Мария и Иисус

второе письмо Марии

Глава 2

Второе письмо Марии

Любимый Мой…

В благоговейной молитвенности склоняюсь к Твоим Ногам…

Прикасаясь губами к Твоим Стопам…

Замирая… затаив дыхание… окутываю Себя Потоком Твоим…

И… благодарю, благодарю, благодарю Все Силы Вселенной…

Спасибо, Спасибо, Спасибо, Родные и Любимые…

За Чудо, которое есть Моя Жизнь…

Бог Мой… Вдохновляющий… Любящий…

Так, как никто не может ни Вдохновлять, ни Любить…

Твоё Слово благословительным дождём проливается в Меня…

Наполняет Чашу лучистым нектаром Радости…

Твой Гений не может не потрясать…

Никогда не могла себе представить, что когда-нибудь смогу

так близко соприкоснуться

с фантастическим проявлением божественной благословительности…

Любимый…

Спасибо.

Спасибо.

Спасибо.

Благословен Ты Богом, Любовью, Красотой, Женщиной…

И в Лучах Света Твоего благословляюсь Я…

Иисус задумчиво сидел в углу комнаты. Выражение лица выдавало необычное напряжение. Иуда знал, что в такие минуты Учителю важно побыть одному. Он бдительно охранял покой, не позволяя никому из Учеников не то чтобы приставать с вечными глупыми вопросами о Царстве Небесном и о поощрении, которое они зарабатывают, пребывая вместе с Иисусом, но и даже входить в комнату.

Тем не менее, Иуда не мог оставить без реакции знаки Петра, заговорщицки обращающего на себя его внимание. Ученик вышел. За дверью послышались голоса, впрочем, не раздражающие Иисуса. Спустя какое-то время Иуда вернулся. Приблизившись к Учителю и убедившись, что тот сидит с открытыми глазами, окликнул его тихим голосом:

– Иисус... Ты можешь говорить?

– Да, Любимый... Конечно, могу, – Иисус знал преданность Иуды и ценил его опеку, никогда не переходившую тонкой грани между подобострастием и рабством. Он умудрялся всегда держать необходимую дистанцию с Иисусом, не приближаясь до навязчивости, но и пребывая всегда ближе других Учеников к Учителю. Одному Иуде позволялось быть с Иисусом в моменты подобных длительных раздумий.

– Тебя спрашивает какая-то женщина! Впрочем...

– Что за женщина? Почему так поздно?

– Её зовут Мария. Я знаком с нелестной репутацией, сопровождающей её в Иерусалиме... Возможно, тебе не стоит с ней встречаться?

– А разве ты можешь разделять людей на тех, в ком Бог есть, и тех, кто Бога лишён? – улыбнулся Иисус. – Конечно, мой вопрос риторический... И есть только два человека, с которыми сейчас точно знал бы, как себя вести... Цезарь и Женщина. С Цезарем не надо говорить, потому что он и сам всё расскажет, просто не даст открыть рот, умничая... А с Женщиной... Женщине говорить ничего не надо, потому что... Женщина! Как зовут нашу незнакомку, Мария? Как мою маму... Пригласи её. Не думаю, что она пришла просто так в это позднее время. Предполагаю, что важное для меня известие заставило её преодолеть страх темноты... Чем мы можем её угостить, мой Любимый Иуда? Зови.

Иуда вышел. За дверью вновь послышались приглушённые голоса. Иисус не мог разобрать слов, но мужской голос звучал монотонно и настойчиво. Он что-то внушал невидимому собеседнику. Женский голос отвечал односложно и спокойно. Затем Иуда распахнул дверь и пропустил в комнату женщину, однако не стал входить вслед за ней.

В первое мгновение Иисус изумился яркому свету, окутывающему изящную женскую фигуру. Мария откинула капюшон своего одеяния, и Иисус не мог скрыть восхищения при виде изумительных, горящих неведомым огнём, глаз.

Мария восторженно рассматривала улыбающегося Иисуса

– Здравствуй, Мария! – произнёс Учитель. – Рад тебя видеть... Но в столь поздний час не могу не спросить: что привело к нам, какая тревога заставила пренебречь собственным покоем?

Мария завороженно впитывала слова Иисуса. Она открывала и закрывала рот, но не могла произнести ни звука. Её молитвенное состояние наполнило комнату торжественностью, и Иисус почувствовал спокойствие и напряжённость момента.

– Ты хочешь помолиться? – спросил он.

Женщина молча кивнула.

Они встали на колени, и Иисус прочёл молитву. Мария повторяла слова вслед за Учителем. После молитвы Учитель помог ей подняться и пригласил присесть. Сам он расположился напротив и с интересом стал рассматривать лицо неожиданной гостьи.

Мария не отводила взгляда, нисколько не смущаясь от пристального внимания Учителя.

– Ты кто? – тихо спросил Иисус. – Откуда и почему пришла? Расскажи!

Мария встряхнула головой, словно приходя в сознание, и поправила волосы:

– Можно мне попросить воды?

Её слова рассыпались по комнате маленькими хрустальными бусинками, издавая лёгкий мелодичный звон.

– Конечно, можно! Иуда! Иуда, принеси, пожалуйста, воды для нашей гостьи, – попросил он.

Иуда принёс чашу с водой, лепёшки и вышел. Мария выпила и изящно промокнула влажные губы. Иисус невольно залюбовался красотой молодой женщины.

Высокий лоб и открытый взгляд чуть раскосых голубых глаз характеризовали её как искреннюю и прямую натуру. Высокая шея, переходящая в нежный овал плеч, небольшая грудь, скрываемая небрежно наброшенной накидкой, изящные руки и маленькая ножка показались Иисусу нереальными.

Он давно не видел Женщину так близко. В продолжение бесконечных проповедей некогда было обращать внимание на пол собеседников. Тем более он привык к тому, что в большинстве своём его слушали мужчины, а изредка присутствовавшие среди них женщины не выделялись ни репликами, ни вопросами. Иисус привык к их молчанию, оно не казалось ему чем-то необычным.

Сейчас, когда аромат, исходящий от Марии, наполнил комнату, Иисусу захотелось во что бы то ни стало разговорить гостью, услышать от неё нечто, что поможет ему разгадать какую-то тайну.