Мария и Иисус

десятое письмо Марии

Глава 10

Десятое письмо Марии

Любимый Мой…

С какой Радостью вытерла слёзы…

Как морской волной очистила берег, испещрённый вчерашними знаками…

Солнцем входишь в Мой Дом…

Музыкой проникаешь в Моё Сердце…

Господи... Господи... Господи...

Где же взять Слова? Из каких Глубин?

Чтобы не повториться в неизменном…

Чтобы проявить Новое в постоянном…

Чтобы рассказать Тебе…

Как Люблю Тебя…

          Как надыхиваюсь Тобой…

Как… Как… Как…

Как распахиваю Сердце навстречу Тебе…

Распахиваю до предельного напряжения…

Напряжения, вызывающего невыносимую Боль…

Боль, обратная сторона которой упоительный Восторг…

Пьянящая боль распахнутого Сердца, как при оЧувствовании Руки Твоей,

словно рождающейся из Лона Моего…

Любовь Моя…Окутываю Себя Нитями Любви,

Переплетающимися на мне удивительной красоты одеяниями…

Вплетающимися в меня Светом и Музыкой…

Господи… Как Люблю… Как Люблю Тебя…

Это выше слов…

Это выше слёз…

Это Там, где Я…

Сейчас.

Когда Иисус и Иуда ушли, Мария ещё долго сидела на обрыве, всматриваясь вдаль, растворяясь в глубине звёздосплетения. Звуки ночной жизни не были ни тише, ни громче дневных. Они вскрывали иную сторону реальности. И зная только пение птиц на рассвете или посвящаясь лишь утренними ароматами, невозможно охватить всю безмерность окружающего великолепия... Мария была очарована новыми ощущениями себязачатия. Слово Учителя вскрыло нечто неопределяемое, но абсолютно очувствуемое. Открытие глубины высоты себя вдохновляло и настораживало. Вдохновляла перспектива и реальность Мечты. Стреножил страх оказаться недостойной Выбора. «Я сильна единственным, – подумала Мария, – я Люблю! У меня больше ничего нет. Но то, что есть – перекрывает остальное. Значит, остаётся – Любить, Любить, Любить, подчиняясь Музыке Сердца! Посвятить всю себя Любимому, помогая ему нести предназначенное... И если замёрзнет в пути – укрыть Сердцем, истомится жаждой – напоить Собой, устанет – оцеловать руки и стопы его, чтобы снять напряжение... Я смогу! Я сумею! Никто и никогда не будет ему ближе и роднее. Потому что ЛЮБЛЮ для меня лишено примитивности смысла, но бездонно, как Океан, о котором рассказывал Учитель... И Дух Океана поможет мне выдержать испытание Любовью. А больше мне ничего не нужно – Любить и оберегать Любимого, быть рядом, слышать и впитывать его божественное Слово, растворяться в глазах, целовать и умирать в объятиях...» Мария неожиданно для себя опять покраснела, как и во время рассказа Иисуса. Но стесняться было некого, потому что кроме звёзд её никто не видел и не слышал, а звёзды как никто умеют хранить доверенную им тайну.

...Утренний солнечный лучик скользнул по лицу и ласково погладил молодую Женщину, принявшую Прозрение Любовью. Ему не терпелось продолжить игру – лучик был только рождённым. Но его старшие товарищи и мама-Солнце одёрнули несмышлёныша: тем, кто Любит, важно хорошо высыпаться, чтобы набраться сил на день. Потому что тот, кто Любит, питает и рассвет и день, отдавая силы тем, кто не может любить. Потому что тот, кто Любит – родственник Солнца, и обладает такой же мощью света, но светит иначе, невидимей. Зато имеет силу проникновения напрямую в Сердце... Лучик послушался и полетел дальше. До восхода оставалось совсем немного, и жить ему лучиком оставалось считанные мгновения, потому что каждый новорождённый лучик потом превращается в солнечный свет. И это навсегда! Потому что солнечный свет соединяет реальность с Вечностью. Как Любовь.

...Мария открыла глаза. Она заснула вчера прямо там же, где Иисус делился с ними откровением. Мария не помнила, как легла на шкуры, которые Иуда набросал вокруг костра для удобства собеседования с Учителем, и не могла вспомнить также, каким образом две из них укрыли её, причём так аккуратно, что она не замёрзла, несмотря на то, что поляна за ночь покрылась инеем и земля заметно остыла. Мария встала и потянулась, расправляя плечи и поднимаясь на носочки. Волна вдохновительной радости заполнила её как эхо, возвращая необычность всего происшедшего за последние дни и ночи. Она знала сердцем. Сердце Знало всё! Но не хотелось думать об этом. Утро! Всё вокруг было тотально поглощено привычными хлопотами жизни. И важно было не пропустить уникальной возможности синхронизации.

Она решила умыться и, стараясь не расплескать хрустальную прозрачность сердца, направилась к роднику, дорогу к которому показал ей вчера Иуда. Мария весело спускалась по тропинке, огибающей гору. Мир вокруг звенел хохотом, и она смеялась вместе со всем и всеми.

Вдруг прямо ей под ноги откуда-то выбежал маленький медвежонок. Это случилось так внезапно, что, кроме как визуализацией чудо-смеха природы, объяснить явление было никак нельзя. Да и зачем влюблённой женщине пытаться ологичивать необъяснимое? Она присела и стала гладить это пушистое жизнерадостное чудо, буквально свалившееся с благословенных небес. А медвежонок, похоже, наконец-то нашёл, что искал всё своё скромное медвежатненское утро. Он стал игриво прыгать и лизать руки Марии, то падая на спину, подставляя мягкое брюшко, то шустро вскакивая на лапы, смешно раскрывая пасть с мелкими маленькими зубками. Ему не хватало партнёра для своих забав, позволяющих открывать безмерность жизни просто так, без всяких причин... Когда ещё, как не в детстве, можно насладиться единостью себя и мира?! А медвежонок, видно, был не из простого сословия и знал эту истину абсолютно. Поэтому, не обнюхивая и ничего не опасаясь, он бросался на счастливую Женщину, не приветствуя и не знакомясь, интуитивно, по-животному, услышав в ней тот же тон безмятежной гармонии, которой был сам переполнен.