиза, ты же не маленький ребёнок! Возьми себя в руки. Ещё ничего непоправимого не случилось.

Увещевания мало помогали и я сжала пальцы, впиваясь ногтями в ладони.

Рука девушки скользнула с моего плеча и пару раз ободряюще прошлась по спине.

– Давайте присядем, вам нужно успокоиться.

Мы разговаривали какое-то время. Вернее, я больше молчала, изредка кивая или мотая головой на те или иные слова неожиданного “психолога”.

Сейчас я остро нуждалась в поддержке. И Витанна всеми силами пыталась это сделать. Оказалось, у неё целительский дар, и она была одной из тех, кто осматривал княжну. И как и остальные, не смогла найти причину стремительно ухудшающееся состояние ребёнка.

В какой-то момент я поняла, что легче мне не становится, ведь…

– Не каждый родитель может обеспечить ребёнку достаточную защиту, – с какой-то особенно острой печалью в голосе произнесла девушка, – что уж говорить про посторонних. Вы, Аллиэтта, близка родственница, но… Я понимаю, как вам придётся тяжело. Особенно, если все старания не принесут своих плодов и не спасут княжну.

Увидев моё лицо после этих слов, моя утешительница спохватилась, обхватила мои плечи тонкими руками и зачастила:

– Нет, нет, я не говорю, что у вас ничего не получится! Но, прошу вас, милая, не берите всю вину на себя… если…

Нежный голос оборвался одновременно со словно натягивающейся струной у меня внутри.

Пробормотав извинения и благодарности за поддержку, стремительно поднялась. Но не сразу определилась, где находится выход из помещения из-за мутной пелены, упавшей на глаза. У дверей, не успев притормозить, столкнулась плечом с ещё одной девушкой.

Извинившись, в ответ услышала злобное шипение. Та самая въедливая блондинка с ужина, буквально плевалась ядом.

Внутри что-то кольнуло, а следом накрыло удушливой волной отчаяния.

В другой ситуации я бы как-то отреагировала на оскорбления, но сейчас, пытаясь справиться с бурей эмоций, просто пошла дальше.

В спину мне прилетели ещё какие-то гневные фразы. Почему эта девица такая злая?..

Дальше я плутала по коридорам, не в силах найти свои комнаты, пока не встретила случайно свою змейку.

Остаток дня прошёл как в тумане. Гайре, пытавшейся меня растормошить, сказала, что плохо себя чувствую, отказалась от обеда. От одной мысли о еде просто-напросто воротило.

Со временем на смену эмоциональнольной буре и сумятице в мыслях пришло оцепенение. Я просто лежала на кровати, пялясь куда-то в пространство. Казалось, меня укрыли каким-то мерзко-холодным и неподъемным одеялом.

Ночью, когда за окнами совсем стемнело, Гайра ещё раз заглянула ко мне, задвинула шторы. Зажгла на прикроватной тумбе свечу, что-то сказала или спросила, подождала. Я не смогла сосредоточиться на словах, и девушка, не дождавшись ответа, покачала головой и ушла.

Сон не шёл. Мысли копошились, как увязшие в варенье мухи. В какой-то момент в этом болоте мелькнуло какое-то оживление.

Хит! Он говорил, что его можно позвать.

Соскочив с кровати, я забегала по спальне, зовя волшебного мальчика. Сначала мысленно, потом вслух, пока не открылась дверь.

– Очухалась? А кричать-то зачем?

Сонная Гайра стояла, опираясь на косяк. Руки сложены на груди, взгляд суровый.

– Решила создать себе репутацию умалишенной? Или кто-то у тебя тут есть, с кем ты разговаривала? – внезапно прищурившись, протянула она.

Я обернулась, тоже оглядывая помещение, вдруг Хит появился, но спрятался из-за Гайры. Но нет, мальчишка пропал в неизвестном направлении, абонент не абонент… Или звать надо как-то иначе?

– Нет, я говорила сама с собой.

На лице девушки промелькнула вереница нелестных мыслей обо мне.

– Ну, хоть в себя пришла. Все-таки ночной охитник – хорошее средство. Помогает снять наведенное.

Я не стала выяснять, о чём бормочет моя невольная напарница в постановке “тётя княжны”, но решила поговорить хотя бы с ней.