Марфушка-Ватрушка идет в отрыв!

ГЛАВА 12. Марфуша

Утро началось с ужасной каши из мультиварки. Зинаида, вдохновленная лекциями Виктора, решила проявить себя в кулинарии, и сварила нечто серое и безвкусное на воде, без сахара и масла. Даже щепотки соли и корицы не спасли эту баланду.

- Кушайте, девочки, - гостеприимно предложила Зинаида. - Правда, сыночке своему я варила сладкую кашу на молоке, сахар добавляла от души и орешками рублеными посыпала. Но нам сахар нельзя!

С грустью посмотрела на серое склизкое варево и затосковала по завтракам на своей уютной кухне. Горячие свежеиспеченные ватрушки, крепкий чай, как же хорошо было! Даже постоянные склоки с Вадиком, жующим овсяноблин, не мешали. В животе заурчало от голода.

- Зинаида, - недовольно сказала Анжела, отставляя тарелку, - готовь нормальную кашу, а не эту тюрю. Вы как хотите, а я пойду в ближайшую кофейню, позавтракаю нормально.

- А убирать кто будет? - Вскинулась обиженная Зинаида. - Кто вынесет мусор и помоет посуду?

- Уж точно не я! - высокомерно заявила Анжела. - Я заплатила конскую сумму за марафон и не собираюсь работать посудомойкой.

- Тараканы придут! - припугнула Зинаида. - Как заползут ночью в ухо!

- Ой. боюсь тараканов! В шапке буду спать! - зарыдала Нюша. - Давайте я все уберу!

- Ну уж нет! - остановила ее Эля. - Жребий будем тянуть. Зинка, давай свой блокнот.

Эля выдрала из Зинаидиного блокнота листок в клетку, разорвала его на шесть кусочков, на одном нарисовала “фигу”, свернула в шарики, бросила в чистую тарелку и перемешала.

- Тяните! - приказала Эля. - Кто вытащит “кукиш”, тот и дежурит на кухне.

"Кукиш" достался Анжеле.

- Закон кармы! -хихикнула Люся. - Анжелочка моет посуду и выносит мусор.

Анжела возмутилась:

- Я должна копаться в мусорном ведре и отмывать чужие тарелки? Если бы я знала, что здесь придется работать уборщицей, то ни за что бы не поехала! Я - женщина-праздник, созданная, чтобы стать чьей-нибудь музой, а не выносить объедки!

В этот момент на кухню вошел Матвей Александрович и свара мгновенно прекратилась. Все девушки тут же приосанились и втянули животы. Даже я, тоже попыталась прижать живот к ребрам, но получилось плохо.

Матвей Александрович лучезарно улыбался. Его обаяние сбивало с ног, накатывало как разрушительное цунами, оставляя после себя осколки девичьих сердец.

Наверное, Матвей Александрович и есть главное оружие марафона. Рядом с таким наставником хотелось выглядеть красиво, даже если для этого надо голодать.

- Доброе утро, девушки! - бодро сказал он. - Надеюсь, вы готовы к новым свершениям! Переодевайтесь в купальники, я жду вас в процедурной… то есть, в измерительной комнате! Нужно сделать замеры ваших прекрасных тел, чтобы отслеживать прогресс. Не стесняйтесь, я видел всякое. Не только раздетых женщин, но даже горелых!

***

Накинув на купальники халаты, мы боязливо жались к стеночке. Страшновато показывать свои несовершенные тушки такому красавчику.

Но ведь мы не первые у него на марафоне. Но он сам сказал, что видел всякое.

Первой пошла Нюша, потом Люся, за ними Эля. Все выходили довольные и смущенно улыбались.

- У меня все хорошо! - радостно воскликнула Эля. - Матвей Александрович сказал, что я похожа на Мэрайя Кэри. Кто это?

- Мэрайя Кэри певица, чучундра! - презрительно процедила Анжела. - Только она красивая, а ты - нет! Польстил тебе Матвей Александрович.

- Сама чучундра! - обиделась Эля. - А тебе он скажет, что ты кура суповая!

Анжела вышла через пять минут

- Я Сара Коннор! - победоносно объявила она. - Понятно вам, селянки?

Когда подошла моя очередь, сердце у меня предательски забилось. В голове мелькали разные мысли: “А вдруг я совсем не похудела?” “А вдруг Матвей увидит все мои недостатки?”

Решила: “Буду брать своими достоинствами!”

Выпятила грудь и смело зашла в измерительную комнату.

Матвей стоял у стола с сантиметром на шее. Увидев меня, он улыбнулся:

- Не волнуйся! Это всего лишь формальность.

Кивнула, стараясь скрыть волнение. Скинула халатик и выпрямилась.

Его пальцы, прохладные и нежные, касались моей талии, бедер, груди. Он трогал меня словно дорогую вазу, очень аккуратно и бережно, а в глазах его читалось искреннее восхищение. И желание…?

От этого взгляда у меня мурашки побежали по коже, сладко заныло внизу живота.

- Прекрасна, - прошептал Матвей, - я не ошибся. Марфа, ты восхитительна! Ты Венера, само воплощение красоты и женственности.

Венера ведь не только планета, но и богиня? Получается я уже достигла цели? Стала богиней! Можно уезжать, но почему-то не хочется.

Матвей Александрович нагло погладил мое бедро.

Взвизгнула:

- Что вы делаете? - оттолкнула мужскую руку и поспешно накинула халатик.

Ишь чего придумал, лапать марафонку под прикрытием измерений тела! Но мне было так приятно, чего уж там. И не только приятно, а жарко и волнительно.

- Все, - невозмутимо сказал Матвей, - процедура замеров окончена. - Можешь идти!

Смущенная и довольная я выскользнула из комнаты.

- Ну и как тебя Матвей назвал? - жадной полюбопытствовала Эля.

Гордо объявила, стараясь не выдать волнения,:

- Я Венера!

- Еще бы! - противно захихикала Анжела. - Венеры - его специальность!

- Ах, ты…! - протянула руку, чтобы вцепиться в Анжелины патлы, но пришел Карен, наш тренер и разнял нас.

- Девочки, не ссорьтесь! Богини, как спалось? - поинтересовался Карен. - Мышцы, не болят?

- Ой, болят! - закапризничала Эля. - И здесь болит, и там болит, и вообще все болит!

Карен с готовностью начал ощупывать Элю, проверяя, где именно у нее болит.

Эти наставники, похоже, ищут любой повод, чтобы к нам прикоснуться. Только и знают, как марафонок щупать!

- Так и должно быть, молочная кислота в мышцах образуется, - пояснил Карен. - Сейчас разомнем! Бегом переодеваться в форму!

***

Так как ковриков в нашем отеле не было, решили опять делать упражнения стоя.