Маргаритки для бездарной наследницы

Глава 38

Да Мантьеры не были прямыми родственниками Элизы… вернее, они не были моими родственниками. Летимия — вторая жена отца. Я все еще смутно помнила, как же складывались наши отношения. Да и было это теперь неважно. Эти самые отношения придется выстраивать заново.

На краю сознания пронеслась крамольная мысль: или не придется.

Откладывать пришедшую в голову идею о том, что неплохо бы понять, что у меня на самом деле, и найти способ существовать в этом мире на своих условиях, мне совершенно не хотелось. Я считала ее очень здравой. Если де Шойен прав, и меня ждет лишь участь разменной монеты в брачном союзе, мне нужны были козыри.

После того как Летимия объявила герцога выскочкой, в комнате на несколько мгновений воцарилась тишина. Пользуясь моментом, я решилась заговорить.

— Мы заночуем на этом постоялом дворе? И как далеко отсюда до замка Бриссанде?

Хоть я и не была сильна в истории, Фалланс неумолимо напоминал мне Францию из романов Дюма, которые я почитывала в школе. По аналогии с Шато-де-Шойен, я ожидала, что родовое гнездо должно носить имя нашей фамилии.

Летимия посмотрела на меня с искренним удивлением, которое тут же сменилось выражением болезненной жалости. Она ласково коснулась моей руки.

— Бедное дитя… Ты провела в эклисарии столько лет, немудрено всё забыть. Ты имеешь в виду замок Жие?

Я неуверенно кивнула. Этьен да Мантьер лишь коротко хмыкнул, а Летимия тяжело вздохнула.

— Жие давно нет, Лиза. Твой отец, Жиль де Бриссанде, продал его. Вернее, отдал короне в счет уплаты чудовищных долгов своего брата-заговорщика… Сам Жиль после этого прожил недолго. Мы отправимся в Роже-ле-Гард, мое поместье. К счастью, твой отец был честным человеком и не тронул приданое вдовы, так что я осталась при своем.

Я слушала её, и внутри разливалась неприятным холодком досада. Вот так новость… Оказывается, из всех моих “активов” остались только громкое имя и капля древней императорской крови. Был еще магический дар, но теперь и он превратился в воспоминание.

— Бриссанде… — задумчиво протянул Этьен да Мантьер. — Это ведь руины где-то в Сарланской провинции. Заброшенный замок, от которого остались только старые камни. Вряд ли молодая сьера захотела бы там оказаться. Особенно в преддверии зимы.

Я посмотрела на него. Этот человек и вовсе не был мне родней. Брат первого, давно почившего мужа моей мачехи.

Ситуация вырисовывалась замечательная: я была бесприданницей, живущей на иждивении у мачехи в чужом доме. Идеальный сценарий для того, чтобы меня выдали за первого встречного, как и пророчествовал де Шойен.

— Все будут так рады твоему возвращению, Элиза! — Летимия сжала мою руку и радостно улыбнулась. — Я немедленно напишу Одриэлю. Он наверняка бросит все дела и сразу же приедет. Ты ведь помнишь его?

Я заставила себя улыбнуться, копаясь в чужих воспоминаниях, которые всплывали неохотно, словно старые фотографии из мутной воды.

— Конечно, — ответила я, надеясь, что голос звучит достаточно уверенно. — Одриэль да Мантьер, мой сводный брат. Я тоже буду очень рада его видеть.

На самом деле образ Одриэля в моей голове был туманным: какой-то вихрастый мальчишка, надутый и вечно недовольный.

Летимия вдруг встрепенулась, ее взгляд стал острым и испытующим. Она подалась вперед, понизив голос до заговорщицкого шепота:

— Скажи мне честно, Элиза... Как обращался с тобой де Шойен всё это время? Не было ли со стороны герцога чего-то... недостойного? Неподобающего? Это его внезапное бегство без прощания... Ему совершенно не делает чести такое поведение.

Я на мгновение задумалась. С одной стороны, герцог действительно повел себя как последний грубиян и невежда, просто исчезнув в дорожной пыли. С другой, я вдруг поймала себя на мысли, что почти понимаю его. Для него эта миссия была обузой, а я проблемой, которую он мечтал поскорее решить и забыть о ней.

— Герцог был обходителен, внимателен и безукоризненно вежлив, — произнесла я, тщательно подбирая слова. — Он сделал все, чтобы наше путешествие прошло без малейших проблем.

Внутри же я усмехнулась. Что, если бы я рассказала ей правду об Остеле? О наемниках, адепте Ордена и о том, что я сама лишила человека жизни? Смогла бы Летимия использовать это против него? Предъявить претензию, потребовать какую-то компенсацию?

Но больше всего меня задевало другое. Де Шойен даже не попросил меня держать события той ночи в тайне. Неужели ему настолько плевать на то, узнает кто-то о происшествии или нет?

Скорее всего, ему было просто все равно и не было дела ни до меня, ни до всего семейства да Мантьер.

Однако слова Этьена о старых договорах, которые не стоило вспоминать, продолжали звучать в голове навязчивым мотивом. Связано ли это с моим будущим? И не потому ли Шойен был так суров, что эти договоры давали моим опекунам какую-то власть, которая может стать ему поперек горла?

— Готовы ли вы продолжить путь? — прервал мои мысли Этьен, поднимаясь. — Если выедем сейчас, есть шанс быть в Роже-ле-Гард до ночи.

Я кивнула, глядя на остывающее вино. Что же… может это и не так плохо, что у меня ничего нет. Проще будет убедить ту же Летимию, что я не гожусь для выгодного брака, а может и для жизни в замке. Посмотреть бы только на то, какой может быть жизнь женщины без всего этого: титула и навязанных обязательств. И бывает ли тут вообще так.