Мама для злодейки

Глава 8

— Где пленники? — обратилась Ульяна к Сервию. — Куда их отправили? Ты обязан знать.

— О, несущая смерть!..

Начальник стражи ударил себя в грудь, заискивающе глядя на королеву, как будто ища ее одобрения. Сердце Ульяны невольно пропустило удар. Неужели оправдались ее худшие подозрения?

Но нет, следующие слова Сервия облегчили душевные страдания.

— Они здесь, недалеко. Живы, все как один. Но если прикажете!..

— Не надо, — распорядилась Ульяна и снова обернулась к Константину. — Слышишь, семья твоего брата жива.

— Я не верю тебе, — отчеканил ведьмак. Стоять ровно ему было все тяжелее. Он покачнулся, ударился о стены невидимой тюрьмы и зашипел, сдерживая стон. Упрямо вскинул голову, бесстрашно взглянув в холодные глаза королевы. — Покажи их мне!

— Не слишком ли он многого хочет, моя госпожа? — позволил себе замечание Сервий. — Позволь проучить его за дерзость.

Прежняя Ультрамарина наверняка бы поступила именно так. Приказала мучить пленника до тех пор, пока он не склонит голову. Возможно, даже наслаждалась его страданиями. Чуждые мысли и чувства, промелькнувшие в сознании Ульяны, заставили охнуть и до боли прикусить губу.

Что это?

Сочувствие и жалость, проявившиеся на непреклонном лице злодейки, ошеломили Константина. Не тронулся ли он умом от боли? Разве способна эта жестокосердная королева испытывать подобное? Нет, быть такого не может. Он потряс головой, прогоняя видение. А когда снова взглянул на Ультрамарину, то увидел привычное равнодушие и холодность.

— Я не стану тебе служить, пока не увижу их собственными глазами, — пообещал он. — Покажи!..

Выдохнув последнее слово, он все же упал, мысленно презирая себя за слабость. Нет ничего хуже, чем стоять на коленях перед той, кого ненавидишь всем сердцем и душой. У этой злобной твари нет ничего от человека, она хуже зверя, хуже болотной язвы. Как он мог даже подумать, будто Ультрамарина может быть милосердной? Не стоило сдаваться, не надо было позволять ее псам пленить себя. Ее словам нельзя верить. Ни в коем случае.

— Поступим так! — провозгласила Ульяна, огромным усилием воли заставляя себя сдерживаться и не выдавать собственного секрета. Если хоть кто-нибудь поймет, что она не Ультрамарина… Беда настигнет не только ее, но и Лауру, и упрямого Константина. Сервий, пожалуй, будет первым, кто вонзит кинжал в ее сердце. Сделает это с превеликим удовольствием. — Ты позволишь лекарю осмотреть и излечить тебя. Будешь есть и поправляться. Как только станешь похожим на прежнего Константина, я приведу к тебе семью брата. Им не следует видеть тебя в таком плачевном состоянии.

Последняя фраза была явно лишней.

Ульяна готова была откусить себе язык за необдуманные слова. Ультрамарина никогда не произнесла бы подобного.

Константин тоже заметил это. Глядя на королеву сквозь мутную пелену слабости, застилавшую глаза, он снова не поверил ушам. Она заботится о его близких? Не хочет, чтобы они увидели его больным и слабым? Та Ультрамарина, что стояла сейчас над ним, эта женщина… Она никак не соответствовала тому образу жестокой королевы, что сложился в его голове. Разве не она уничтожала целые деревни по малейшей прихоти? Не она ли сравняла с землей соседний город, отказавшийся принять ее власть? Не она лично казнила четырех мужей?

Та тварь не могла сочувствовать и испытывать жалость.

Скорее, всё это какой-то обман зрения и слуха. Или игра, затеянная Ультрамариной ради достижения личных целей. Она трижды пыталась нанять Константина, и каждый раз получала отказ. Не смогла с ним смириться, потому пленила семью его брата. А теперь ждет за это покорности?

— Ты слышишь меня? — спросила Ульяна, боясь, что пленник вот-вот потеряет сознание.

И снова Константину померещилась горечь в ее словах. Как будто она сожалела о произошедшем. Но Ультрамарина не умела прощать, не могла терзаться угрызениями совести. У нее ее попросту не было.

И все же…

— Да, — выдохнул Константин, прежде чем провалиться в темное нутро тяжелого забытья.

В любом случае у него нет выбора. Но если есть хоть малейший шанс спасти родных, то он сделает это. Даже если придется служить ненавистной твари. Ультрамарина точно знала, как подчинить любого. Всегда добивалась своего.

Летиция…

Жена брата, милая, улыбчивая и простодушная. Неужели она томится в душном сыром подземелье? Такая хрупкая и болезненная, как она выдержит все это?

А маленький Марк?

Ему всего шесть, готов ли он к таким потрясениям? Крепкий и мужественный, как его отец, он все равно лишь ребенок. После смерти брата племянник стал очень замкнутым и неразговорчивым. Что будет с ним в плену у Ультрамарины?

Брат погиб год назад, угодив в пасть дикого медведя. Теперь Константин ― единственная надежда и опора для Марка и Летиции. Но он подвел их. Не смог сберечь. Ультрамарина отыскала лесное убежище маленькой семьи, сожгла дом, не оставив камня на камне. Мать и сына взяла в плен. Константин отдал бы всё то немногое, что имел, даже жизнь, лишь бы эти двое снова оказались на свободе.

— Я выполню твое условие, — едва слышно прошептал он.