Мама для трех лисят

Глава 5

Несколько дней пролетели как один миг: я готовила и уходила в кабинет, где вгрызалась в статью наставницы. Статью, которую она не могла написать! Специализация Коры – фауна. Любая: клыкастая, щупальцевая, слизисто-ядовитая. Она способна за считаные часы понять, кому и что требуется, и найти подход. Либо же напугать так, что подход будет искать уже фауна.

«Могла ли она понять, что я жива?» – гадала я и мучила, мучила злосчастные формулы.

Вообще, Ликорис хоть и отрицает свое сходство с двуликими, но… Она такая же гиперопекающая, властная, вредно-заботливая, как и другие хвостатые. На самом деле, если вы попали в фокус внимания перевертыша, то смиритесь: он способен задолбать своей заботой. Начиная от напоминаний надеть шапку и заканчивая слежкой. Да-да, если вы действительно заинтересуете двуликого, то есть шанс потерять свободу перемещения. Ведь мир жесток и полон опасности, а вы столь милы и привлекательны… В общем, сложно все у двуликих. А волки, к которым «не относится» Ликорис, и вовсе клан в клане, со своими традициями, укладом и привычками.

Зевнув, я тряхнула головой и, задев плечом дверной косяк, плавно вошла на кухню. Завтрак, потом поваляться на траве и потом снова клятые формулы.

Почему я так зациклилась? Потому что этой статьи не должно быть. Но она есть. И это либо знак, либо подсказка.

– Ого. – Я оторопело уставилась на пустые полки. – Опять на рынок?!

Лисят я нашла на лестнице: понятливые детишки просто ждали, пока я приготовлю, и не мешались под ногами.

И… Мне почему-то кажется, что у моего приступа были свидетели. Либо же зарево было видно в окно – иные причины сложно выдумать.

– У нас на завтрак яблоки, – крикнула я, – запасы кончились, надо на рынок.

Лиам отправился в сад – я увидела его через окно и опознала по жизнерадостной подпрыгивающей походке.

А Морис… Морис зашел на кухню. Кнопы за его спиной не было – видимо, оставил сестру на лестнице. Или в комнате?

– Мне не довелось услышать о том, чтобы Пылающая Терн кого-либо убила, – хмуро произнес лисенок.

– Что?

– Поводок – на такой сажают особо опасных преступников, – Морис пытливо заглядывал мне в глаза, – чтобы не сбежали. И чтобы никто не смог им помочь сбежать. В Корской Тиши есть особый алтарный камень, к нему-то и крепят поводок.

Мне было обидно. Вот откуда эта настороженность и отстраненность – лисята сочли меня преступницей.

– Не слушайте его, госпожа Антер, – Лиам, отодвинув брата, зашел на кухню и сгрузил на стол яблоки, – не слушайте.

– Я всего лишь хочу узнать, – упорствовал лисенок.

– На мне нет крови. – Я покачала головой.

– Свидетельница, – кивнул сам себе лис. – Понятно.

– Понятно ему. – Лиам сверкнул глазами, а потом ошарашил меня: – Мне было бы все равно, даже если бы вы убили сотню человек.

Опешив, я взяла яблоко и вышла из кухни. Точнее, попыталась: мне наперерез бросилась толстолапая смешная лисичка. И – ох, мамочки – ее мордочка имела человеческие черты лица. Я и раньше об этом слышала, но увидеть это…

– Привет, малышка. – Я протянула ей яблоко.

Ответом мне стал недовольный фырк и крутой разворот. Лисичка показывала яблоку хвост.

– Кажется, она не любит фрукты, – вздохнула я. – Но не тащить же ее на рынок голодной?

– Она не голодна, – со вздохом произнес Лиам. – Вы плохо едите и много еды выбрасываете. А она повадилась лазить в мусорку. Увы, бэйфэй тоже нужно время, чтобы повзрослеть и поумнеть.

Мне стало как-то неловко, но… Формулы захватили меня, и да, есть я стала меньше.

«Надо и накладывать поменьше», – подумала я.

– Яблоки съедим по дороге, – предложил Морис, – я обратил внимание, что утром выбор больше.

– Конечно, – удивилась я, – так всегда.

– Я не знал, – коротко ответил мальчик.

Мне оставалось лишь пожать плечами да взять горсть монет из скрытого кармана.

– Идем?

Проходя сквозь сад, я сдержанно похвалила лисят: кусты и деревья никогда не выглядели столь хорошо.

– Как и пряности. – Я улыбнулась, толкнула калитку и шагнула на улицу.

– Госпожа?!

Я не могла им ответить – ползла назад, к дому. И, пока не закрыла калитку, вдохнуть не смогла.

– Кажется, за продуктами вы пойдете без меня, – хрипло выдохнула я.

– Неужели мы так мешаем? – пораженно выдохнул Лиам. – Я видел, как вы горите. Через окно. Но… Это Пламя безвредно, разве нет?

Ответить я не могла: губы предупреждающе покалывало.

– Успокойся, – одернул брата Морис.

– Не думаю, что вы мешаете, – проронила, наконец, я. – Это скорее гнев и давление человека, которому никто никогда не говорил «нет». Он просто идет на принцип – продавить любой ценой. В любом случае вас скоро найдут папа и мама.

– Не найдут, – помрачнел Лиам.

– Идем, – одернул его брат, – пока госпожа не умерла от голода.

Это они, конечно, загнули. Первое время я голодала едва ли не неделями – просто оттого, что совершенно не хотела есть. Не хотела ничего. Просто лежала и смотрела в стену.

Тем не менее, снабдив лисят деньгами и списком, я вернулась в свой кабинет.

Кабинет, который был больше похож на каморку умалишенного: сотни бумажных огрызков были приколоты к стенам и полкам, пол устилали скомканные неудачные расчеты, а на левом углу стола угрожающе поскрипывала башня из чайных чашек.

«Может, стоит нарушить свои традиции и заварить еще кавы?» – я позволила себе немного помечтать и вернулась к бумагам.

За эти дни мне удалось не только вспомнить непрофильную академическую программу, но и серьезно углубить свои познания. Маго-матика – достаточно сложная наука. В основном из-за того, что магия текуча и изменчива. В маго-матике два плюс два может быть четыре, а может и один. И три.

Но зато мне удалось вспомнить, основу: совокупности признаков неизменны. Найдешь три полностью совпадающих элемента у двух разных проклятий – определишь их род, семейство и подвид. А это уже подскажет, сколько будет два плюс два.