Марица

Глава 30. Убийца Иллюзиона

Я рванулась в сторону, и нож вонзился в подушку, оставив после себя лишь шелест разорванной ткани. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. В глазах темнело от адреналина, но страх парализовать не успел — годы отцовских тренировок сработали сами собой.

Я успела лишь подумать, что до отцовской сабли или пистолета было не добраться, и рука сама потянулась к ночному столику — схватила первую попавшуюся склянку. Зелье для роста волос, подарок Гондеры.

— На, подавись! — хрипло крикнула я и швырнула пузырёк ему в лицо.

Стекло разбилось, жидкость брызнула ему в глаза. Он взревел, зажмурился, и этого мгновения хватило, чтобы я кубарем скатилась с кровати, ударилась коленом о пол.

— Помощь! Пожар! Убийство! — орала я, вылетая в коридор.

Трактир «Золотой Баран» проснулся мгновенно. Из соседних комнат послышались крики, кто-то распахнул дверь, но я уже мчалась по узкому коридору, спотыкаясь о собственные ноги и слыша за спиной тяжёлые шаги убийцы.

Я метнулась к лестнице, но вдруг почувствовала, как его пальцы впились в мои волосы и дёрнули назад. Боль пронзила кожу головы и я вскрикнула.

— Маленькая стерва... — прошипел он мне в ухо. Дыхание пахло кровью и полынью.

Я вцепилась ему в руку ногтями, царапая жесткую кожу. Он дёрнулся, ослабил хватку — и тут же получил моим коленом в пах.

— Ах ты маленькая… — зашипел он, но его слова оборвались, когда я лбом ударила его в нос.

Хруст. Кровь брызнула на мою рубашку. Он застонал, но все же смог ударить меня кулаком в солнечное сплетение. От боли на секунду я согнулось, и этого ему хватило, чтобы его пальцы обхватили моё горло, сжимаясь, как удав.

— Вот и… конец… — прохрипел он.

"Папа говорил... Что делать, если душат..."

Я вцепилась ему в мизинец — дёрнула вверх. Хруст. Хватка ослабла, но убийца не отпустил.

— Вот и... кончились фокусы... — он закашлялся, но пальцы снова сжались.

Тьма поползла по краям зрения. Я царапала его руки, пыталась дышать, но воздух не шёл. В ушах — звон.

И вдруг — глухой удар. Что-то тяжёлое и металлическое обрушилось на голову убийцы. Его пальцы разжались. Я рухнула на колени, давясь кашлем. Передо мной, с окровавленной сковородой в руках, стоял трактирщик Борк — здоровенный детина с бородой лопатой.

— У меня тут не бордель, чтоб по ночам душить гостей! — рявкнул он, замахиваясь для второго удара.

Убийца попытался встать, но сковорода снова обрушилась на его голову. На этот раз — окончательно. Он рухнул лицом в пол, и трактирщик тут же придавил его коленом, скручивая руки за спину.

— Живой? — Борк наклонился, прислушался. — Ага, дышит. Эй, Малган! Веревки и стражу!

Я, всё ещё давясь кашлем, отползла к стене. В горле горело, в глазах стояли слёзы. Коридор заполняли люди — перепуганные постояльцы, служанки с подсвечниками, парень с топором.

— Ты жива? — трактирщик бросил на меня оценивающий взгляд.

— Еле-еле… — прохрипела я, потирая шею.

— Кто этот тип?

— Не знаю… — я покачала головой, глядя на бездыханное тело. Лицо незнакомое. Ни одежды, ни колец — ничего, что могло бы выдать его личность.

— Ты... как... — попыталась сказать.

— Слышал крики. Да и пол скрипел, как в аду, — Борк фыркнул, доставая из кармана флягу. — Эй, малая, дыши глубже и пей. Тебе сейчас надо. Видал я таких «ночных гостей». Обычно их нанимают, чтобы тихо делали. Кто-то серьёзный за тобой охотится. Этому похоже не повезло, ты оказалась с характером.

Трактирщик Борк наклонился над телом убийцы, его грубые пальцы ловко обыскивали карманы. Вдруг он замер, вытащив из внутреннего кармана убийцы сложенный лист пергамента. Развернув его, он нахмурился, а затем бросил на меня испытующий взгляд.

— Ты влипла в серьёзные дела, девочка, — проворчал он, протягивая мне записку.

Я дрожащими руками взяла пергамент. На нём был изображён символ Иллюзиона, а ниже чётким почерком было написано: «Узнать, что знает об Освене Шардеване. Устранить. Очистить следы.»

Я сжала записку в кулаке, сердце бешено колотилось. Иллюзион как то узнал, что я ищу правду об Освене. И теперь они хотели меня убить. Но как? Почти весь день я пробыла в городе, а значит, у Иллюзиона было достаточно времени, чтобы нанять убийцу. Но о том, что я интересовалась делом Освена знали лишь Шалос, его дядя и Сервина. Не мог же кто-то из них сдать меня?

— Стража уже на подходе. — крикнули снизу.

Когда на лестнице раздались тяжёлые шаги, я быстро сунула пергамент за пояс. В коридор ворвались четверо стражников в синих плащах с гербом Элантры. Их капитан, мужчина с шрамом через бровь, окинул взглядом сцену: убийцу на полу, меня у стены, трактирщика со сковородой.

— Что здесь происходит?

— Этот ублюдок пытался задушить мою гостью, — рявкнул Борк, указывая на тело. — Я его успокоил.

Стражи быстро окружили убийцу, один из них перевернул его на спину и проверил пульс.

— Жив, но без сознания.