Марат 3. Месть и любовь

Глава 1. Чёрная метка

Глава 1. Чёрная метка

Андрей Сергеевич Соколов сидел в рабочем кабинете и под его глазами залегли синие тени от недосыпа. В кастомной пепельнице громоздились горы окурков. Бизнесмен уже в сотый раз вглядывался на разложенные перед ним фотографии. Кристина. Его дочь была на всех снимках. На выпускном, в клубе, на фото с камеры наблюдения, которая зафиксировала её в вечер пропажи. Живая, красивая с каштановой гривой волос, которую он просил не отстригать.

За всю неделю, ни одного звонка от похитителя. Ни одной зацепки. Бывшая жена уже летит из Испании и Андрей ждал, что она с порога начнёт кричать, обвинять, напоминать ему о прошлом. И несчастному отцу становилось тошно, об одной только мысли, он беспомощен.

В дверь постучали. Андрей вздрогнул, его нервы натянулись до предела.

— Войдите, — резко бросил Соколов.

Порог переступил начальник службы безопасности — седой, крепкий, в идеально сидящем чёрном костюме. Но глаза у него были виноватые. Соколов ненавидел это в людях больше всего.

— Андрей Сергеевич, наконец нашли Даниила.

Соколов поднял голову от снимков на столе.

— Докладывай.

— Данила Колюжный, светловолосый, серые глаза, двадцать три года. Ошивается по клубам. Из богатой семьи, но без важных связей. Несколько дней назад его искали наши люди, но он поспешно уехал из Москвы. Сегодня вернулся. Гриша немедленно выехал за ним.

— Пусть доставит его живым, — коротко приказал Соколов. — Я хочу выбить из него всё, что он знает.

— Гриша сделает по высшему разряду, он понимает серьёзность ситуации.

Начальник вышел. Андрей Сергеевич откинулся на спинку кресла, и протяжно выдохнул.

«Даниил, — повторил он мысленно. — Тот, кто приставал к моей дочери в клубе. Если он хоть что-то знает...»

Он не продолжил свою мысль. Знал, что если этот парень причастен к исчезновению Кристины, он убьёт его.

Гриша привёз Даниила через два часа.

Телохранитель был мрачнее тучи, на кулаках кровь, воротник рубашки смят. Даня сидел на заднем сиденье, пристёгнутый ремнём, с разбитым лицом, заплывшим глазом и поджатыми губами. В кабинет Соколова его ввели под руки двое крепких парней. Гриша шёл сзади, как скала.

— Сядь, — Соколов указал на стул напротив своего стола.

Даниил сел. Он дрожал и не смотрел в глаза бизнесмену. Его здоровый глаз отстранённо глядел в сторону, на стену, где висела картина с охотничьей собакой.

— Я ничего не знаю, — выпалил он первым.

— Я пока ничего не спрашивал, — процедил Соколов. — Гриша, закрой дверь.

Гриша закрыл. Остался стоять у двери, сложив руки на груди. Гора мышц и спокойной угрозы.

Соколов медленно обошёл стол, подошёл к Даниилу вплотную. Встал так, что тот вынужден был поднять голову.

— Где моя дочь?

— Я не...

Андрей Сергеевич схватил его за грудки — резко, рывком, приподнял над стулом. Даниил захрипел, вцепился в его руки.

— Я спрашиваю ещё раз. Где. Моя. Дочь.

— Я не знаю! — выкрикнул Даниил. — Честно, не знаю! Я её не и пальцем трогал!

— А кто трогал?

— Никто! В тот вечер мы… мы хотели… — он запнулся.

— Что вы хотели? — голос Соколова стал тихим, почти ядовитым. От этого становилось ещё страшнее.

— Мы... ну, трое нас было. Мы хотели её просто попугать. За ту драку в клубе. Она меня унизила, её этот шкаф выкинул… Мы караулили её в вашем районе. Дождались, когда она выйдет. Пошли за ней. В переулке мы её... схватили. Но мы не успели ничего.

Соколов впитывал его слова, как губка, не перебивая. Лицо каменело с каждой секундой.

— А потом?

— Потом подошёл не русский мужик на чёрном «Мерседесе». Выскочил, разогнал нас. Побил меня и моих ребят. Она с ним уехала, я сам видел.

— Как он выглядел?

— Высокий. Очень высокий. Широкий. Тёмные волосы, глаза чёрные. Акцент. Чеченец вроде, да я не знаю точно. Сильный гад. Очень сильный — он одного моего друга вырубил с одного удара.

Соколов непроизвольно разжал пальцы. Даниил рухнул обратно на стул, тяжело дыша.

— Чеченец, — медленно повторил Андрей Сергеевич. — Высокий, чёрные глаза. Это её тренер по тхэквондо. Марат Дагаев.

— Я не знаю его имени, — выпалил Даня. — Я правда больше ничего не знаю!

Соколов отошёл к столу, взял телефон, набрал номер. Ждал. Гудки, потом автоответчик.

— Абонент недоступен.

Он набрал снова. То же самое. Телефон Марата не отвечал.

— Гриша, — процедил разъярённый мужчина, не оборачиваясь. — Займись гостем. Чтобы он до утра был здесь и не отсвечивал. Но сильно не калечь — вдруг понадобится. Запри его в переговорной. Я буду знать, где он находиться, если он солгал.