Маньяк поневоле

Маньяк поневоле

Предательская любовь

Темнеющее небо над городом давило на крыши домов, как грязное одеяло, пропитанное запахом гниющей листвы и бензина. Колесо обозрения за окном медленно вращалось, его огни отбрасывали дрожащие тени на стены комнаты, где воздух был густой от пыли и застоявшегося табачного дыма. Экран телевизора мерцал синевой. Ведущий новостей, с лицом, натянутым в профессиональную маску сочувствия, вещал о третьей пропавшей девушке.

— «По предварительным данным, похищение произошло между двумя и четырьмя часами ночи.

Соседи утверждают, что ничего подозрительного не слышали. На месте работает опер группа...».

Мужская рука с чёрными ногтями сжала пульт. Телевизор выключился.

— Что тут делают журналисты?! — женский голос, резкий, как лезвие. Сержант обернулся на голос, это оказалась девушка 30 лет, с лицом, иссёкшимся от постоянного недосыпа, и глазами, которые уже давно потеряли способность удивляться.

— Уберите всех отсюда, — скомандовала она. — Пусть не топчут следы.

Сержант кивнул и побежал разгонять журналистов стоящих возле частного дома похищенной девушки.

— А вы кто такая? — раздался голос сзади. Грубый, мужской, с ноткой раздражения.

Девушка обернулась. Перед ней стоял майор Валентин Лебедев — седые виски, мешки под глазами, руки, сложенные на груди, как бронежилет. Она узнала его по фотографии из какого то дела. «Задрот с комплексом наполеона, — подумала она».

— Лера Зарубина, старший следователь по особо важным, направлены к вам из столицы для поимки серийного убийцы.

— С чего вы решили, что это серийный убийца? — спросил он. Его тон был насмешливым, как будто он уже решил, что она — самонадеянная москвичка, которая приехала учить их, провинциальных, уму-разуму.

Она знала, что такие, как он, не любят, когда им указывают на очевидное, но все же сообщила свои мысли.

— Три девушки за месяц. Все живут одни, на окраине. Из домов похищенных ничего не украдено. Никаких требований о выкупе. Никаких звонков родственникам. — Она сделала паузу, давая ему возможность соединить факты. — Вы думаете, что это совпадение?

Лебедев фыркнул, почесав подбородок, покрытый трёхдневной щетиной.

— Может, они сговорились? Уехали отдыхать, а нам тут голову морочат.

— Без денег? Без вещей? — Лера подняла бровь.

— Может, ушли в секту, — упрямо сказал майор.

Лера вздохнула. Она приехала не для того чтобы спорить с упрямым провинциальным ментом.

— Ладно, — сказала она. — Давайте посмотрим что у нас есть.

Комната пропавшей девушки Алины пахла дешёвым парфюмом и типичным для старого дома запахом дерева. Лера вошла, оглядывая пространство. Жилище девушки обставленно скудно: диван с потёртой оббивкой, стол у окна, заваленный учебниками по психологии, кухонный уголок с микроволновкой, на которой лежал подсохший тост. На полу размазанные следы крови, валялись ошмётки разбитого стекла входной двери, нападавший выбил стекло и открыл дверь.

Криминалисты в белых комбинезонах склонились над полом, фотографируя следы. Один из них, высокий парень с очками в чёрной оправе, поднял голову, увидев Леру.

— Что удалось установить? — спросила она, подходя ближе.

— Группа крови на полу совпадает с группой похищенной, — ответил он, не отрывая взгляда от лупы. — Ещё есть отпечатки пальцев на бутылке шампанского. Лежала в мусорном ведре.

— А на осколках стекла? — Лера присела на корточки, рассматривая разбросанные по полу кусочки.

— Нет. Чисто, — сказал криминалист.

Лера обошла комнату, внимательно осматривая каждую деталь. В ванной — одна зубная щётка, полупустой тюбик пасты, полотенце, аккуратно повешенное на крючок. В шкафу — женская одежда, ничего мужского. В холодильнике — пакет с молоком, открытая банка огурцов, кусок сыра в целлофане. На столе — зарядка от ноутбука. Но его уже забрали.

— Ноутбук или телефон был в доме? — уточнила она.

— Да, уже в IT-отделе — ответил криминалист.

Лера вышла во двор. Воздух был прохладным, пахло опавшей листвой. Она пошла вдоль забора, внимательно разглядывая траву. Что-то блеснуло между стеблями — деревянная дощечка. Лера нагнулась, подцепила её пальцами и перевернула.

На обратной стороне торчал гвоздь. А на его острие — крошечное тёмное пятнышко. Кровь.

— Криминалист! — позвала она, не отводя глаз от находки. — Сюда. Нужно сделать ДНК-тест с этого гвоздя.

Улица перед домом упиралась в лес — густой, тёмный, с деревьями, стволы которых покрывал мох. Лера пересекла дорогу и вошла между стволов, осторожно ступая по земле.

Через два метра она остановилась. Между корнями, там, где трава была примята, она заметила несколько окурков. Не свежие, но и не старые — бумага пожелтела, но не размокла.

Она достала из кармана чистый пластиковый пакет, отломила две веточки и аккуратно, словно пинцетом, подцепила окурки, складывая их в пакет. Затем передала его подбежавшему криминалисту:

— Отдайте на экспертизу.

— А видео с камер? — спросила она, возвращаясь к дому.

— Уже в отделе, — ответил сержант.

Калитка у соседнего дома была не заперта. Лера толкнула её, и та со скрипом открылась. Во дворе стояли две женщины — одна полная, в халате и бигуди, другая худая, с сигаретой в зубах. Они замолчали, увидев Леру, и уставились на неё с неприязненным любопытством.

— Здравствуйте, — сказала Лера, демонстрируя удостоверение. — Я старший следователь Зарубина. Вы не видели ничего странного вчера вечером? Не слышали криков, шума?

Полная женщина покачала головой:

— Нет-нет, ничего такого. Тихо всё было.

— А Алина… чем занималась? — Лера перевела взгляд на худую. Та выпустила дым через нос, прищурившись.

— Студентка она. Живёт одна, гулянок не устраивает. — Женщина сделала паузу, как будто раздумывая, стоит ли говорить дальше. — Вот только у неё два ухажёра были.

— Два? — Лера нахмурилась.

— Ну да. — Соседка кивнула. — Особым образом не всматривалась, но машины разные подъезжали. Одна — чёрная, другая — серебристая. Стояли подолгу. Иногда окна запотевали, если понимаете, о чём я.