Мариса, покорительница джунглей

ГЛАВА 3. Мариса и закон катастроф

Закон невезения номер два: чем сильнее влюблена в парня, тем быстрее ваши отношения закончатся катастрофой. Катастрофа может быть разной. Ривас, к примеру, катал меня на скайте и врезался в стену школы, хорошо, что не слишком высоко, всего-то между вторым и третьим этажом. Ему тогда было четырнадцать, мне — двенадцать, и влюбленность была вполне детская и невинная, но, когда нас выпустили из больницы, а с его родителей взыскали штраф, мама решила увезти меня «куда-нибудь, где скайты не в моде».

Ха! Скайты везде в моде. Правда, в маленьком приморском городке, в основном одноэтажном, риск влететь в стену был минимальным. Да и вообще, там самым шиком считалось гонять низко над волнами. Ну и что вы думаете? Как только я напросилась покататься с красавчиком Дэном (а в него, между прочим, была влюблена половина нашей школы! То есть вся женская половина, я хочу сказать), как этот придурок повторил подвиг Риваса! Даже не повторил, а превзошел, потому что стена — она и есть стена, а вы попробуйте в полете над морем столкнуться с полицейским патрульным катером!

Думаю, мы стали местной легендой, правда, скорее в стиле анекдота, чем эпика. Но мне этого узнать не довелось. Мы снова переехали.

На новом месте я по уши втрескалась в главаря местной шпаны. Он, к моему счастью, не интересовался ни скайтами, ни «мелкими приставучими шмакодявками», но катастрофа все равно произошла. Предмет моих девчачьих грез удирал от полиции на своем тяжелом мотоцикле — ну да, куда уж скайтам до такого зверя! — и врезался в наш школьный автобус. Ур-род!

Честно говоря, та авария до сих пор занимала первую строчку в рейтинге моих катастроф. После нее все случаи были скорее смешные, чем страшные. Греги, например, опрокинул на меня графин с морсом, а когда полез убирать последствия, умудрился выплеснуть тарелку с супом — уже на себя. А смотреть надо — не на мою грудь, а куда локти ставишь! Тоже мне, ведущий оператор «Тревел-пресс»… лопух!

В общем, всякое бывало, но закон в целом ни разу не дал осечки. Но чтобы еще ни влюбленности, ни отношений, а катастрофа — уже вот она, такое со мной впервые!

Мы падали. И никакое «планируем» и «падение управляемое» не могло меня разубедить в этом непреложном факте. Дано: мы летели в небе, а теперь несемся к земле, и от нас ничего не зависит. Вопрос: как это назвать? Аттракцион? Да уж, конечно! Еще добавьте: оплаченный!

Почему в критические моменты в голову лезут исключительно глупые мысли? Может, это защитная реакция такая? Тут бы думать, как спастись, а у меня билось в голове, что «никогда не падала в джунгли с высоты примерно в километр» — совсем не повод восполнить этот пробел в жизненном опыте. И что, будь Альвар типичным сейлианцем из сериалов, меня сейчас окутал бы покой, уверенность и что-нибудь такое же нереальное. Ну, знаете, в духе пафосных фраз для главных героев: «Я не дам тебе упасть», например. И непременные объятия после чудесного приземления, под внезапно романтичную музыку и с поцелуем на фоне искореженных обломков. А на самом деле я просто впала в ступор, но почему-то при этом зацепилась взглядом за его глаза — нереально синие, зло прищуренные сейчас, — и никак не могла посмотреть на что-нибудь другое. Ну хотя бы на то, сколько нам осталось лететь до земли!

Вокруг затрещали ветки, заполошно заорали, разлетаясь, птицы. Мы проламывали кроны, и, если бы не защитное поле — оно и правда работало! — без травм точно не обошлось бы. Но трясло и мотало все равно так, что зубы клацали.

— Держись, — услышала я словно самым краем сознания, успела еще удивиться, насколько спокойный и уверенный голос у моего случайного товарища по несчастью. И нас грохнуло о землю.

Наверное, защитное поле и тут помогло. Даже наверняка. Этот чертов кусок пола со столиком посередине даже не погнулся! Хотя землю и ошметки деревьев раскидало вокруг только так, и мы оказались в центре пусть совсем неглубокой, но все-таки воронки.

Я перевела дух и осторожно повертела головой, как будто каждое движение могло сорвать нас с места. Но нет, приземлились мы удачно, хоть на столике танцуй.

Даже не верится. Вообще, все как-то очень медленно до мозгов доходит. Мы больше не падаем. Мы живы. И даже целы. Хотя вид, конечно, абсурдный до крайности: в эпицентре взрыва гордо стоит элегантный столик, два кресла — даже не покосились! — и мы в этих креслах. Ресторан на вылете. Жаль, что закуски и особенно напитки не пережили экстренную посадку. Да, запить ее точно не помешало бы.

И тут меня осенила внезапная, хотя совершенно закономерная мысль. Это же сенсация! Эксклюзивные кадры, эксклюзивнее которых просто не придумаешь!!! Репортаж с места падения попавших в аварию туристов — за такое даже наш сквалыга-шеф раскошелится на премию!

Я начала с того, что запечатлела крупный план: напряженное лицо сейлианца на фоне вывороченной земли и поваленных деревьев. Разрешение на публикацию потом спрошу, сейчас важно ловить момент, пока мой герой не опомнился. Хорошо, что камера у меня продвинутая, интегрирована в очки и с мысленным управлением. Альвар и не поймет, что я снимаю. Хотя, наверное, догадается, когда начну бегать вокруг в поисках выигрышного ракурса — но тогда уже не страшно, пусть.

— Ты в порядке? — спросил он. Мне почудилась в голосе какая-то опаска, будто он ждал, что я вместо ответа сорвусь в слезы, вопли и истерику. Не дождетесь! У меня работа, так что все складывается как нельзя лучше.

— В полном! — уверенно сказала я, выбираясь из-за стола. Коленки слегка дрожали и подгибались, но это ничего, пройдет.

Для начала я взобралась с ногами в кресло, а потом на столик — ну а откуда еще заснять панораму окрестностей? Потом обошла воронку по периметру в поисках выигрышного света и фона и сняла наш столик и ошарашенно наблюдающего за моими метаниями сейлианца. Ух и лицо у него сейчас! В самый раз для подписи «Чудом спасшийся — или еще не спасшийся? Упасть с неба, чтобы очутиться на грани выживания в дебрях джунглей!»