Мама на полставки

Глава 1: В клетке

Железо впивалось в запястья, холодное и тяжелое. Я очнулась от тряски, и первое, что почувствовала, - боль. Голова раскалывалась, будто по ней били молотом, а горло пересохло, словно в горло засыпали раскалённый песок. Тьма вокруг была густой, но сквозь щели деревянной повозки пробивались тонкие лучи света, выхватывая из мрака мое тело. Порванное платье - когда-то, наверное, роскошное, а теперь грязное, в лохмотьях - липло к коже. Я попыталась пошевелиться, но кандалы на руках и ногах звякнули, удерживая меня на месте. Я в клетке. В клетке как зверь.

- Где я? - Мой голос был хриплым, чужим. Я кашлянула, пытаясь прогнать оцепенение, и только тогда заметила свои руки. Тонкие, бледные, с длинными пальцами, покрытыми синяками и ссадинами. Не мои. Я никогда не носила такие длинные ногти. И волосы… Я схватила прядь, упавшую на лицо. Рыжие, яркие, как огонь, но спутанные и слипшиеся от грязи. Это не я. Не Корнелия. Или… все-таки я?

Паника накатывала волной, сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Я попыталась вспомнить, как оказалась здесь. Москва, моя квартира, ноутбук, чашка кофе на столе… и ничего. Пустота. Словно кто-то стер мою память, оставив только имя - Корнелия. И это тело, которое мне не принадлежало. Я дернулась, пытаясь освободиться, но кандалы только сильнее впились в кожу, а повозка качнулась, и я ударилась плечом о деревянную стену.

- Эй, тихо там! - грубый мужской голос прорезал тишину. Я замерла. Снаружи послышались шаги, скрип колес, ржание лошадей. - Не рыпайся, красавица, а то хуже будет.

- Куда вы меня везете? - выкрикнула я, но голос дрожал. Ответом был хриплый смех.

- На рынок, куда ж еще? Там за такую, как ты, хорошо заплатят. Хоть и потрепанная, а все ж дворянка.

Дверца клетки скрипнула, и в проем просунулась рука с миской воды. Я потянулась к ней, но мужчина, заросший бородой, выплеснул воду мне в лицо. Холод обжег кожу, я задохнулась.

- Пей, не привередничай, - хохотнул он и пнул клетку. Я упала на бок, цепи впились сильнее.

Второй мужчина, со шрамом на щеке и сальным взглядом, шагнул ближе.

- Хороша, - сказал он, разглядывая меня. - За такую дадут много золотых.

- Дворянка, говоришь? - бородатый ухмыльнулся. - Тогда, может, сами ее опробуем?

Я сжала кулаки, цепи натянулись. Страх сдавил горло, но я заставила себя посмотреть ему в глаза.

- Попробуй, - прошипела я. - И я выцарапаю тебе глаза.

Они расхохотались, но смех был злым. Бородатый открыл клетку и шагнул внутрь. Я отпрянула, но цепи не пускали. Он схватил меня за волосы, дернул так, что я ударилась головой о стену. Боль вспыхнула в висках. Он швырнул меня на пол, разрывая платье на груди. Я закричала, пытаясь вырваться, но он прижал меня коленом. Второй мужчина расстегивал пояс, его дыхание было тяжелым. Я билась, царапала, но силы покидали меня. Бородатый рванул ткань, обнажив живот, когда третий голос, резкий и властный, остановил их.

- Хватит! - рявкнул главарь, высокий мужчина с холодными глазами. Он вошел в повозку, оттолкнул бородатого. - За ее невинность заплатят больше, чем за вас двоих, идиотов. Не трогать!

Бородатый выругался, но отступил. Второй сплюнул на пол, пробормотав что-то о «жаль». Главарь схватил меня за подбородок, заставив посмотреть на него.

- Сиди тихо, красавица, - сказал он. - Или я отдам тебя им.

Он ударил меня по лицу, щека запылала. Я стиснула зубы, чтобы не закричать. Главарь вышел, захлопнув дверцу. Я осталась лежать, задыхаясь от ужаса. Платье было разорвано до пояса, тело дрожало. Они не знают, что я принцесса. Это мое единственное преимущество.

Повозка тронулась, колеса заскрипели. Я прижалась к стене, пытаясь успокоить дыхание. Они вернулись через час. Бородатый бросил мне корку хлеба, но когда я потянулась, он наступил мне на руку. Я вскрикнула, он захохотал.

- Ешь с пола, - сказал он. - Как собака.

Я не двинулась. Он пнул меня в ребра, боль пронзила бок. Второй мужчина плюнул мне в лицо, слизь стекала по щеке. Я стиснула зубы, не давая слезам вырваться. Я не сломаюсь. Не перед ними.

В темноте я свернулась в углу, дрожа от холода и боли. Я не знала, сколько времени прошло, но каждый звук - скрип колес, смех снаружи - вгонял в страх. Я закрыла глаза, шепча свое имя - Корнелия, Корнелия, - чтобы не забыть, кто я. И тогда я почувствовала тепло. В углу клетки появилось слабое свечение. Маленький дракончик, не больше котенка, с чешуей, переливающейся, как угли, смотрел на меня. Его глаза светились янтарем, крылья трепетали. Я моргнула, думая, что это бред, но он не исчез.

- Ты кто? - прошептала я.

Он фыркнул, выпустив искры, и подлетел ближе. Его тепло коснулось моей кожи, и я почувствовала облегчение. Он был настоящим.

- Луна, - сказала я, не зная, откуда взялось это слово. - Я могу тебя так называть?

Она наклонил голову, словно соглашаясь, и исчез в воздухе.