Маргаритки для бездарной наследницы

Глава 24

На этот раз переход дался мне легче, в ушах на мгновение снова зазвенело, голова закружилась, но сознания я не потеряла. А в следующий миг я уже оказалась в помещении, которое было почти копией подземелья в Шато-де-Шойен: хакрытая комната, без окон, с одной единственной дверью, Круглая площадка, с выбитыми в камне знаками, все еще слегка светящимися, несколько светильников на стенах, дающих ровный белый свет. Лишнее напоминание о том, что магия в этом мире буквально на каждом шагу.

По периметру зала стояли люди, вооруженные, одетые в красные с золотом. Один из них выступил вперед отдал честь и перемолвился с герцогом несколькими словами. Я уже привыкла к этим цветам в Шато-де-Шойен. Правда, солдат я там не видела. Но может они и не появляются в жилой части замка. Я вдруг испытала некоторое сожаление от того, что не посмотрела со стороны на замок, высящийся над окружающим миром на неприступной скале.

Рассматривать здесь было больше нечего и некогда, я поспешила за герцогом, вместе с мэтром Леви и мэтрессой Ольеной. И когда мы вышли из зала во внутренний двор, минуя длинный также тускло освещенный коридор, я невольно зажмурилась от резкого дневного света. Нас окружали высокие каменные стены, а у ворот я заметила еще один караул. Солдаты в накрахмаленных синих мундирах с белыми воротниками и манжетами.

Я оглянулась. Оказалось что здание, из которого мы вышли, выглядит как самый обычный особняк посреди города. Нет-нет… Роскошный, хорошо охраняемый особняк.

Вдруг мне вспомнилось, что синий с белым — королевские цвета Фалланса. Точку перехода охраняет и де Шойен, и люди короля.

“Стратегический объект”, — мелькнуло в голове.

Я вспомнила задачу де Луажа. Расстояние от Шато-де-Шойен до Вальмонри, сказано было в ней, сто двадцать шесть лиг. Мы преодолели их за один шаг, перемахнули через десятки километров диких лесов, холмов, гор и размокших дорог. Сколько бы времени занял этот путь на лошадях? Неделю? Две? Знать бы еще, как местная лига относится к километру, чтобы хоть немного представлять эти расстояния.

В этом мире магия была ключом ко всему. Я столкнулась пока со всего парой ее чудес. Самое простое, бытовое — освещение. Что в подобные времена была в нашем мире? Свечи? Факелы? Какие-то масляные светильники? И второе такое важное, дающее огромные преимущества в скорости перемещения… Еще была проверка моей личности. Она не то чтобы не впечатлила. Скорее не была частью быта и повседневной жизни, а потому отошла на второй план даже в сравнении с магическими светильниками.

И осознание того, что я больше не обладаю этой силой, отозвалось знакомым уколом горечи.

— Прошу вас, сьера, — произнес де Шойен, пропуская меня вперед к открытым специально для нас воротам.

За стенами особняка гудела столица. Я слышала отдаленный гул города, грохот колес по мостовой и крики разносчиков. Но Вальмонри явно не входил в наши планы на сегодня. Нас уже ждала карета. И она оказалась на удивление комфортабельной.

Это был не тот тряский ящик на колесах, в котором мне пришлось проделать путь от эклисарии до первого моего в этом мире перехода, ведущего в Шато-де-Шойен, а добротный экипаж с мягкими бархатными сиденьями и плотно подогнанными ставнями, надежно защищавшими от пронзительного осеннего сквозняка. Внутри нас ждали даже тяжелые шерстяные пледы.

Снаружи послышались приглушенные голоса. Мэтр Леви, ворча что-то о прелестях свежего воздуха, взобрался на козлы к кучеру, а де Шойен коротко объявил, что поедет верхом. Дверца захлопнулась, и мы с Ольеной остались вдвоем в замкнутом пространстве кареты.

Экипаж тронулся. Я пыталась рассмотреть Вальмонри, насколько это было возможно. Мелькали серые каменные фасады, вывески лавок, пестрые пятна одежды прохожих. Город казался типично европейским, средневековым. И никакого трепета столица у меня не вызвала: ни золоченых шпилей, ни сказочных видов. Просто большой, шумный город, который мы оставляли позади.

Быть может, где-то в центре, где был расположен королевский дворец, площади и какие-то парки, было на что посмотреть. Но сейчас… Да, для части меня это все в любом случае выглядело экзотикой. Но все же несколько разочаровывающе.

Мы ехали в тишине. Мне она казалась неловкой, тягучей, но мэтресса Ольена, казалось, чувствовала себя вполне нормально. Она то равнодушно посматривала в окно, то возвращалась к чтению книги, которую усевшись тут же достала из захваченного с собой саквояжа. Тут я сильно пожалела, что не взяла с собой что-то почитать… Наверное, можно же было попросить у герцогского архивариуса что-то? Разрешили бы мне взять, например, те же Явления, которые так успокаивали Элизу в прошлом? Оставалось лишь сожалеть об упущенной возможности.

Я украдкой разглядывала профиль мэтрессы. Если мои вчерашние догадки верны и Ольена действительно делит постель, то ее присутствие здесь выглядело как попытка проследить за своим мужчиной. “Ревнивая женщина, сопровождающая вероятную соперницу до порога дома”, — мелькнула в голове циничная мысль.

Но стоило мне на мгновение задержать на ней взгляд, как эта идея показалась мне откровенной глупостью. Ольена не выглядела женщиной, склонной к мелочным подозрениям или истерикам. В ее жестах и спокойном взгляде чувствовался холодный, практичный рассудок. Такая женщина не поехала бы в такую погоду только ради того, чтобы караулить любовника. Значит, её мотивы были куда серьезнее, или же она действительно видела во мне не угрозу своему положению, а пациента, за которым нужен глаз да глаз.