Мама на заказ

Глава 5.

На улице промозглый ветер обдувает мое лицо и щеки, но еще холоднее звучат слова Лютольфа:

— Нам нужно скорее организовать торжество в честь помолвки. Наша цель: поставить как можно больше людей в известность, что теперь ты моя.

Амир бросает фразу, торопится к авто и ни на секунду не отпускает мою руку, точно опасается, что меня украдут.

— Но вы же говорили о повышенном спросе со стороны конкурентов? — поворачиваюсь к мужчине. — Разве лишняя шумиха не принесет беды?

— Нет, после новости о наших отношениях им будет сложнее покуситься на тебя, Ева. Вот такой парадокс.

Во дворе института Амир распахивает для меня в дверь и заталкивает в машину. Сам усаживается рядом. Страшный Каспар занимает место водителя, щелкает замком зажигания и с пробуксовкой выруливает на дорогу.

Я глубоко дышу, ощущая, как соприкасаются наши с Амиром тела, пусть и через одежду. В салоне тепло, но меня морозит из-за томительного волнения.

— Что от меня требуется, Амир? — спрашиваю, когда наше авто проезжает городские высотки и сворачивает к частному сектору.

— Просто покажи всем, как сильно меня любишь, — прожигая глазами лобовое стекло, хрипло отвечает. Уже через мгновенье Лютольф устремляет взгляд на меня и смотрит так, что сердце в груди замедляет ритм, — покажи так, чтобы поверили.

— И моих родителей пригласишь?

— Конечно. Гостей будет много, и ни у кого не должно возникнуть мысли, что наша будущая свадьба фиктивная.

Сглатываю и киваю. Чуть отодвигаюсь и перевожу внимание в боковое окошко. За прозрачным стеклом виднеется высоченный забор и непроницаемые ворота у дома Лютольфа.

Деваться мне некуда, и я выпрыгиваю из тачки, поправляю на плече рюкзак и топаю в особняк.

Бессменные старожилы Мария и Анна высунулись из окошка библиотеки на втором этаже и пялятся на меня. Вероятно, служанки протирали от пыли книги и подметали ковер. Не думаю, что у сестриц резко возник стимул к пополнению багажа знаний.

Захожу в дом. По привычке шагаю к себе на третий. До самого вечера я занимаюсь раскладыванием вещей из чемоданов по полкам.

В спальне пристроен отдельный будуар со столиком и большим зеркалом, усеянным по каемке лампочками. Как у профессиональных визажистов.

Мне же нужно лишь скромно поставить флакон с тоником, флакон с термальной водой и малюсенькую косметичку. Смотрится пустовато. Наверное, прошлая хозяйка этой комнаты была какой-нибудь светской львицей, и у нее в запасе имелся целый арсенал кисточек и полуметровых палеток с тенями.

И у меня будет. Позже. Когда я на пятерку с плюсом отыграю роль любящей жены и разгребусь с долгами брата! Я обеспечу родителям спокойную и безбедную старость, они обязательно будут мной гордиться…

Вернувшись в спальню, я сворачиваю последнюю футболку и с облегчением убираю ее в шкаф. Устало вытираю лоб и выпускаю через рот воздух. Мне бы освежиться, а то вспотела, как гончая. Прихватываю длинный халат и полотенце.

В особняке Лютольфа ванные на каждом этаже, что очень удобно. На верхних для владельцев, а внизу санузлы для прислуг.

Сегодня вечером меня на удивление никто не достает, и, дабы не сглазить, я незаметно сплевываю три раза через левое плечо, тихонечко закрываю дверь в комнату и на цыпочках крадусь по коридору. Захожу в ванную и столбенею.

— Извините, я не знала, что вы здесь…

Взглядом натыкаюсь на замершего возле раковины Амира.

В ванной тепло и влажно. Приятные клубы пара витают в воздухе. Они пахнут мужским гелем для душа с древесными нотками.

Мне становится жарко и неловко от собственного невежества. Я ввалилась к Лютольфу и застала мужчину в одном лишь полотенце, обмотанном на бедрах.

Сам же хозяин ничуть не смущен. Он проводит пальцами по мокрым волосам, запрокидывая их назад. Словно хищник, следит за мной через зеркальное отражение, и я улавливаю в его глазах… голод. Будто я нечто недосягаемое, запретное. Девушка, которую нельзя просто тронуть, как всех других, и от этого ее хочется вдвойне.

— Останься, — строгим басом говорит Амир, — я уже ухожу.

Несмело делаю шаг внутрь и прикрываю за собой дверь. В ванной отключен основной свет, горит лишь диодная лента на зеркале. Крепко прижимаю к себе скомканное полотенце и мелко дрожу.

Амир тяжело вздыхает и окидывает меня взглядом. Он и правда держит себя в руках, и надо бы мне позволить ему удалиться, однако я притормаживаю мужчину на пороге:

— А когда торжество?

— В пятницу, — он оборачивается и снова идет ко мне.

— Так скоро? — пячусь и натыкаюсь на широкие борта ванны.

— Да, — Амир подходит слишком близко. — Ресторан «Инфинити». Всю организацию я беру на себя.

Я снова вздрагиваю всем телом, когда Лютольф кладет тяжелые ладони на мои плечи. Его руки кажутся мне раскаленными и будто отлитыми из стали, как и все тело мужчины. Пытаюсь сделать еще один шажок назад, но дальше пути отступления нет.

— Вы взяли под контроль не только праздник, но и всю мою жизнь. Я ведь и квартиры съемной лишилась. Мне хозяйка прислала фото договора о расторжении за неуплату.

— Вынужденные меры… — отвечает Лютольф и скользит кончиками пальцев по моей шее, обхватывает подбородок, заставляет поднять лицо выше.

От пара в воздухе мои распущенные волосы мокнут, и кожа становится влажной, как у Амира. Слова застревают в горле от напряжения. Не моргая, наблюдаю за каплей воды, стекающей по золотистой коже Амира от груди к животу.

Мне страшно от столь интимной близости с похитителем и вынужденного уединения, от которого начинает кружиться голова. Никогда прежде я не была лакомым куском для влиятельных и опасных мужчин. И теперь, оказавшись в лапах одного из них, я чувствую тревогу и… интерес.

Лютольф что-то говорит, говорит, но я не слышу. Он крепче сжимает пальцы на моем лице, заводит вторую руку мне за спину, давит в лопатки, вплотную смыкает наши тела.

— Е-ева-а… — его речь звучит тихо, — я требовал от тебя притвориться перед посторонними людьми убедительно и не сомневаюсь, что ты блестяще выполнишь условие. Но вот вопрос… доверяешь ли ты мне? Ведь нам нужно привыкать друг к другу.