Манящие тайны звезд

Глава 2

Если бы мне в тот вечер, когда мы с Марком поругались на счет поступления, сказали, что я буду скучать по лекциям по квантовой навигации, я бы рассмеялась в лицо этому предсказателю. Но вот уже последний день в стенах Академии, а у меня в горле комок.

Хотя, возможно, это от гордости и радостного предвкушения будущего.

Мы поступили в Высшую Планетарную Академию Киатанау.

Оба.

И если я шла сюда как на праздник, то Марк – как на каторгу.

Сначала он ходил по этим блестящим коридорам, словно призрак, отбрасывающий слишком уж бледную тень. Он сдавал все экзамены на «отлично», конечно же. Потому что Марк не умеет иначе. Но я-то видела, как он оживает, когда все остальные уже валятся с ног. Как он сидит ночью в общей гостиной общежития и решает какие-то сумасшедшие задачи из архива фундаментальной физики – не для зачета, а для себя. Как будто его мозг, пережевав скучную обязательную пищу, наконец-то получает свой изысканный десерт.

Я же глотала знания с жадностью, о которой сама не подозревала.

Да, мне было тяжело. Сидеть над теорией – совсем не мое. Но когда дело доходило до практики, до симуляторов… О великие звездные пути, это был чистейший кайф! Я чувствовала корабль кончиками пальцев, даже если это был всего лишь тренажер. Инструктора хмурились на мои «нестандартные маневры», но сквозь зубы признавали:

– Результат есть, Елизавета. Но в следующий раз просчитай риски, черт возьми!

Риски. А вот с ними у нас как раз вышло пару забавных историй.

Как-то раз, то был конец первого курса, мне было совсем уж скучно на лекции по инженерии. И я решила, что практика – лучший учитель. Пробралась в учебный док к старому списанному челноку.

В голову взбрела идея перезапустить генератор кислорода по памяти. Все шло хорошо, пока я не перепутала патрубки и не затопила половину отсека дистиллированной водой с примесью питательной взвеси для гидропоники. Паника было начала просачиваться, мешая хоть что-то сообразить, как из коммуникатора вдруг раздался знакомый спокойный голос:

– Лиз, отключи синий клапан под консолью. Нет, не зеленый. Синий. И приготовься бежать.

Оказалось, Марк, видя мое отсутствие на лекции, сразу проверил трекер моего планшета и следил за ситуацией через камеры. Он же вызвал аварийную команду, но успел мне сообщить краткие инструкции, чтобы я хотя бы частично нивелировала ущерб.

Отделалась месяцем отработки в том же доке. Зато генератор я теперь знаю, как свои пять пальцев.

А уже под конец обучения, под Новый год на четвертом курсе, на семинаре по психологии мы разбирали модели поведения высших хищников. Преподаватель показывал голограмму и говорил о важности соблюдения дистанции. А я, увлекшись, решила рассмотреть узоры на виртуальной коже забавного трехметрового монстрика поближе. Ну и заступила за ограничительную линию платформы.

Система безопасности среагировала на «несанкционированное приближение к инопланетному объекту» и включила учебную сирену, а из потолка выдвинулись огнетушители. Весь зал прыснул со смеху. Марк же, сидевший в задних рядах, просто поднял руку и громко, четко сказал:

– Профессор, у моей сестры сенсорный датчик планшета заглючил. Она случайно активировала учебный сценарий «нарушение протокола». Извините.

Преподаватель, смерив меня взглядом, поверил. Поверил идеальной репутации моего брата.

Мне потом пришлось неделю отрабатывать ему в помощниках, таская из архива пыльные бумажные книги. Вот почему это старье до сих пор не оцифровали?

После каждого такого случая я подходила к нему и говорила:

– Марки, ну пожалуйста, переведись на физический. Тебе же тут не нравится!

Он в ответ только качал головой, и в его глазах читалась та самая старая, знакомая упрямая забота.

– Кто же будет закрывать за тобой шлюзовые двери, бесенок? – с ласковой улыбкой ерошил он мои волосы.

И так бы мы и продолжались в этом дуэте – я, несущаяся вперед, и он, подставляющий руки, – если бы не Ширраен.

Мы встретились с рамерианкой на симуляторе группового полета. Мне досталась роль пилота, ей – штурмана.

Ширраен была милой пухленькой представительницей своей расы. Огромные карие глаза на пол лица, нос пуговкой, большие уши, покрытое теплого шоколадного оттенка чешуей тело. У нее был аналитический склад ума, очень спокойный характер, как и у всех рамерианцев, и музыкальный голос, который умел утихомирить даже мою бурю.

С первой же миссии мы поняли, что идеально сработаемся. Я – импульс, интуиция, риск. Она – расчет, холодный ум, предвидение. Она была… женской версией Марка. Но с одним ключевым отличием – она хотела быть здесь. Она горела звездами так же, как я, просто ее пламя было ровным и постоянным, а не ослепительной вспышкой.

С Марком они, ожидаемо, нашли общий язык моментально. Два гения, говорящих на одном языке чисел и фактов. Иногда я ловила себя на мысли, что они смотрят на меня с одинаковым выражением – смесью восхищения, ужаса и непобедимой нежности.

Я обзавелась не просто подругой, а вторым якорем. Только этот якорь не удерживал меня на месте, а позволял не сбиться с курса на самой бешеной скорости.