Мария и Иисус

одинадцатое письмо Марии

Глава 11

Одиннадцатое письмо Марии

Любимый…

Слова Твои наполнены Светом Благословительности…

Дорога одна…

Выбор один…

Идти или не Идти…

Выбор на уровне Жить или Не Жить…

Выбора нет…

Важнее единственное – сохранять текучесть…

Вызревая… донашивая Пространство до Действия…

Когда всё естественно и ненасильственно…

Когда невероятное становится очевидным…

Ты Знаешь…

Я Содержу…

Молюсь, чтобы Ты-Знание перетекло в меня,

наполнило меня, чтобы смогла реагировать оСознанно…

Бессамостно…

Чтобы импульсом Действия были не страх и отчаяние…

а Видение и Любовь…

Пусть случится то, чему суждено случится…

Какой Восторг испытывает Моё Сердце…

Устремлённость…

Надежда… что случится Ждаемое…

Сможет оРеалиться Знаемое и… Предназначенное…

Любимый… Восхитительный… Божественный Мой…

Мы приступаем к строительству Храма?

Ибо… как на Небе, так и на Земле?

Время Целостности…

Соединённости Духовного и Физического?

Я Счастлива…

Родной Мой… Это… ради чего всё…

Спасибо, Любимый Учитель…

За мастерство ювелира, не знающего равных…

Твой ритм отшлифовал грани…

Вдохнул энергию в Слово о Господе…

Наполнил Радостью… которая особая Мудрость…

Твоей необыкновенной Мудростью, Родной…

Искренностью Слова Ты изменил направление Смысла…

на Радость, а значит, к Тебе, Бог Мой…

Спасибо.

Я. Люблю. Тебя.

Иисуса озадачило поведение Марии утром. Внешне ничего не изменилось, но, когда он взглянул в её глаза, и она вдруг не отвела, как обычно, взгляда, озарением очувствовался удар в Чашу... После возвращения из Гималаев, здесь, в Иудее, ему не приходилось до этого момента воспринимать собеседника так же, как там, и во время прозренческих бесед с Учителем, и в течение крещения единостью миров в монастыре. Потрясение же, испытанное им несколько мгновений назад, удивило Иисуса неожиданностью. Мария... Мария, к которой он привык, и, казалось, знал, как-то внезапно отдалилась...

...В первые дни, когда она пришла и попросилась в Ученики, им владел отвлечённый интерес к пути прозрения Женщины. Позже Иисус чаще и чаще не мог состыковать её поведение с привычно им программируемым, как это легко получалось с остальными: она обходила незамысловатые провокации, словно предугадывая ответы на ещё не произнесённые вопросы.

Наблюдая издалека её общение с другими Учениками, он не мог не поражаться глубине терпимости и сострадательности этой, вдруг ставшей близкой и родной ему, Женщины. Мария незаметно заполнила собой пространство вокруг. В то же время ей целомудренно удавалось ни с кем не переступать невидимых границ отношений, после которых мужчины обретают право неадекватно реагировать на взгляды женщины и трактовать её поведение как им заблагорассудится. Конечно, несомненно, помогало и особое расположение к ней самого Иисуса. Но он понимал, что только этого было бы слишком мало, чтобы препятствовать фантазиям молодых мужчин.

...Иисус помнил наставление Отца о времени Высокого Собеседования и предсказание, что будет не один. Вначале послание им расшифровалось как подсказка пригласить Иуду в путешествие. Однако однажды утром, в продолжение общей Молитвы, взглянув на Марию, его вдруг осенило, что именно ей необходима Встреча с Господом и именно на неё указывал Господь, наставляя Иисуса. Тотчас проявилось знание о необходимости помощи Марии в прохождении посвящения Высоким Собеседованием. Вспыхнувший в тот момент солнечный свет за окном подтвердил верность его догадки...

Но сегодня утром Иисус растерялся. Необычность его удивления и для него самого оказалась непредвиденной. Что его так потрясло в Марии? Что изменилось в ней? Интуиция была его надёжным проводником в любые пространственные и временные пустоты реальности, незаполненные конкретными действиями и мыслями окружающих.

Обретённое в Гималаях Знание позволяло не искать судорожно ответы, надеясь рассчитать верное решение в той или иной ситуации, но руководствуясь собеседованием с сердцем, корректировать и баланс, и равновесие Чаши. Как следствие, им легко пропускались стрелы опасности, часто до стадии угрозы. При этом Иисусу не надо было включаться в работу по защите пространства, объединяющего его и Учеников созидательной идеей познания Себя. Он только отмечал пролёт очередной стрелы мимо, выпущенной иногда неизвестным или невидимым противником. Он допускал, что и противника как такового могло не быть. Зная после гималайских Посвящений законы трансформации энергии, формирующей повседневную реальность, Иисус принимал ответственность за адаптацию новейшего в помощь другим.

И вдруг – Мария! Общение с ней способствовало потере уверенности в абсолютности собственного Знания! Иисус понял, что его проповедям не хватает лёгкости облаков, свободно плывущих по велению ветра, доверяющих самой стихии, искренней в незыблемом соблюдении неведомых законов перемещения воздушных масс... Любуясь грациозностью молодой Женщины и отмечая заметное превосходство Марии над остальными Учениками в непредсказуемости, в тотальности растворения в потоках энергий, генерируемых им в Молитве, Иисус день за днём прозревал их предназначенностью друг для друга. Им предчувствовался какой-то незримый договор взаимопомощи между ними, неореаленный до конкретности, но, как ни странно, этим и усиленный. Интуиция Иисуса подсказывала: явление Марии не случайно и предуказано Господом. Он не знал точно, что должна принести эта Женщина для трансформации Ответственности, но не мог не заметить: воздействие его Слова с приходом Марии изменилось глубиной смысла, а сила проникновения в запредельное удесятерилась уверенностью в Перспективе...