Мамы идут в десант

В кабинете

—Я не знаю, что ещё делать! Нора избегает меня, я могу к ней прикоснуться только на наших совместных вылазках, которые стали редкими и короткими. Она словно прячется от меня, и я не понимаю, что происходит.

Зарн, мой брат и соратник, растрепал себе волосы и вздохнул. Его глаза, обычно полные решимости и уверенности, теперь были полны беспокойства и тревоги. Лёгкая дрожь пробежала по его телу, и он нервно потёр шею, словно пытаясь избавиться от неприятного ощущения.

Его взгляд метался по кабинету. Я чувствовал, как напряжён воздух вокруг нас, и понимал, что этот момент не пройдёт незамеченным.

— Я думаю, тебе надо с ней поговорить и всё честно рассказать, — сказал он, глядя мне в глаза.

— Как? Вот как? Ника, ты моя предначертанная, единственная "Алия". Моё второе сердце забилось только для тебя, и будет биться только рядом с тобой. Но... Ты должна довериться мне и пройти со мной обряд. Мы предотвратили несколько нападений на вас, ваши способности несут в себе огромную силу, за вами начали охоту, чтобы использовать и выкинуть в космос.???

Я пытался подобрать слова, чтобы не напугать её. Сердце колотилось в груди, мысли путались, а руки дрожали. Я знал, что Ника была моей жизнью, и я не мог потерять её. Её глаза светились теплом и нежностью, но в них я видел тень беспокойства. Я чувствовал, как время ускользает сквозь пальцы, и понимал, что должен действовать быстро, но осторожно.

Зарн кивнул, его лицо оставалось серьёзным. В его глазах читалась решимость и понимание, но я видел, что он тоже волнуется. Мы стояли в тишине кабинета, окружённые тенями, и я чувствовал, как напряжение нарастает. Я знал, что это был момент истины, и что от моих слов и действий зависело всё.

Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить своё сердце.

— Да, Тран, я тебя прекрасно понимаю. Сам не знаю, как рассказать всё Нике.

Я вздохнул и посмотрел на него.

— Ну, у вас хотя бы уже помолвка спланирована. Ах да, надо ещё усилить охрану детей. Сара и Дэн очень активные и любопытные, а Эрик совсем ещё маленький.

— Это да, — согласился Зарн. — Хорошо, что наши девочки подвески не снимают. Хоть воздействовать, на них не смогут.

Мы начали обсуждать документы и охрану, но я всё время возвращался мыслями к Норе. Её отсутствие вызывало беспокойство. Что-то было не так, и я чувствовал это каждой клеточкой своего тела. Сердце билось быстрее, а мысли путались.

В кабинет вошла Завия, Императрица, мать Трана и Зарна. Её величественная фигура заполнила пространство. Она двигалась с грацией хищницы, несмотря на годы, проведённые на троне. Её глаза сверкали, отражая свет ламп, а на лице играла загадочная улыбка.

Завия была не только правительницей, но и мудрой женщиной, чьи решения всегда были взвешенными. Она обладала острым умом и интуицией, которые позволяли ей видеть то, что ускользало от других. Её присутствие придавало уверенности, но в то же время вызывало ощущение неизбежности.

— Что мои мальчики делают? — спросила она, бесцеремонно садясь на стол.

Мы с Зарном хором воскликнули:

— Мама!

Завия махнула рукой, её взгляд был строгим, но в то же время добрым.

— Ай, — сказала она. — Вот вы будущие правители, вам и надо следить за своим статусом, а мне бы уже спокойно внуков воспитывать.

Она протянула нам свиток, на котором был начертан герб империи.

— У меня для вас есть важное задание, — сказала она, её голос звучал уверенно, но с ноткой тревоги. — Нужно срочно съездить с инспекцией на поля водорослей. Там обнаружили вредителя, который может уничтожить весь урожай. Разберитесь в ситуации, выясните, что это за враг, и как его победить. Надеюсь, недели вам хватит, чтобы справиться с задачей.

Завия встала, её движения были плавными, но решительными. Она поправила свой плащ, на котором блестели металлические пряжки, и подошла к двери. Её шаги эхом разнеслись по комнате, а за её спиной осталась тишина, нарушаемая лишь шелестом пергамента.

Сегодня она была необычайно оживлённой и весёлой, словно внутри неё горел невидимый огонь. Её смех звучал заразительно, а движения были полны энергии и грации. Но за этой яркой оболочкой скрывалась настоящая сила — женщина, чьи глаза светились мудростью, а сердце всегда было готово согреть и поддержать своих детей. Её доброта и забота проявлялись в каждом жесте и слове, создавая вокруг неё атмосферу уюта и безопасности.

— Мама, ты серьёзно? — воскликнул Зарн, пытаясь скрыть раздражение. — В такой момент, когда я пытаюсь разобраться в личной жизни , ты отправляешь нас на поля водорослей?

Завия обернулась, и её глаза, словно два острых лезвия, сверкнули холодным, решительным блеском. Её голос звучал твёрдо, но с ноткой раздражения, будто она уже знала ответ, но всё равно хотела услышать его от собеседника. Она скрестила руки на груди, демонстрируя свою готовность к спору.

— А что, по-твоему, важнее? — спросила она, её голос дрожал от напряжения. — Личные драмы или защита империи? — Её слова прозвучали как вызов, как упрёк, и она слегка наклонила голову, словно ожидая, что собеседник ответит ей взглядом.

— Или, может быть, ты думаешь, что кто-то ещё, кроме вас двоих, может решить эту проблему? — продолжила она, её голос стал чуть тише, но не менее язвительным. — Ты правда веришь, что мир может подождать, пока вы разберётесь со своими ссорами и недомолвками?

Она смотрела на него с вызовом, её взгляд был полон разочарования. В её глазах читалось отчаяние, смешанное с гневом, и она не скрывала своих эмоций. Завия была готова к тому, что её слова могут ранить, но она также знала, что должна высказать всё, что накипело на душе.

Зарн закатил глаза, но промолчал. Тран вздохнул и посмотрел на свиток в руках.

— Ладно, мама. Если ты так считаешь, мы поедем. Но сначала я всё же поговорю с Норой.

— Конечно, поговори, — кивнула Завия, не скрывая сарказма. — Только не забудь, что после этого у тебя есть ещё одно важное дело.

Она развернулась и грациозно вышла из кабинета, оставляя за собой шлейф из изысканного аромата духов и ауры уверенности. Её походка была твёрдой, но плавной, словно она ступала по тонкому льду, не теряя равновесия. Зарн, наблюдавший за её уходом, задумчиво покачал головой, не в силах скрыть восхищение её хладнокровием и самообладанием. Тран, сидевший напротив, заметил его реакцию и не смог удержаться от лёгкой, почти незаметной улыбки. В его глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение, хотя он не сказал ни слова. Зарн, почувствовав на себе его взгляд, нахмурился, но ничего не ответил, погрузившись в свои мысли.