Марк и Надя. Дверца шкафа

Эпизод 2. Мальчик

— Куда он убежал? — дамочка привстала на скамейке, придерживая ридикюль рукой и закричала, — Дима! Дима!

Малыш выглянул из зелёного домика на детской площадке.

— Играй, играй, — замахала руками дама и села обратно. Продолжила повернувшись к Наде, — вот я и говорю, эти воспитатели в детских садах — бесталанная сволочь. Понаберут кого попало, у некоторых даже образования нет. Педагогического. Дима! Отпусти мальчика! Вот... А ваш где? Что-то я давно его не видела.

— Да здесь где-то играет, — махнула рукой Надя. — Он уже большой мальчик.

— Большой? — недоверчиво хмыкнула дамочка. —Сколько вам уже?

— Три.

— И это большой? Моему тоже три... а воспитатели считают, что уже десять, наверное. — она передразнила, — ваш Дима должен уже сам ходить в туалет. Отказывайтесь от памперсов. Бред. Вот ваш ходит?

— Ходит, — пробурчала Надя и отпила кофе из картонного стаканчика. Стремительно вечерело. Дамочка обиженно фыркнула и, подхватив своего Диму, исчезла в одном из подъездов. Остальные мамаши тоже понемногу расходились. Надя поплотнее запахнула пропахшее сигаретным дымом пальто, кинула пустой стаканчик в урну и поднялась.

— Марк!

Тишина.

— Марк! Пора домой!

Она нетерпеливо потопала ногой, новые ботинки немного натирали пятку, хотелось вернуться домой и снять обувь.

— Марк!

Площадка будто вымерла. Ветер потрепал железный лист, которым должны были покрыть крышу дома, но так и не покрыли — раздался неприятный дребезжащий звук.

— Марк!

Надя прошлась по площадке заглядывая в цветные домики и под скаты горок.

Она бормотала себе под нос:

— Вот он у меня получит… — но сердце уже холодело, в ноги пробирались мурашки и руки покрывались липким потом. Она судорожно вспоминала, когда и где видела сына в последний раз — вроде бы на этой горке, или в домике, рядом был другой мальчик или нет... Память изгибалась и увиливала.

Надя обошла всю площадку, потом ещё раз, осмотрела подъезды, все этажи, чердак.

Нет.

Нигде.

Нет следа.

— Марк!

Она кричала и кричала, словно это что-то могло изменить. Наконец, кто-то открыл окно и выплюнул яростно:

— Женщина, заткнитесь. Вернётся ваш кот!

Надя ошарашенно огляделась — паника уже прочно засела в теле, мысли стали суетливыми, быстрым и короткими.

— Это не кот, — прошептала она. И закричала, — это мой сын! Мой сын пропал!

Окно с треском захлопнулось, и во дворе снова воцарилась осенняя сумеречная тишина.

Надя, словно бы опомнившись, достала телефон и набрала номер полиции. Негнущиеся пальцы то и дело соскальзывали с кнопок.

— Алло, — захрипела она в трубку. — Алло, вы меня слышите? Мой сын, мой ребенок пропал...

Динамик зашуршал и умолк, и Наде подумалось, что все так и должно быть — она хотела немного побыть в тишине и теперь она будет в тишине постоянно, бесконечно. Конечно, никто не ответит. Кто станет помогать мамаше, которая потеряла своего ребенка на детской площадке?

Однако в трубке, сквозь шум послышалось:

— Где вы находитесь?

Через двадцать минут слез и метаний по детской площадке приехала машина. Надя кричала, ломая руки и хмурые мужчины в темной форме отправили ее в квартиру. Надя слышала, как один пробурчал себе под нос: "Все равно от нее толку нет. Мамаша-растеряша."

Квартира показалась мрачной и тесной. Надя закрыла дверь, не разуваясь, прошла на кухню и достала коробку с лекарствами. Суетливо покопалась, звеня пузырьками и шурша пастилками. Детские. Детские лекарства. Отшвырнула от себя коробку и дернула на себя дверцу холодильника. С чавкающим звуком он открылся.

Дрожащими руками Надя вытащила бутылку. Холод стекла почти не ощущался онемевшими руками. Надя достала стопку из старого навесного шкафчика, налила и залпом выпила.

Выпила будто вдохнула. Лёгкие расправились, голова потеплела, предметы обрели объем и цвет. Надя шумно выдохнула, будто поднялась на поверхность из-под толщи воды. На стенах — жёлтые пятна фонаря. Надя подошла к окну — не видно ни машины, ни людей, все уехали, все спят.

Может и Марк спит у себя? Надя ринулась в комнату — темно, тихо, каланхое на подоконнике, крошки хлеба на полу. Кровать сына пуста. Полночь.

Надя обыскала комнату — может он здесь? Под кроватью, под столом, за шторой — сама понимала тщетность поисков (его нет, его нет, пропал!), но продолжала искать. А вдруг? Вдруг, он пробрался домой? Вдруг, он просто играет?

Надя остановилась посреди комнаты — неумолимо отщелкивали время часы, в квартире сверху кто-то прошёлся из угла в угол. Как же Марк попадет в квартиру? Дверь закрыта.

Подбежала к двери, не слушающимися пальцами открыла замок, приоткрыла, выглянула — никого, только тени пляшут по стенам.