Маргаритки для бездарной наследницы

Глава 12. Часть 1

Когда за мэтрессой Ольеной закрылась дверь, в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь уютным потрескиванием дров в камине. Я полежала еще немного, прислушиваясь к себе. Удивительно, но вчерашняя тяжесть в груди и лихорадочный озноб бесследно исчезли. В самом деле какая-то магия.

Откинув тяжелое одеяло, села и осторожно опустила ноги на ковер. Голова не закружилась, и я, осмелев, подошла к высокому окну. Как только поняла, что чувствую себя сносно, сразу стало любопытно, куда я попала.

Шато-де-Шойен, значит.

Впечатления от вида из окна были странные. Сначала мне показалось, что на каком-то пятидесятом этаже небоскреба. Но быстро сообразила, что просто замок стоит на возвышенности, скале. Причем стены его являются ее продолжением. Отсюда, с огромной высоты, открывался вид на холмистую равнину, расчерченную золотисто-рыжими лоскутами полей. Поздняя осень уже вступила в свои права: призрачная дымка тумана стелилась по низинам, скрывая изгибы узкой реки, а небо было затянуто свинцовыми облаками.

Мне захотелось посмотреть на замок со стороны. Наверняка, зрелище величественное и необычное. Внутри зашевелилось смутное беспокойство. Как мне существовать в этом мире? Я не понимаю его. Крохи памяти Элизы де Бриссанде почти никак не помогали мне понять окружающую действительность. А начать задавать вопросы означало выдать себя. И неизвестно, что там подумает этот самый монсеньор, когда поймет, что я не Элиза… Или не совсем Элиза. Все же была надежда, что имя это не просто так всплыло, и хотя бы тело ее. Душа, основная память и сознание принадлежали мне.

Тишину в комнате прервал стук в дверь. Я помедлила с ответом, слегка растерявшись. И не дождавшись от меня разрешения, дверь приоткрылась. Две молодые женщины в одинаковых темных платьях с белыми воротничками и в чепцах. У одной в руках был тканевый сверток. Нет, на платье от совсем не был похож. Другая держала какую-то обувь. Заметив меня у окна, та, что шла впереди, замерла.

— Сьера! Вы уже встали? — Она поспешно быстро присела, опустив глаза в пол. — Мы в вашем распоряжении. Нас прислала мэтресса Илле.

Вторая служанка тут же опустилась на колени у моих ног и ловко подставила под мои ступни мягкие туфли, отороченные серым мехом.

— Мэтресса Ольена отлучилась по важным делам, но велела нам присмотреть за сьерой, — добавила первая, расправляя свой сверток. Это оказался широкий плотный палантин, который мгновенно лег на мои плечи. — Она распорядилась, чтобы мы сопроводили сьеру в умывальню, как только она будет готова.

Мне показалось, что им, пожалуй, следовало спросить, готова ли я, а не решать самим, что раз сьера встала с постели, то пойдет за ними. И сразу возникла первая мысль: а что, слугам положено так бесцеремонно вторгаться в личное пространство господ? И вторая: мэтресса Ольена Илле, кажется, здесь довольно важная персона…

Ну что же, мне ведь обещали дать возможность помыться. Пренебрегать ею я не стала.

— Да, я готова идти.

Служанки снова синхронно присели и склонили головы. И, распахнув передо мной двери, первая пошла впереди, указывая путь, а вторая последовала за нами. Эдакий эскорт…

Умывальня меня поразила.

Я совершенно откровенно представляла себе какое-нибудь темное, каменное помещение с бадьей, наполненной водой, вероятно, с помощью ведер. Но моему взору предстала по-настоящему роскошная ванная комната.

Как только я переступила порог, даже сквозь тонкую подошву туфель ощутила приятное тепло, как будто здесь были теплые полы. Никакой сырости и холода. Воздух был сухим и горячим. Деревянные панели на стенах придавали умывальне уюта.

И свет… наверное, после увиденной уже магии, они поразили меня меньше, чем теплый пол. В нескольких тяжелых серебряных подсвечниках, расставленных на низеньких столиках по углам комнаты, сияли ровным белым светом вытянутые, словно свечи, кристаллы.

В моей голове плотно сидел стереотип о темном средневековье, где люди месяцами не видели воды, а мылись в лоханках раз в год. Но увиденное в пух и прах разбивало эти убеждения. Огромная медная ванна у стены уже была наполнена, и над водой, усыпанной сухими лепестками и какими-то ароматными травами, поднимался легкий пар. Из стены выходили два изогнутых бронзовых крана. Здесь был водопровод.