Маргаритки для бездарной наследницы

Глава 34

Мне не нравился этот мир. А я ему была, кажется, полностью безразлична. Разве оказавшаяся в другом мире случайная попаданка не должна тут же стать избранной, обладательницей невероятных сил и способностей и сражать наповал всех трущихся рядом мужчин?

Не особо мне этого на самом деле-то и хотелось. Но реальность была какой-то слишком уж серой и неприглядной. Статус аристократки, да еще и возможной претендентки на престол, не защитил меня от необходимости мерзнуть и мокнуть под дождем. Зато добавил в обязанности носить крайне неудобную одежду. Впрочем, я подозревала, что эти туфли и платье не подразумевали прогулок по щиколотку в грязи.

Еду принесли в ту самую гостиную, где я успела прикорнуть на кресле. Подавали ее те же служанки, что помогали мне переодеться. Пару раз в коридоре мелькнула тень сьеры Марсии, что-то говорившей им почти шепотом. Служанки, как и их госпожа, были явно напуганны.

Ольена и Леви составили мне компанию за поздним ужином сразу. Чуть позже к нам присоединился де Шойен. Выглядел он мрачным и уставшим. И некоторое время мы ели в полной тишине, нарушаемой лишь стуком приборов.

Чувство голода вместе с аппетитом куда-то пропало. Я ковырялась в тарелке с остывшими овощами и мясом. Это было обычное овощное рагу, но мне вдруг стало не хватать в нем картошки. Я порылась в памяти и поняла, что ее не было ни в одном из блюд, котоыре я здесь пробовала. Наверное, ее нет на этом континенте. А может, и во всем мире.

— Похоже, вы на самом деле не слишком-то голодны, сьера, — внезапно нарушил тишину Леви. — Может, пожертвуете свою порцию нуждающимся?

Я подняла голову и бросила рассеянный взгляд на стол. На расстоянии в одну ладонь от моей тарелки сидела белая крыса, подергивая розовым носом и вытягивая вперед симпатичную мордаху.

— Сколько их у вас? — спросила я, выловив кусочек тушеной моркови и протянув зверьку.

Леви ухмыльнулся:

— Он у меня один, но когда надо — столько, сколько мне понадобится. Для сегодняшнего дела вполне хватило троих. Один нашел чулан, где держали вас и мэтрессу Ольену, другой следил за происходящим в трапезной, третий прошелся по коридорам особняка. Все зависит от сложности задачи. Но больше семи копий я никогда не делал.

— То есть это все… была одна и та же крыса? — уточнила я.

Магия… Здесь она присутствует, действительно, во всех сферах жизни.

И тут внезапная догадка отвлекла меня от мыслей об удивительном. Я почувствовала, как волна раздражения вытесняет остатки усталости. Отложила вилку и повернулась к де Шойену. Он сидел напротив меня, задумчиво разглядывая содержимое своей тарелки. Есть он не ел. Конечно же, он ведь успел поужинать с фальшивым кастарильцем.

— Вы ведь знали, что нас ждет здесь, в этом... Остеле? — спросила я. Кажется, мой голос прозвучал резче, чем я планировала.

Де Шойен, словно сбитый с толку этим внезапным выпадом, на мгновение замер. Он медленно поднял на меня взгляд, и это секундное молчание я расценила как признание вины. Раздражение вспыхнуло с новой силой.

— Хотели попутно решить и эту проблему? — продолжила я. — Весьма Странно для того, кто считает себя благородным человеком и обещает безопасность, сразу же это обещание и нарушить!

Герцог посмотрел на меня долгим, тяжелым взглядом. О, нет, меня такое не очень пугало. Приходилось выдерживать взгляды и по-жестче. Так что глаз я не опустила.

— Вы ошибаетесь, сьера, — ответил он бесстрастно. — Никто не мог предугадать, что именно в Остеле нас встретит адепт Ордена. Мы не искали стычки специально. Однако у нас есть давно отработанный план действий на случай подобных провокаций, которые, увы, в нынешние времена в Фаллансе не редкость.

— План, в котором нас с мэтрессой Ольеной могли просто зарезать в том подвале?

— Вас не собирались убивать, сьера де Бриссанде, — де Шойен подался вперед. — Вас могли попытаться похитить, чтобы позже попробовать использовать как рычаг давления на меня. Собственно, сигнор это и попытался сделать. Весьма бездарно…

Меня поразила его самоуверенность. Вероятно, люди такого высокого положения со временем полностью утрачивают способность сомневаться в собственной правоте. Для них мир — это шахматная доска, где фигуры не чувствуют холода подвалов и страха смерти, пока игроку кажется, что все идет по плану.

Желая найти поддержку или хотя бы увидеть тень возмущения, я перевела взгляд на Ольену. Но целительница, вопреки моим ожиданиям, совершенно спокойно продолжала ужинать. Заметив мой пристальный взгляд, она лишь равнодушно пожала плечами, не прерывая трапезы.

— Зачем тогда было заставлять меня лезть в это окно? — недоуменно спросила я. — Зачем отправлять в грязь и темноту, если вы, мэтресса, считали, что в чулане нам ничего не угрожает?

Ольена отложила приборы и посмотрела на меня снисходительно, как на ребенка.

— Вы бы видели свой взгляд в ту минуту, сьера. Вас нужно было срочно чем-то занять, пока вы не впали в истерику. Или вы действительно хотели остаться в запертой комнате с трупом?

Меня передернуло. Картина застывшего на полу парня с разбитой головой мгновенно всплыла перед глазами, вызывая приступ тошноты.

— Но зачем вы его спровоцировали? — растерянно пробормотала я. — Вы ведь видели, что он на грани. Зачем было доводить его до бешенства?