Мама на полставки

Глава 22.1 Тени и откровения

Я сглотнула, чувствуя, как магия шевельнулась в моих венах, как будто откликалась на его слова, на его присутствие. Луна приземлилась на моё плечо, её когти слегка впились в ткань плаща «Правда или смерть. Выбирай, но быстро».

Правда означала раскрыть всё - мою элдарианскую кровь, мою магию, мою связь с Орденом Пепла, что тянулась из моего прошлого, как цепи, которые я пыталась разорвать. Я не была уверена, готов ли он это принять, или готова ли я довериться ему - инквизитору, чья жизнь была посвящена охоте на таких, как я. Но ложь больше не могла меня спасти. Он видел пламя, он видел мою силу, и его взгляд, полный вопросов, не оставлял мне выбора.

- Я не с культом, - сказала я, стараясь держать голос ровным, хотя он дрожал, как лист на ветру. - Но они охотятся за мной. За моей… кровью. Они верят, что она нужна для их ритуала. Я не хотела, чтобы ты узнал, Рэйвен. Не так. Я не хотела, чтобы кто-то узнал.

Его глаза сузились, но он не двинулся. Он смотрел на меня, как будто пытался увидеть сквозь меня, сквозь мою ложь, сквозь мою магию, прямо в мою душу.

- Твоя кровь, - повторил он, его голос был тихим, но в нём чувствовалась буря, готовая обрушиться на берег. - Ты маг. Элдарианка. Это правда?

Я кивнула, чувствуя, как сердце сжалось, как будто его стиснули холодные пальцы. Скрывать дальше не было смысла - он видел пламя, он видел меня. - Да, - прошептала я, мой голос был едва слышен, как шёпот ветра в ночи.

- Но я не враг, Рэйвен. Я хочу защитить Вирену. Я хочу остановить Орден. Они… они уничтожат всё, если их не остановить.

Он шагнул ближе, его присутствие было ошеломляющим, как буря, что обрушивается на море, и я почувствовала его тепло, его запах - кожа, дым, морская соль. Его глаза искали мои, и в них была не только ярость, но и боль, как будто он боролся с самим собой, с тем, во что он верил всю свою жизнь. Его пальцы сжались в кулаки, и я видела, как вены проступили на его руках, как будто он сдерживал себя от какого-то необратимого шага.

- Я должен был сжечь тебя, - сказал он, его голос был хриплым, почти сломленным, как будто слова резали его изнутри. - Закон инквизиции требует этого. Магов не принадлежащих императору не щадят. Но я не могу. Не после того, что видел. Не после Вирены. Ты… ты не такая, как они.

Я замерла, не веря его словам. Инквизитор, чья жизнь была посвящена уничтожению магии, смотрел на меня не как на врага, а как на загадку, которую он не мог разгадать. Его слова были как луч света в темноте, но я знала, что этот свет хрупок, как стекло. «Он знает больше, чем говорит. Спроси его. Сейчас». Я сглотнула, набираясь смелости, чувствуя, как магия тлеет в моих венах, готовая вспыхнуть.

- Почему ты защищаешь меня? - спросила я, мой голос был тихим, но твёрдым, как сталь, закалённая в огне. - Ты знаешь, кто я. Ты мог бы вызвать стражу, сдать меня, сжечь меня. Почему ты этого не делаешь?

Он отвернулся, его плечи напряглись, как будто он пытался удержать бурю внутри. Молчание длилось так долго, что я подумала, он не ответит. Но наконец он заговорил, его голос был едва слышен, как шёпот ветра в ночи:

- Потому что я знаю, что такое тьма. Я видел её, Корнэлия. Я сражался с ней. И я знаю, что ты не часть её. Но если ты лжёшь, если ты предашь меня, я найду правду. Даже если она уничтожит нас обоих.

Он ушёл, его шаги эхом отдавались в пустом коридоре, оставив меня в тишине, нарушаемой только шёпотом Луны: «Он скрывает свою тайну. Найди её, или она найдёт тебя». Я стояла, чувствуя, как магия тлеет в моих венах, и знала, что время истекает. Полнолуние было близко, и я должна была быть готова.