Марианна и время волшебства

Глава 22. Признания

Моё ошалелое молчание Андрас принял за согласие и снова прильнул ко мне с поцелуями. Кажется, нам уже не остановиться. Но раздался противный, оглушительный звонок телефона, разрывая наш морок.

Андрас подошёл, снял трубку и положил на место резким, нетерпеливым движением. И снова вернулся ко мне. Меньше чем через минуту звонок раздался снова.

— Подойти… — шепнула я.

Андрас схватил трубку и зло бросил:

— Слушаю!

Я оправила платье, застегнула его, пригладила волосы и попыталась настроить мысли на правильный лад. Что я только что едва не натворила? Приготовилась стать его любовницей.

— Нет, он не у меня, — сказал Андрас в трубку напряжённо, но уже мягче. — Да, мы приехали в город вместе, но после разошлись. Он собирался пробыть здесь несколько дней, а потом вернуться домой, Элен.

Я изумлённо посмотрела на Андраса. Ему звонила Элен? Моя сестра? Вот это сюрприз? Сестрица искала мужа, отравившего мою жизнь?

— Не нервничай и не вреди себе лишними переживаниями, — сказал тот успокаивающе. — Не думаю, что он сейчас с Марианной, Элен. Потому что я отвёз Марианну домой и только что вернулся.

Я густо покраснела. Андрас не стал скрывать того факта, что мы с ним общаемся. А каким было это общение, не касалось никого.

— Ложись спать. И не мучь себя домыслами.

— И часто моя сестра звонит тебе? — тихо спросила я, когда он закончил разговор.

— Случается, — признался Андрас. — Надеется, что застанет Сорена у меня.

Он медленно подошёл ко мне, положил руки на мою талию, поцеловал в щёку, шею, прижал к себе. Если он снова начнёт меня соблазнять, я не выстою.

— Отвези меня домой, пожалуйста, — прошептала я.

— Что тебя смутило? — спросил Андрас.

— Мне захотелось большего, — честно ответила я.

— Почему ты не позволишь нам это большое испытать? — он продолжал целовать меня. — Опять боишься, что я подумаю о тебе?

Я смущённо усмехнулась, но решила быть честной до конца.

— Не только. Я никогда прежде не была с мужчиной. И не хотела быть после произошедшего с Сореном. Но ты ломаешь все мои убеждения и все мои выстроенные стены. И это немного пугает меня.

Андрас долго смотрел на меня. Кажется, он разочаровался. Но в чём именно? Не хотелось терять его сейчас, когда он стал для меня так дорог. Но я привыкла слушать себя и своё тело. И не стану делать что-то, что порадует мужчину, но сделает меня несчастной.

— Не хочу, чтобы ты боялась, не доверяла, опасалась чего-то рядом со мной, — прошептал он, обнимая, но уже не целуя, будто исчерпал лимит поцелуев для меня на сегодня. — Хочу, чтобы ты наслаждалась также, как я. Каждой проведённой минутой. Больше года я думал о тебе. И думал о тебе ещё до того, как Сорен сделал тебе предложение. Просто почему-то решил, ты слишком молода, да и понадеялся, что мои мысли — лишь наваждение, а братец повзрослеет рядом с тобой. Но не вышло. Сорен не понял, какой подарок судьбы получил. Я решил, что ты больше никогда не захочешь связываться с нашей семьёй. Но не переставал вспоминать тебя.

— Так и было, не хотела, — призналась я. — С болью предательства на меня обрушилось всеобщее презрение, злорадство и позор сестры. Да и родители выбрали весьма своеобразный способ заткнуть глотки злопыхателей. Просто выдали замуж сестрицу за моего жениха. Все эти месяяцы я старалась забыть, что где-то у меня есть семья и свой дом. Но как только ты появился в моей жизни, мне подумалось, что, может, стоит отпустить обиды и повидаться с родными? Однако меня не отпускает плохое предчувствие.

— Какое?

— Если я навещу дом, то всё хорошее, что происходит со мной теперь, просто пойдёт прахом, закончится, едва начавшись.

Андрас тихо засмеялся. У него хорошо получалось высмеивать мои страхи, при этом не обижая меня, а подбадривая.

— Чего ты боишься? Болтовни Сорена? Я заткну всем рты! — воскликнул Андрас. — Ещё и не посмотрю на то, что он мой брат, и начищу ему морду.

— Ох, не нужно! — запротестовала я.

— Слишком много отвратительного он говорит о тебе.

— Забудь о нём. Я просто съезжу туда, побуду с родителями уеду.

— Съездит она, — усмехнулся Андрас. — Я отвезу.

— Нас могут увидеть вместе. Расстроишь родных.

— Прекрати, — резко ответил тот с негодованием. — Я только что сказал твоей сестре, что был с тобой. Удивлён, что мать ещё мне не перезвонила с воплями и не вытянула из меня всё.

— У Элен с твоей матерью хорошие отношения?

— Стали хорошими, когда Элен забеременела. До этого она не хотела общаться с невесткой. Моя мать мечтает о внуках с тех пор как я получил диплом. И уже столько лет пытается подогнать мне девушек побогаче и посимпатичнее. А вот отец до сих пор расстроен, что Сорен так поступил с тобой. Марианна, ты слишком переживаешь о том, о чём не стоит переживать. Думаешь, ты боишься потерять меня больше, чем я тебя. Нет. Мои слова покажутся тебе безжалостными, но я до сих пор не могу поверить своему счастью: всё складывается так удачно для меня. Подозреваю, мне было бы тяжело смириться с твоим замужеством. Поэтому я нашёл тебя.

Я захватила его губы жадным поцелуем. Его слова можно расценивать как признание в любви? Не знаю. Плевать. Сейчас я пылала и жаждала его прикосновений, объятий, страсти. Его слова успокоили мои тревоги и развеяли сомнения. Я поняла, что хочу принадлежать этому мужчине, хочу покориться, хочу быть с ним…

— Уже поздно, — шепнул он, пытаясь успокоить дыхание. — Если мы сейчас же не уедем, я тебя не отпущу.

Голова кружилась, его руки сжимали меня, блуждали по моему телу поверх платья, а мои руки изучали его тело под рубашкой. Крепкое, восхитительное. Я сходила с ума от его запаха и впервые так сильно хотела мужчину.

Но он был прав, мне следовало вернуться домой. Однако любовный морок не выветрился из головы даже полчаса спустя, когда автомобиль Андраса подъехал к моему дому. Ещё бы! Мы так долго и горячо прощались, целуясь, шепчась и чувствуя себя очень счастливыми.