Маргинал. Архипелаг

Глава 6. СЭМЕРС

Радостно насвистываю какую-то глупую песню. Раньше смеялся над своей сестрой, когда она напевала эту приторную муть про «чистую и вечную любовь», а сейчас она мне кажется очень даже сносной. Медленно иду по центру, наслаждаюсь прекрасной ночной прохладой. Праздник, посвященный трехсот шестидесятилетию со дня Великой катастрофы, уже закончился, но люди не спешили расходиться по домам. Министерские придурки уже не первый год спорят насчет комендантского часа, но Реста твердо держит позиции. Не скажу, что она мне нравится (есть в ней что-то неприятное), но ее сила, властность и настойчивость поражают. Мой старший брат Орэл без ума от нее. Вот парочка выйдет!

Едва спасся от пробегающей мимо компании. Словно таран, они сносят всех прохожих на своем пути, перепрыгивают через скамейки, вопят во все горло. Никто не обратил на меня внимание. Вот в чем бесспорный плюс таких праздников: все веселятся, наслаждаются каждой секундой, и им нет до тебя дела. За весь день меня узнали всего лишь семь человек. Обычно, куда бы я ни пошел, меня сопровождали настороженные или восторженные взгляды, внимание девушек. Последнее особенно раздражало некоторых моих знакомых, зато изрядно веселило меня.

К повышенному вниманию я привык с детства. Родители всегда говорили, что мы лучше остальных, и простые люди не стоят и секунды нашего времени. Ха, назначение министром Кристианы стало для меня одним из самых лучших моментов в жизни. Как все аристократы (моя семья в особенности) злились! Новость, что ими будет руководить какая-то девчонка, не принадлежащая к благородному семейству, едва не убила их. Ни протесты, ни скандалы, ни интриги успехом не увенчались. А я поддерживал Ресту назло отцу. С родителями у меня сложились своеобразные отношения: я не был таким амбициозным, как Коул и Орэл, или хитрым искателем выгоды, как Люси. Единственный, с кем у меня нормальные отношения – это Эмбер, мой младший брат. Его характер еще не до конца сформировался, но он явно пытается проложить свой путь, как и я. Родителей это раздражает, ведь они пытаются навязать нам жизнь, которая им кажется правильной.

Ладно, не буду притворяться, что я идеальный, а родители злые богачи. Я пользуюсь всеми благами, которые положены мне, представителю самой знатной семьи аристократов (и часто ставлю на место некоторых этим фактом). У меня довольно высокая должность для моего возраста, а со временем, я стану главой Отдела государственной обороны. Хотя эта должность скорее подошла бы Орэлу, у родителей другие планы на его счет. Уж не Ресту они хотят свергнуть?

Вот и получается, что мы, аристократы, стоим выше остальных людей. Меня это не радует, ведь мой социальный статус возвел вокруг меня незримый барьер, который мешает жить полноценно. Несмотря на распространенное мнение, превосходство всегда влечет за собой одиночество. Простые радости жизни мне не доступны: я не могу выбрать профессию (за меня все давно решили), не могу жениться на любимой девушке (исключение составляют аристократки), не могу принимать решения по особо важным вопросам (ведь они могут отразиться на семье). Сплошные «не могу» и «не имею права».

Как-то решил пожаловаться Энджил Ресте. При знакомстве она мне очень понравилась: красивая, приветливая, более мягкая, чем ее сестра. Я думал, что смогу открыть ей сердце, и она поймет, поможет заполнить эту давящую пустоту. Только вот она посмеялась над моими переживаниями:

– Что за детский лепет! Ты аристократ, и можешь получить все, что захочешь. Не расстраивайся из-за ерунды, то, что ты воспринимаешь как одиночество, на самом деле является властью!

После этого случая я уже не мог восхищаться ею. Красота скрывала внутреннее уродство, которое мне казалось хуже уродливой внешности. Я уважаю людей, которые говорят правду. Даже тех, кто ненавидит меня и открыто об этом говорит. От них, хотя бы, знаешь чего ожидать. А вот подлость и лесть не всегда получается увидеть, зато отлично получается погрязать в ней.

– Эй, парень, пойдем с нами!

Рядом проходит небольшая компания, состоящая из двух ребят и трех девушек. Я им, видимо, для баланса нужен. Веселые, счастливые, они явно не узнают меня. На секунду возникло искушение присоединиться, но, вспомнив праздник, я передумал. Девчонки накинулись на меня, со смехом и визгом тянут с собой:

– Не стесняйся, милашка!

– Пойдем, будет весело, обещаю!

– Да пойдем, мне нужна пара!

Через десять минут все же вырвался из их крепких объятий и поспешил ретироваться. Не хотелось объяснять причину отказа.

Этот вечер был особенным. Словно изумительное стеклянное изделие, очень хрупкое, уязвимое. Если я пойду продолжать праздновать, очарование вечера развеется, и он станет самым заурядным, как и в прошлые годы. Эта девчонка, Лимма, определенно самая лучшая представительница слабого пола из всех, кого я знаю. Стеснительная, неловкая, но искренняя и милая. Рядом с ней я могу быть собой, не делать надменное лицо и поджимать губы, как меня учили в детстве. Мама говорит, когда обычные люди разговаривают с аристократом, они должны понимать свое место, а аристократ должен своим презрительным видом на него указывать.

Снова в голове начинает звучать тупая песенка. Нет, я не влюбился. Об этом можно сразу забыть. Страшно представить что будет, если я скажу во время завтрака, когда семья собирается в полном составе, что мне нравится обычная девчонка! Мама срочно потеряет сознание (или притворится), папа будет хлопотать вокруг нее, потом проведет разъяснительную беседу. Братья хорошенько встряхнут меня, а в качестве финальной пытки выступит мама. Практически наяву представляю ее причитания: