Маргинал. Архипелаг

6.3

Пробуждение оказалось менее болезненным, но таким же неприятным. Я был в больничной палате, рядом сидели братья, Гор, Еове Кософф и дедушка.

– Кажется, он очнулся.

Сутулый доктор наклонился, пристально вглядываясь в мое лицо. Рядом стояла аппаратура, которая показывала мое состояние.

– Так, селезенку удалили удачно, нос тоже почти восстановлен. Через полчаса парень будет как новый.

Значит, я в министерской больнице. Здесь творились настоящие чудеса: любые болезни излечивали за считанные часы. Увы, обычные люди к подобной роскоши доступа не имели, это было привилегией аристократов и высших чиновников.

Дедушка довольно улыбнулся.

– Отлично, благодарю вас. И, надеюсь, вы помните…

– Никто не должен знать о случившемся.

– Разумеется, вы будете вознаграждены.

Еове присел на кровать:

– Как ты себя чувствуешь?

– Будто по мне проехался танк.

– Ну да, Коул никогда не рассчитывает силу. Идиот, лучше бы приберег свой пыл для повстанцев, а не срывался на родном брате! – дедушка был взбешен. – Кто-нибудь назовет мне причину вашей драки?

– Я увидел, как Орэл нес Сэма, а о причине случившегося не спрашивал, – Еове едва заметно улыбнулся.

– А я услышал шум из зала, зашел туда и увидел развязку драки, – Гор невинно округлил глаза (даже слишком).

– Понятно. Коул, придется объясняться тебе.

Еове с Гором немедленно заявили, что больше не могут здесь задерживаться, и быстро ушли.

– Умные ребята, сообразили, что они здесь лишние. Итак, Коул!

Он хмуро посмотрел на меня, оглянулся на Орэла.

– Хватит смотреть на брата! Вам по тридцать четыре года, а вы ведете себя как малолетние идиоты! Как вы посмели поднять руку на брата?!

– Это сделал я.

– Причина! Я хочу знать, почему ты напал на него.

– Мы поссорились.

– Точнее.

– Мы разговаривали. Я спросил, как прошел праздник. Ну, еще по мелочи. А потом поссорились. Мы часто спорим, но до такого еще не доходило.

– То есть, ты даже не можешь назвать причину? Просто потому, что вы постоянно спорите? Этого тебе кажется достаточно? Ты хоть осознаешь, что через час вы должны выезжать. А теперь, когда ты ему отбил селезенку, думаешь, он осилит поездку? А как он там будет?

– Пусть подождет, когда станет лучше…

– Никто не должен знать о том, что случилось! Понял меня, никто! Он обязан поехать. Ладно, мы еще вернемся к этому разговору, а пока иди, собирайся.

Коул еще раз посмотрел на меня и широким шагом вышел из палаты.

– Так, Орэл, теперь разберемся с тобой. Почему ты им не помешал?

– Думаешь, легко растащить двух здоровых мужиков? Сэму, между прочим, уже двадцать четыре года, скоро двадцать пять будет. Посмотри на него, он ростом почти как я, и довольно сильный.

– Вы с Коулом – военные, у вас была мощная физическая подготовка.

– У него тоже. Я видел, как их муштровали.

– Все равно, вы на десять лет старше. И, между прочим, вы аристократы, а не какие-нибудь нищие бандиты! Ты хоть представляешь, какой будет позор, если об этом инциденте узнают?

– Не волнуйся, они подрались не на площади, а на закрытой базе! Скоро Сэму станет лучше, он поедет в нормальной машине, к тому же, Ролакр недалеко.

В палату вошел доктор, еще раз проверил мои результаты, что-то шепнул на ухо дедушке, и они быстро вышли.

Орэл неловко сел в кресло. Он старался не смотреть на меня. Мне же, если честно, плевать и на него, и на Коула, и на селезенку. Ежесекундно я видел милое застенчивое лицо, карие, почти черные глаза, густые рыжеватые волосы. Чем больше я старался не думать о ней, тем настойчивее она занимала мой мозг. Тяжело признавать, но братья правы: мне никогда не позволят жениться на ней. Если бы она была дочерью главы какого-нибудь отдела, тогда пожалуйста. «Свежая» кровь приветствуется, ведь если бы аристократы женились бы только на своих, мы все друг другу приходились бы близкими родственниками. Надежды на наше общее будущее нет, но я не хочу, чтобы Коул трепался по этому поводу. Он не имеет права вмешиваться, ведь я ничего плохого не сделал.