Мама для сына бывшего

Глава 6

Оливия

Я смотрю на Богдана и не знаю, что говорить. Я будто онемела, забыла все слова и буквы алфавита.

– Ты… Это ты, Оливия, - шепчет.

Мои глаза становятся влажными, в носу щиплет. Я вот-вот расплачусь, как последняя дура. Не выдержу этой боли и позорно разревусь прямо перед ним.

– Это я, - шепчу в ответ. – Впустишь?

– Да, конечно. Проходи, - он отступает пропускает меня в квартиру.

Я делаю шаг. Потом еще один и еще. Когда прохожу внутрь на мгновения замираю, впадаю в какую-то прострацию. Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не ощущаю.

Отмираю лишь когда до моего слуха доносится резкий щелчок. Оборачиваюсь назад, Богдан запер дверь за нами на защелку.

– Ты один? – кидаю взгляд вниз - ищу женскую обувь, и… не нахожусь.

Сердце пропускает удар.

Его бывшей здесь нет? Он, действительно, дома один? Может тогда у нас с ним не все потеряно? Все еще можно вернуть, забыть все, что видела?

– Да. А ты кого-то ждешь? – спрашивает, пристально оглядывая меня.

Я качаю головой и сняв обувь, прохожу в гостиную.

Квартира у Богдана красивая. Двухъярусный пентхаус, со своей террасой, двумя ванными комнатами, просторной гостиной, стильной кухней в бело-черных тонах. Но больше всего мне нравится вид, что открывается от сюда. Панорамные окна во всю стену и весь город у тебя, как на ладони. Завораживающая красота. Особенно в ночное время суток.

Я опускаюсь на шоколадного цвета диван, пристраиваюсь с краю. Руки опускаю на колени, переплетаю их вместе. Нервничаю, ладошки потеют.

Богдан подходит ко мне, но не садится рядом, а опускается прямо передо мной на корточки. Берет мои руки в свои, чуть сжимает их.

– Какие холодные, - досадливо качает головой. – Почему оделась так легко? Захотела заболеть?

Начинает согревать мои ладони в своих.

– Не думала, что вечером будет так холодно, - пытаюсь оправдаться.

– Где ты была? – спрашивает, но взгляд на меня не поднимает, продолжая согревать меня, переходя от ладоней к запястьям, а после и предплечьям. – Я тебе много раз звонил, но ты не брала трубку. Даже Аве позвонил, но она не знала где ты. Она сказала…

Он резко замолкает, и я понимаю почему. Наша встречей с Аврелией отменилась, и я должна была пойти к нему. Так я сказала подруге, и уверена, что она слова в слова передела их своему брату.

По его лицу понимаю, Богдан не знает, как сказать мне эти слова. Как продолжить наш разговор. Он еще не понял, но уверена, догадывается, что я все видела. Видела их вместе. Как он целует ее, как прижимает к себе.

Воспоминания калейдоскопом проносятся перед моими глазами. Внутри все до боли сжимаются, а слезы щиплют глаза. Дыхание сбивается.

– Оливия… - шепчет и вновь обрывает себя.

И я помогаю ему. Не могу более выдержать этого молчания:

– Я все видела.

Он замирает, его руки становятся холодными, все тело напрягается.

– Оливия…

– Скажи, - шепчу, но кажется будто кричу на весь мир. – Я тебе хотя бы нравилась?

Богдан резко поднимает на меня взгляд. Смотрит глаза в глаза. Ему больно. Но и мне тоже! Я любила его. Люблю. Но ему я оказалась не нужна.

Я лишь замена? Ее замена?

– Ты думал о ней все время пока был со мной?

– Когда ты была рядом – нет.

Грустно усмехаюсь.

– Мне этого достаточно.

Меня ему было недостаточно. Меня. Моей любви. Моего тепла. Недостаточно.

– Если ты думал, что я буду спасательным кругом для тебя, то я не хочу быть таковой. Я хочу, чтобы меня любили. Что думали обо мне. И не только когда я рядом, но и когда меня нет!

Набираю полные легкие воздуха и выпаливаю, глотая слезы, которые уже во всю текут по моим щекам.

– Я не лекарство, Богдан!

– Прости, - шепчет задушено. – Прости, Оливия. Я думал… Думал, что все прошло. Я с тобой хотел быть!

– Но все это время ты думал о ней! Любил ее! – кричу до охрипшего голоса. Всю свою боль выплескиваю. – А когда спал со мной, ее представлял?

– Нет. Нет, Оливия! В тот момент была только ты! Поверь мне. Пожалуйста!

– Но выбрал все равно ты ее, - грустно качаю головой. – И в ту ночь, нашу первую ночь, ты пришел пьяный, потому что ты с ней поругался. А не потому, что что-то ко мне чувствовал.