Мама для злодейки

Глава 3

— Милая!..

Ульяна устремилась к малышке, но вовремя вспомнила о перчатках. Навредить Лауре она не хотела, а то, что с ее прикосновениями что-то не так, успела убедиться. Разрушительная сила хороша для взлома замков и цепей, но не для прикосновений к ребенку.

Скорость движений была слишком стремительной. Молниеносной. Ульяна видела, как Лаура падает, точно в замедленной съемке. За это время удалось успеть натянуть перчатки и подбежать к девочке. Подхватить ее на руки в нескольких сантиметрах от пола.

— Да кто же тебя так? За что?.. — вознегодовала Ульяна. — Неужели я? Твоя мать?..

Это было немыслимо и чудовищно, то, что происходило на ее глазах. Лаура была уменьшенной копией женщины, которую она увидела сегодня в зеркале. Родство налицо. Выходит, родная мать заточила дочку в кладовке? Неужели сама навесила непробиваемый замок?

Ульяна приложила голову к узкой груди Лауры, услышала, как бьется маленькое сердечко. Девочка дышала. Но, кажется, была без сознания.

— Сейчас мы тебе поможем, — пообещала Ульяна.

Вынесла девочку из кладовки и уверенной поступью направилась в другое крыло замка. Вес девочки практически не ощущался, не только потому, что Лаура была худенькой и маленькой. Но и потому, что сама Ульяна вдруг стала такой сильной, что легко смогла бы выдержать вес племенного быка, не то, что ребенка.

— Клим!

На ходу Ульяна выкрикнула имя и представила низкорослого старичка с серебристой бородой и длинными волосами, раскинутыми в живописном беспорядке по узким плечам. Судя по белоснежному одеянию, очкам с толстыми линзами и чемоданчику в руках — лекарь.

Ульяна сама не заметила, как добралась до детской. Ногой распахнула дверь и внесла ценную ношу, бережно уложила на постель поверх черного бархатного покрывала. На его фоне бледное личико Лауры казалось совсем белым.

В комнате было прохладно и сумрачно. В тяжелых кованых подсвечниках, подрагивая на ветру, горели восковые свечи, отбрасывая призрачные блики на стены и мебель.

Н-да, эту комнату можно назвать детской только условно.

Много полок, заваленных книгами, рукописями, перьями, камнями и предметами, название которых Ульяна не знала, но отчего-то помнила их назначение. Все эти вещи, так или иначе, были связаны с магией. Противоположную стену украшала коллекция оружия: от топоров и копий, до кинжалов всех форм и размеров. Игрушек не было от слова совсем. Если, конечно, не брать в учет миниатюрную гильотину. Заметив на лезвии красные пятна, Ульяна вздрогнула, но потом увидела разрезанный пополам помидор и облегченно выдохнула.

— Призывали, Ваше Величество?..

В комнату, низко кланяясь, вошел Клим, сопровождаемый Дементием.

Лекарь выглядел именно так, как представляла себе Ульяна. И чемоданчик, с которым старичок как будто сросся и сроднился, был при нем.

— Да, — коротко ответила она. — Осмотри Лауру. Помоги ей!

Командный тон, которым отдавались приказы, ужаснул и одновременно восхитил Ульяну. Со своими подчиненными она не разговаривала так. И пусть считала себя сильным предприимчивым руководителем, не могла не отметить, что ее распоряжения не выполнялись так быстро и покорно. Клим уже вовсю суетился возле маленькой пациентки: мерил пульс, прикладывал ко рту и груди разноцветные стеклышки и камни, от которых буквально разило магией.

— Как долго Лаура пробыла в кладовке? — спросила Ульяна, обращаясь к Дементию.

— Ровно столько, сколько ты пробыла в забытьи, моя королева, — с поклоном ответил тот. — Три дня.

Три дня?!

Маленькая девочка, одна в замкнутом пространстве. Без еды и питья. Запертая на замок. Каким чудовищем нужно быть, чтобы позволить такое?!

— Почему ее не освободили?! — воскликнула Ульяна, не сдерживая рокочущей внутри злости.

На этот раз Дементий не вздрогнул и не испугался, как будто был уверен в правильности своего поступка. Только стеклышко в руках Клима дрогнуло. Впрочем, быстро поняв, что обращаются не к нему, лекарь вновь полностью сосредоточился на пациентке.

— Мы не могли нарушить твой приказ, моя королева, — выдал Дементий без малейших зазрений совести. — Да я и не смог бы открыть твой замок, о, несущая смерть…

— А ты пытался? — уточнила Ульяна, и, заранее предвидя ответ, добавила: — Она же твоя дочь! Как ты мог поступить с ней так?..

Дементий уклонился от прямого взгляда жены.

Нет, Лаура не его дочь. Он мечтал о детях, но у правительницы Сильвестрии должен быть лишь один наследник. Точнее, одна наследница. А он — всего лишь пятый по счету муж, наверняка не последний. Первых четырех Ультрамарина казнила лично. И, кто знает, как скоро придет его черед.

Дементий нервно кашлянул в кулак, вспомнив об этом.

На Ульяну снежной лавиной обрушился поток чужих воспоминаний. Нечеткие образы бывших мужей, расплывчатые отрывки свадеб, военных походов, лиц врагов… Только врагов, друзей у Ультрамарины нет и не было никогда.

Только один лик проявился в ее сознании совершенно отчетливо. Так же, как это было с Лаурой. Теперь в голове Ульяны вспыхнул яркий образ седовласой женщины с такими же пугающими глазами, как у нее самой. Лицо, некогда прекрасное, а теперь испещренное морщинами и отметинами застарелых шрамов, полное достоинства и презрения к окружающим, медленно развернулось в ее сторону, чуть наклонилось. Сверкающая корона будто оскалилась острыми зубцами.