Мама на полставки

Глава 23: Кровь и буря

Утро в Вейнхолле было серым, как пепел, с тяжёлым небом, нависшим над городом, словно крышка гроба. Напряжение в воздухе было осязаемым, как перед штормом, когда море затихает, но волны уже собирают силу для удара.

Я сидела в комнате Вирены, помогая ей складывать бумажных драконов, которые она с восторгом раскрашивала цветными карандашами, оставляя разноцветные пятна на своих маленьких пальцах. Её звонкий смех, обычно такой лёгкий, сегодня казался мне хрупким, как стекло, готовое разбиться от малейшего прикосновения.

Мои мысли были далеко - в подвале, где я столкнулась с моим женихом, в словах Рэйвена, в его серых глазах, где буря всё ещё не утихала. Полнолуние было завтра, и я знала, что время истекает, как песок в часах. Орден Пепла готовил свой ритуал, моя кровь была их целью, и Рэйвен, теперь знавший мою тайну, был либо моим союзником, либо новой угрозой.

Луна сидела на подоконнике, её чешуя тускло блестела в сером свете дня, а янтарные глаза следили за мной с тревожной настойчивостью. «Ты должна действовать, Корнэлия. Орден близко, и Рэйвен - загадка. Найди алтарь. Узнай, где они собираются. Время уходит». Я кивнула, но сердце сжималось от страха, как будто его стиснули холодные пальцы.

Вирена посмотрела на меня, её синие глаза были полны доверия, и я заставила себя улыбнуться, чтобы не напугать её.

- Всё будет хорошо, милая, - сказала я, но мой голос дрожал, выдавая мою тревогу. Она наклонила голову, её кукла Лили была прижата к груди, и спросила: - Ты не уйдёшь, Корнэлия? Ты останешься с нами? Со мной и папой.

Я сглотнула, чувствуя, как её слова режут, как нож.

- Я останусь, - прошептала я, надеясь, что это не ложь. Но я знала, что Орден Пепла не остановится, пока не получит мою кровь, и Рэйвен, с его хрупким доверием, мог стать моим концом.

Стук в дверь был резким, как удар молота, и я вздрогнула. Рэйвен вошёл, его лицо было мрачнее обычного, а глаза - как штормовое море, полное скрытой силы. Он держал свиток, исписанный мелким, аккуратным почерком, и его пальцы сжимали его так сильно, что бумага смялась, как будто он пытался раздавить свои сомнения.

Его плащ был влажным от тумана, а на сапогах виднелись следы грязи, как будто он провёл ночь в порту, выискивая ответы.

- Мира заговорила, - сказал он без предисловий, его голос был холодным, но в нём чувствовалась усталость, как будто он не спал всю ночь. - Орден собирается в старой часовне за портом. Завтра, в полнолуние. Они ждут тебя, Корнэлия. Они знают, что ты здесь.

Я замерла, чувствуя, как жар в ладонях вспыхнул, как будто магия откликалась на его слова. Часовня. Я знала это место - заброшенное здание на краю порта, где, по слухам, собирались контрабандисты и воры. Его стены, покрытые мхом и трещинами, хранили тайны Вейнхолла, и теперь оно стало алтарём Ордена Пепла. Я представила себе свечи, символы, алтарь, пропитанный кровью, и моё сердце сжалось от ужаса. Они были готовы, и я была их целью.

- Почему ты мне это говоришь? - спросила я, мой голос был тихим, но твёрдым, как сталь. - Ты мог бы сдать меня. Сказать страже, что я маг. Почему ты этого не делаешь?

Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула боль, как будто он боролся с самим собой, с тем, что означало быть инквизитором.

- Потому что я видел, как ты смотришь на Вирену, - сказал он, его голос был хриплым, как будто слова давались ему с трудом. - Потому что я знаю, что Орден уничтожит всё, если их не остановить. Даже если ты маг, ты не такая, как они. Но я не слеп, Корнэлия. Я вижу твою силу, и я знаю, что она может быть опасной.

Я сглотнула, чувствуя, как его слова жгут, как огонь. Он доверял мне - или, по крайней мере, хотел доверять. Но это доверие было хрупким, как тонкий лёд, готовый треснуть под малейшим давлением. Луна шепнула, её голос был холодным, как зимний ветер: «Он твой шанс. Используй его, но будь осторожна. Он всё ещё инквизитор».

- Я иду в часовню, - сказала я, мой голос был твёрдым, как сталь, закалённая в огне. - С тобой или без тебя, Рэйвен. Но я не позволю им победить. Не позволю им тронуть Вирену.

Он кивнул, его взгляд был тяжёлым, но решительным, как будто он принял решение, которое могло стоить ему всего.

- Тогда мы идём вместе, - сказал он, его голос был низким, но в нём чувствовалась сила, как в море перед бурей. - Но если ты предашь меня, Корнэлия, я не пощажу тебя. Маг ты или нет.

Полнолуние было завтра, и я знала: буря, что собиралась над Вейнхоллом, разразится, и я должна быть готова. Я кивнула, встретив его взгляд, и в этот момент между нами возникло что-то новое - не доверие, но понимание, хрупкое, как нить, но достаточно прочное, чтобы выдержать бурю. По крайней мере, я на это надеялась.