Марфушка-Ватрушка идет в отрыв!

ГЛАВА 3. Марфуша

Дверь поддалась с легким скрипом, впуская меня в атмосферу запущенности и резкого запаха свежей краски. В нос ударил такой концентрированный аромат, что глаза заслезились.

И это “центр красоты”?

Внутри царил хаос. Повсюду сновали рабочие в заляпанных робах, таскали ведра с краской, плинтуса и гипсокартон. Сверху сыпалась штукатурка, а из-за угла доносился грохот отбойного молотка. Никакого ресепшена, никаких стильных диванов, никаких фикусов в кадках и в помине не было. Только запах ремонта и ощущение полной растерянности.

И тут я увидела их, таких же, как я. Шесть женщин, с чемоданами в руках. Они растерянно оглядывались по сторонам. Может, марафон все-таки будет здесь, просто надо получше поискать?

Радостно поспешила к ним.

– Девочки, вы на марафон “Я Богиня!”? Зарегистрировались уже? А где ресепшен?

– Ресепшена нет! – ответила мощная высоченная девица с рыжими волосами до попы. – Регистратура есть! – она указала на большую комнату с табличкой “Регистратура”. – Только там пусто.

– Девочки, что-то тут совсем не то, – сказала я, оглядывая окружающий бардак. – Наверное, ресепшн перенесли подальше от ремонта. Давайте разойдемся, поищем и спишемся. Меня, кстати, Марфа Ватрушкина зовут. А вас как?

– Я Анжела! – представилась верзила. – Записывай мой номер! Я, между прочим, из Санкт-Петербурга! - гордо добавила она.

И так снисходительно посмотрела, как будто Питер, это Париж, не меньше.

Пока мы обменивались номерами, полная брюнетка в ярко-кислотном желтом платье, начала истерить, гремя браслетами на руках с длинными ногтями со стразиками:

– Я последние деньги на этот марафон потратила! У меня кредитка с нулем на счету. Если это обман, я даже домой не доберусь. На вокзале буду бомжевать! А я так хотела нормального мужика закадрить. Вера говорила, что после марафона ко мне мужчины в штабеля складываться будут!

– Да ладно тебе, Эля, – отмахнулась от нее женщина в бабушкиной кофте. – У меня кот любимый остался на соседку. И не бесплатно, а за деньги. Пятьсот рублей в день соседка берет, чтобы только зайти, накормить и лоток убрать. Кот нервный, с характером, но Вера сказала, что ради красоты надо рискнуть. Я Валя.

– Кот – это ерунда! – перебила ее тощая женщина с крашеными хной волосами. – Я сыночку бывшей свекрови отвезла! Она ж ребенку банки ставить будет! А у Сашеньки моего после ее банок вся спина в синяках. Но Вера сказала, что надо подумать и о себе. Зинаида я.

– Главное, чтобы результат был! – заключила прыщавая брюнетка в очках. – Я Люся. Меня Вера убедила, что после марафона прыщи сами отвалятся! И вообще, она сказала, что я стану уверенной в себе и найду высокооплачиваемую работу у олигарха. А там, глядишь, и замуж за него выйду.

– А я… – тихонько сказала молодая востроносая девушка с тяжелым пучком светлых волос на затылке. – Я маме наврала, что в Москву на работу еду, - вдруг зарыдала она. - А если мама узнает, что я тут… Она меня убьет! Но Вера сказала, что я должна вырваться из этого болота. Иначе так и буду жить с тираншей до пенсии. Меня Нюша зовут.

– Вера, Вера, – ворчала я. – Что-то мне эта Вера уже совсем не нравится!

Оглядевшись, я заметила добротную дверь с табличкой “Заведующий” и предложила:

– Может, спросим у него, девочки?

– Может, там хоть вай-фай есть? – надеялась Люся.

Анжела решительно подошла к двери и толкнула ее.

Мы на цыпочках вошли внутрь.

Кабинет заведующего выглядел совсем иначе, чем все остальное здание. Свежеокрашенные стены, современная мебель, явно недавно закупленная, большой стол и удобное кресло. Мы радостно плюхнулись на мягкие диваны, и, покраснев, уставились на цветные плакаты, развешанные на стенах.

“Узнай свой ВИЧ-статус – это просто!” - гласил плакат с улыбающейся красавицей, указывающей на лабораторию.

Извилистая, запутанная схема передачи сифилиса, на которой, казалось, можно сломать мозг.

Плакат “ЗППП - болезни века!” отпугивал больше всех. Список этих болезней был так велик, что захотелось бежать отсюда без оглядки и немедленно дать обет безбрачия до конца жизни.

- Страсти-то какие! - вздохнула Зинаида.

- Ой, мамочка, как страшно! - заплакала Нюша.

Вдруг дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился ОН.

Молодой, красивый, в джинсах и футболке-поло. На фоне обшарпанности и запаха краски, он выглядел как инопланетянин, случайно выпавший из НЛО.

Он с недоумением уставился на нашу разношерстную компанию и его взгляд тут же выцепил меня из толпы девушек. Мужчина смотрел на меня, кажется, даже не моргая. И взгляд этот… какой-то плотоядный. Будто я – огромная свежая ватрушка, а он – голодный волк, прикидывающий, с какого бока начать поедать вожделенное лакомство.

Решила, что этот красавчик и есть организатор марафона, и вся моя ярость, вся моя обида выплеснулась наружу.

– Это вы?! – подлетела к нему, тыча пальцем в грудь. – Вы – организатор этого бардака?! Как вам не стыдно?! Вы обманули столько женщин! Выманили у нас последние деньги! Мы вам поверили! А вы…

Он недоуменно моргал, явно не понимая, что происходит. Его взгляд скользил по моей фигуре, задерживаясь на груди.

– Простите, – растерянно произнес он. – Я не понимаю, о чем вы.

– Как это не понимаете?! – взвизгнула я. – Мы приехали на марафон “Я богиня”! Вы обещали нам рай, а привезли в этот… этот диспансер! Вы обещали сделать нас богинями, а сами пугаете плакатами с сифилисом.

Он внимательно посмотрел на меня, потом на Валю, с заплаканным лицом, на Люсю, прячущуюся за очками, на Элю, теребящую браслеты, на Зинаиду, уставшую и поникшую, потом на каланчу Анжелу, сверлящую его взглядом, на Нюшу, нервно грызущую ногти, и, казалось, что-то сообразил. В его глазах появился какой-то странный, изучающий блеск. Он снова посмотрел на меня, словно оценивая.

– А-а… – медленно протянул он. – Марафон… “Я богиня”… Хм… – Он задумался на секунду, а потом, словно приняв какое-то решение, сказал: – Ну, здравствуйте. Я Матвей Александрович Соколов, заведующий этим, – он обвел рукой кабинет, – эм, этим оздоровительным мероприятием. Просто у нас тут..., мы немного обновили интерьер. Ремонт, понимаете ли.