Мама для потеряшек

13

На следующее утро после завтрака мы собрали вещи. Их набралось две дорожные сумки. Алекс подхватил одну и потянулся за второй, но я не позволила.

Тщательно причесала шелковистые кудряшки Эмили. В новом платьице она выглядела очень хорошенькой. Как жаль, что такая девочка не может говорить! Я твердо решила показать ее детскому доктору, как только устроимся на новом месте.

Может быть, Эмили сильно испугалась пожара? У меня в группе был мальчик, который начал сильно заикаться после развода родителей. Он занимался с логопедом и детским психологом. Но вряд ли в этом мире были такие специалисты. Как же помочь малышке?..

Вдова Дарош спросила меня:
— И куда же вы направляетесь, госпожа Катрина?
Подумав, я назвала Галсдарт — город на западе королевства. Его название я запомнила по карте в учебнике. Мервас был на юге, но мне хотелось запутать следы на тот случай, если меня все же будут искать.

Женщина вдруг протянула мне серебрушку.
— Вам с ребятишками еще понадобятся деньги, госпожа Катрина . Жили-то вы у меня не неделю. Сердце у вас доброе. Храни вас пять святых и велийская дева.

Хозяйка пожелала нам счастливого пути, и мы зашагали по улице. Эмили крепко держала меня за руку, Алекс степенно шагал рядом. Теперь они совсем не походили на чумазых испуганных оборванцев.

На площади возле разноцветного столба мы нашли наш дилижанс. Кучер, рыжебородый крепкий мужчина, кивнул на деревянную скамью, там мы и разместились втроем.
Напротив нас уселась немолодая супружеская пара. На крышу дилижанса забрались три девушки с большими свертками. Почти сразу сверху стали доноситься взрывы веселого смеха. Пожилая дама неодобрительно поджимала губы, ее муж задремал, как только экипаж тронулся.

Дилижанс останавливался каждые два-три часа, чтобы пассажиры могли выйти «в кустики» или перекусить. Встречались и деревушки, где мы делали короткие остановки.

Моя спина и ягодицы быстро заныли от жесткой скамьи, но ребятишкам, кажется, путешествие нравилось. Они жадно смотрели по сторонам. Пасущиеся коровы, зеленые поля, ветряная мельница у реки — все вызывало у них живой интерес. Я ещё раз убедилась, как они любознательны. Почему же ребята оказались на улице? Где жили раньше?
Навстречу нам по дороге иногда попадались телеги, повозки и даже изящные кареты. Похоже, железных дорог в этом мире не водилось.

К вечеру мы доехали до небольшой живописной деревушки. Кучер объявил, что ночевать будем здесь — лошадям нужен отдых. Смешливые девушки покинули нас: они оказались местными жительницами.
Мы сняли на постоялом дворе крохотную, но чистую комнатку с тремя кроватями. На ужин нам предложили курицу с овощами и пироги с мясом.

— Госпожа Катрина, а где мы будем жить в Мервасе? — спросил мальчик, когда мы вернулись в комнату.
— Там есть дом моей бабушки.
— А если мы его не найдем?
— Все равно что-нибудь придумаем, Алекс, — ответила я.

Ночью мне приснился двухэтажный дом, выкрашенный голубой краской. Пожилая женщина с каштановыми волосами в длинном зеленом платье, улыбаясь, говорила: «Катрина, мы пойдем гулять к морю, только мне надо сначала полить грядки».
Проснувшись, я поняла, что во снах ко мне по кусочкам приходят воспоминания настоящей Катрины Дальер.

Утром к нашему дилижансу подошли трое мужчин и стали переговариваться с кучером.
— Нам бы в Мервас, плотники мы, отправляемся на заработки, — сказал старший из них, бородатый плотный здоровяк.
— Что же, полезайте наверх, — согласился возница. — Послезавтра, глядишь, и доберемся.

Днем мы остановились перекусить в придорожном трактире. Хозяин, расставляя тарелки, заговорил с кучером:
— Говорят, неделю назад ограбили два почтовых дилижанса к северу отсюда. Теперь стражники ищут разбойников по всем дорогам.
— Не боятся, видно, каторги, — проворчал кучер.

Он водрузил на крышу тюки и ящики с каким-то грузом, щелкнул вожжами, и лошадки бодро потрусили. День выдался солнечным. Впереди виднелись высокие зеленые холмы. Дорога петляла то вправо, то влево.

Вдруг из-за поворота навстречу нам с криками и улюлюканьем вынеслись пятеро всадников. Их лица были замотаны темными платками, точь-в-точь как у бандитов в фильмах про Дикий Запад.
— Пять святых, разбойники! — пробормотал кучер.
— Эй, стой, если жизнь дорога! — крикнул один из всадников, и наш экипаж резко остановился.

Мужчины, окружив дилижанс, громко захохотали. Один из них ударил кучера по голове, и тот свалился на дорогу.
— Живо доставайте кошельки и золото, давайте-ка по-хорошему! — скомандовал разбойник на серой лошади, обращаясь к пассажирам.

Это напоминало сцену из второсортного вестерна, но бандиты были вполне реальными. От них разило потом, лошадьми, немытыми телами и алкоголем. Эмили прижалась ко мне. Я погладила девочку по руке, стараясь ее успокоить.

Пожилая женщина уже дрожащими пальцами снимала серьги.
— Вот, возьмите, — ее муж торопливо протянул бандиту синий бархатный кошелек, в котором звякнули монеты.
Мужчины-плотники безропотно выворачивали свои карманы.
— И весь груз сверху сюда давайте! — распорядился один из разбойников. Плотники стали спускать тюки и ящики.

— Тебя это тоже касается, цыпочка, — глумливо обратился ко мне один из них, с рыжими прядями, выбивающимися из-под платка.
Я протянула ему платок с оставшимися серебрушками, ругая себя, что не додумалась разделить деньги на несколько частей.

— А мне сдается, у этой кисы в панталончиках припрятано что-то позаманчивее! — вдруг загоготал рыжий, хватая меня за подол платья.
Я похолодела от ужаса.
— Эй, нам некогда! — прикрикнул хриплым голосом плотный главарь. — Быстрее!
— Да я мигом! — заржал бандит.

Я разглядела его холодные светлые глаза. Он рванул меня к себе, но вдруг вскрикнул. Алекс впился ему в руку зубами.
— Ах ты щенок! Убью! — заорал разбойник, выхватывая кинжал.
У меня кровь застыла в жилах.
— Это же ребенок, прошу вас! — взмолилась я.
— Идиот, не хватало нам крови сопляка! — рявкнул на него главарь. Видимо, у него были свои понятия о чести.