Маменькин сынок + Рита.

Глава 7. Рита. Хуже не куда.

Скверные предчувствия не заставили себя долго ждать. Осенью у бабушки произошёл инсульт, и я осталась совершенно одна.
На похоронах встретилась с родителями, кивнули друг другу, и всё. Они абсолютно посторонние мне люди.

Приятно было увидеть повзрослевшего брата. Он подошёл, обнял меня, так мы и простояли все похороны. Перед отъездом обменялись телефонами. Теперь созваниваемся.
Бабушка перед смертью оформила на меня дарение своей квартиры. Первоначально я решила продать её, доделав в ней ремонт. Бабуля по моему настоянию сделала его везде, но не тронула мою маленькую комнату. После поминок зашла в тихий и уютный уголок моего детства и обратила внимание на сердечко у ковра на стене. Вспомнила, это я его в семь лет нарисовала на обоях. Сердечко и надпись: «Я❤ тебя бабулечка.»
Только сейчас в полной мере я ощутила свою невосполнимую утрату и заплакала. Ушёл последний человек связывающий меня с чувством покоя и веры в безоблачное будущее. Будет ли оно у меня?
Я вернулась в Москву с предчувствием грядущих неприятностей.
Лёгкие деньги рано или поздно привлекают к себе беду.
Буквально через месяц наш дом подожгли, хорошо, что вовремя проснулись, а то бы сгорели все вместе. Машину мужа тоже подожгли. На бизнес наехали так, что еле спасли кое-какие активы.
Муж присмирел и действительно занялся делом. Я тоже, как оказалось, не зря училась, поэтому стала активно помогать ему разбираться с проблемами. И когда мы фактически выкарабкались, пришла иная беда.
На машине ехала в банк, когда меня подрезали, я перепугалась и резко вывернула руль, машину занесло, и я влетела под грузовик. Подушки безопасности не сработали.
Как потом сказали мужу врачи: Это чудо, что ваша жена осталась жива.
Тогда придя в себя в реанимации и поняв, что со мной произошло. Я реально пожалела, что выжила.

Муж с мамой и до этого давали мне понять, что я иждивенка и бездельница.

-Тебя кормят, терпи и помалкивай! - как однажды крикнула мне свекровь. Хотя на мне держится всё хозяйство, ребёнок и часть бухгалтерии от бизнеса мужа — этого никто и не учитывает.

Сколько стоит няня, уборщица, кухарка, и бухгалтер? Но никто этого не ценит. Зачем? Также им удобнее. А я себя разрушаю, потому что не ценю сама себя.
И вот сейчас, когда я фактически уже могла обойтись без опостылевшей мне семейки, я снова беспомощна и зависима.
Меня после аварии отвезли в Склифосовского еле живую, в медосвидетельствовании были зафиксированы множественные телесные повреждения:
Закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного и спинного мозга, травма позвоночника, закрытые переломы левой ключицы, правой лопатки, 6, 7 рёбер, множественные переломы нижних конечностей и правой руки, перелом бёдер, вывихи , разрывы связок, ушиблено — рваные раны рук и ног; множественные кровоподтёки и ссадины по всему телу. Травматический шок второй степени. Всё было оценено как тяжёлый вред здоровью. Из всего тела более-менее шевелилась только левая рука. Я вся в гипсе.

Сейчас, когда я пришла в себя, меня уничтожает не только боль физическая, но и душевная.
Я не надеюсь на Славу, скоро скинет меня сиделкам и забудет. Уже было не страшно. Я смирилась. Меня молодую и здоровую не особо ценили, что уж в данный момент, подавно со щитов сбросят. Баба с возу кобыле легче.

Дочку жалко маленькая ещё. С кем она останется? Надо попросить телефон и написать Вере Евгеньевне, это мой единственный близкий человек.
Сейчас вдруг вспомнилось, как ухаживал за мной Александр. При моей депрессии и хандре, мыслях о суициде, я вспоминаю красивые и удивительные моменты, когда за мной ухаживали и я была принцессой и как будто стало легче. Я даже попросила зеркало, медсестра стушевалась, но дала. Глядя на себя в зеркало, помянула слова бабушки о старости: Только в детстве можно быть лысой, беззубой и при этом оставаться красавицей. Так оно и есть.
Как же я дошла до такой жизни, что около меня нет человека, на которого я могу понадеяться. Вспоминаю отношение Славы к грудной дочери, как его коробило, если я просила подмыть и поменять ей памперс. До рвоты дело доходило. Припоминая, какой он брезгливый чистоплюй, мне ещё хуже становится. Дела мои швах, без его помощи мне не выкарабкаться. А ждать от него поддержки утопия. Если он сейчас пока помогает, это ничего не значит. Постоянно в голове сидит вопрос: Когда он окончательно забьёт на моё существование, что я буду делать?
Но проходит неделя-другая, месяц, а муж всё ходит, переживает, помогает, поддерживает. Внимательный, терпеливый, обходительный и это всё мне с завистью сообщает медперсонал о Владиславе. Мужа словно подменили, или ему что-то от меня нужно? Я не тороплюсь проникаться к нему доверием. Но даже мой скептицизм даёт трещину.
Слава изменился, он постоянно рядом обтирает, меняет памперсы, где гипс натирал до крови, всё обработал с нежностью и терпением, что я ранее и не видела. Я не могу лежа сходить в туалет, и он меня держит, чтобы могла элементарно опорожниться. Такого я даже представить себе не могла.
Зато свекровь не удивила, как была стерва такой и осталась.
Так, видимо, желала увидеть меня изувеченной, что не поленилась, пришла.
Она окинула меня безразличным взором и сказала: Когда увидела тебя в первый раз, полагала и недели не протянешь, а нынче вижу, выкарабкаешься? А зачем, кому ты нужна? Что ж вы такие живучие? Мой муженёк и ты балласт. На какой ляд вы цепляетесь как клещи за эту жизнь? Вы же как дамоклов меч над нами с Владом. Умерла бы, и всё. Зачем ты борешься? На кого ты надеешься? Родители бросили, бабка умерла, тебя даже некому забрать из больницы?
Дочка, маленькая, ей самой уход нужен. Да, я не особо о ней радею. Не люблю я девок, никогда не жаждала девочку. Хотела родить исключительно сына. Может, ты на Славу надеешься? Так это он пока так заботится. Построит из себя заботливого мужа, а позже ему это приестся. Он разведётся с тобой и жениться на здоровой. Возможно, и дочка как-нибудь в новой семье приживётся. Будь добра, освободи всех. Не цепляйся ты за эту жизнь, ты для всех обуза. Взглянула на меня с презрением и ушла.
А я лежу, а сил заплакать уже нет. Думаю: Да, бесспорно, понадеяться на сто процентов мне не на кого. Но радость этой стерве я не доставлю и не умру. Я ещё встану, возьму дочку и уеду в Котельнич. Москва не единственное место, где люди живут.
Вечером пришёл муж, и я не стала жаловаться на свекровь и портить вечер. Буду пользоваться ныне им, пока он из себя доктора Айболита строит и выздоравливать.