Мама, я здесь и с тобой!

На родине предков

На родине предков

В августе 1993 у меня родилась доченька Ася, здоровенькая девочка.

И в августе того же года мой сын пошёл в школу для инвалидов, в общий класс, ему было уже тринадцать лет, но он не знал немецкого языка. Через три недели его перевели в восьмой класс, по возрасту, а через год он стал одним из лучших учеников школы, хотя не мог писать, и из-за его общего состояния медленно разговаривал. Но выучил немецкий и английский, и математические действия выполнял в уме в переделах десяти тысяч.

За все эти его способности одноклассники прозвали его профессором.

Через два года из управления иностранных дел пришёл ответ. В политическом убежище нам отказали. Это означало, что Германию мы должны покинуть.

Но сдаваться я не собиралась. Я наняла адвоката, которому платила символически. Он  знал моё положение и помогал добровольно.

Ну как тут не сказать: опять Господь послал хорошего человека.

Так проходили день за днём, год за годом. Мы меняли общежития, потому что они постоянно уплотнялись и закрывались, и нужно было переезжать в другие и снова жить в одной комнате всем вместе и пользоваться общей кухней и общим туалетом на 20 человек...

Кирилл в это время в силу своей неуёмной натуры связался с «дурной» компанией, которая занималась распространением оружия и наркотиков. Его арестовали и выслали из Германии без права возвращения.

Я осталась одна с тремя детьми.

Свет в конце туннеля

Я не знаю, чем бы это всё закончилось, но я благодарна Богу за то, что Он помог мне и моим детям всё это вынести. Видно в этом был промысел Божий, видно так Он испытывал нас: хотите в Германию, так заслужите это!

Так или иначе, в конце 90-х годов ситуация в Латвии для неграждан, особенно для пенсионеров, резко ухудшилась, и мои мама и бабушка решили переехать  в Германию на постояное место жительства.

В октябре 2000 года сюда приехала моя бабушка как поздняя переселенка, а в ноябре того же года приехали моя мама, мой брат и два моих племянника.

Мои дети и они -  это все мои родственники. Больше у меня никого нет. И хотя ВСЕ мои родные были уже здесь, меня и моих детей власти Германии всё равно признавать не хотели.

«Езжайте назад в Латвию и ждите там вызова,» говорили мне. «Такой закон.»

«Господи,» отвечала я, «да куда же я поеду?! Уменя там ни кола, ни двора,

и сын - беспомощный инвалид, и родные все здесь...»

«Закон есть закон!!!» отвечали мне власти.

Тогда мой адвокат подал в суд, который состоялся в декабре 2002 года, через десять лет после того, как мы приехали в Германию.

В суде адвокат сказал:

«Если вы не признаете сейчас эту семью и заставите её возвращаться в Латвию, то молодой человек может умереть!»

Артёму было тогда уже 20 лет, и он жил уже дольше того срока, который предсказали учебники по медицине.

И судья принял решение признать нас поздними переселенцами.

С этого момента наша жизнь изменилась. Мои дети начали получать детские деньги, моему сыну назначали деньги по уходу и пенсию по инвалидности.

Мы наконец-то!!! смогли снять квартиру!!! и каждый из моих детей имел свою комнату!!!

Вот это был, деиствительно, «праздник на нашей улице!»

История Томаса

Я купила сыну музыкальный центр. Он очень любил слушать музыку. Его вкусы были разнообразны. Артём любил русскую эстрадную музыку, песни Игоря Крутого и песни на стихи Ильи Резника. Его любимыми исполнителями были: Владимир Высоцкий, София Ротару, Олег Газманов, Юрий Антонов, Юрий Николаев, Наташа Королёва, Алексей Глызин, Юра Шатунов, Группы «Земляне», «Любэ», «Лесоповал» и многие другие исполнители.

Очень любил немецкие музыкальные группы. У него в коллекции имелось 12 музыкальных альбомов группы «Modern Talking», 5 альбомов «Blue System», 10 альбомов группы «Scooter», 10 альбомов DJ Bobo.

А когда нас признали немцами, и надо было в марте 2003 года получать немецкие паспорта, моему сыну в ЗАГСе предложили изменить имя так, чтобы оно звучало по-немецки. И он выбрал имя «Томас».

«Почему именно «Томас?» спросил работник ЗАГСа.

«Потому что мне очень нравятся Томас Андерс и Томас Готтшалк,» ответил Артём.

Артём-Томас обладал огромным чувством юмора на зависть любому здоровому человеку. Несмотря на eго совершенно беспомощное состояние, он никогда не унывал и не впадал в депрессию. Шутил одинаково и по-русски, и по-немецки.

Очень любил КВН, Михаила Задорнова, Михаила Жванецкого.

А ещё Томас очень любил мир кино.

Его любимыми фильмами были «Приключения Шурика», «Джентельмены удачи», «С лёгким паром,» «Двенадцвть стульев» с Андреем Мироновым, «Тот самый Мюнгхаузен». И это всё несмотря на то, что он родился намного позже выхода этих фильмов.

Я почти каждый день ходила в видеотеку и брала ему новые фильмы. Он охотно смотрел комедии и ужасники, над которыми смеялся так же как и над комедиями, боевики и фильмы про катастрофы, приключения, фантастику и исторические фильмы. Любил смотреть телевизионные новости и пригноз погоды. Вобщем, интересовался жизнью во всех её проявлениях.

Иногда я наблюдала за ним со стороны, и на глазах у меня наворачивались слёзы.

А Артём, видя это, улыбаясь, говорил:

«Мама, ну почему ты плачешь? Ведь жизнь так прекрасна!»

Я выбегала из его комнаты, плотно закрыв за собой дверь, и тогда уже рыдала в голос.

У Томаса была телевизионная приставка PS2, на которой он очень любил играть в хоккей, в футбол и Gran Tourismo, держа пульт в двух руках. А самая любимая его  игра была «Формула 1».

Каждые две недели в субботу и в воскресенье Томас просыпался во столько, во сколько начиналась гонка, в зависимости от того, в какой части света она проходила. Болел он всегда за Михаэля Шумахера. И если Михаэль вдруг проигрывал гонку, Томас включал PS 2, выбирал ту же самую трассу, где только что прошли гонки, садился в виртуальный автомобиль Михаэля и гонял до тех пор, пока выигрывал. А потом довольный и счастливый, вздыхая от облегчения и лукаво улыбаясь, говорил мне: «Мама, а мы с Михаэлем всё-таки всех победили!..»